Ермакова Е.Н. Русская фразеология в истории и современности

Изучая редкий архивный документ – письмо Г.В. Стеллера, отправленное им из Сибири в Петербург незадолго до смерти, возникла потребность осмыслить – а что значит используемая человеком, для которого русский язык – не родной, русская фразеология? Каково вообще ее место в прошлом и настоящем.

В центре фразеологического значения – сам человек, его воззрения на мир. Мир вещей человек сравнивает, в первую очередь, с самим собой, проводя аналогии со строением своего тела, с действиями, с качествами. В плане выражения это проявляется в использовании в качестве компонентов фразеологической единицы слов – названий частей и органов тела человека, название его естественных состояний, движений, интеллектуальных, эмоциональных процессов: рука руку моет; повесить нос; рылом не вышел; лицом к лицу; до мозга костей; на роду написано; омывать горючими слезами; по пальцам можно пересчитать; попасться под руку; прах отрясать; проливать крокодиловы слезы и др. Очевидно, что отличительной особенностью современной лингвистики является антропоцентрический подход к рассмотрению языка, изучение его как конститутивного свойства человека. Лингвистика наших дней из имманентной, изучавшей язык в самом себе и для себя, превратилась в лингвистику антропологическую, в центре внимания которой находится изучение языка во взаимосвязи с человеком и его мышлением. Исследование языковых процессов происходит в неразрывной связи с потребностями коммуникативной деятельности и предполагает учет человеческого фактора, когда субъект речи со всеми его особенностями (психическими, возрастными, социальными, национальными и др.) включается в описание языковых механизмов. Значит, язык не существует без человека, он находится внутри человека, в его сознании, в его памяти; язык “меняет свои очертания с каждым движением мысли, с каждой новой социально-культурной ролью” [ 1] .

Изменения, которые происходят в жизни общества, находят отражение в лексике и фразеологии. Эволюция языка тесно связана с историей и культурой народа. Каждое новое поколение вносит нечто новое не только в общественное устройство, в философское и эстетическое осмысление действительности, но и в способы выражения этого осмысления средствами языка. Н.М. Шанский отмечал: “Самым заметным и в то же время значительным процессом, происходящим в лексике современного литературного языка, является процесс пополнения ее новыми словами” [ 2] . Возникает вопрос, являются ли слова хранителями культуры? Несмотря на кумулятивную функцию, т.е. функцию быть средством накопления и хранения информации, язык не становится хранилищем культуры [ 3] . Единица языка – слово – является лишь сигналом, функция которого – пробудить человеческое сознание, затронуть в нем определенные концепты, готовые откликнуться на этот сигнал (А.А. Потебня, Л.В. Щерба, А.Р. Лурия, А.А. Леонтьев). Истинными хранителями культуры являются тексты, именно текст напрямую связан с культурой, “ибо он пронизан множеством культурных кодов, именно текст хранит информацию об истории, этнографии, национальной психологии, национальном поведении, т.е. обо всем, что составляет содержание культуры” [ 4] . Всякий фразеологизм – это текст, хранитель культурной информации. “Идиоматика – это “святая святых” национального языка, в котором неповторимым образом манифестируется дух и своеобразие нации” [ 5] . В.Н. Телия утверждал, что “образы, лежащие в основе фразеологизмов-идиом и связанных значений слова, в основной массе прозрачны для данной лингво-культурной общности, т.к. отражают характерное для нее мировидение и миропонимание, что и позволяет говорить о культурно-национальной специфике фразеологического состава языка, проявляющейся более ярко, чем в его словарном запасе” [ 6] . Фразеология – это фрагмент языковой картины мира. Фразеологические единицы отражают в своей семантике длительный процесс развития культуры народа, фиксируют и передают от поколения к поколению культурные установки: “Фразеология представляет собой непосредственное вербальное выражение не только окружающей человека действительности, но и ее духовное национально маркированное осознание” [ 7] . Фразеологизмы являются благодатной почвой для исследования языка и культуры. В.В. Виноградов в 1934 г. отмечал: “Изучение процессов возникновения и эволюции идиом необходимо связывать с историей общественных форм, с историей материальной культуры, с историей взаимодействия и борьбы разных национальных, классовых, сословно-групповых и профессиональных языков и диалектов” [ 8] . Вопросы диахронического аспекта образования фразеологизмов рассматривались в работах В.В. Виноградова, В.Л. Архангельского, Г.А. Селиванова, А.М.Бабкина, Б.А. Ларина, Ю.А. Гвоздарева, Л.И. Ройзензона, Р.Н. Попова, М.М. Копыленко, В.М. Мокиенко и др.

Фразеологизм как языковая единица имеет не только особую семантику, представляющую собой часть языковой картины мира, способную выражать различные экспрессивно-оценочные оттенки в речи, но и свое происхождение, свои словообразовательные связи с другими словами, индивидуальную этимологию и историю. Употребляемые в современном русском языке фразеологизмы в основном состоят из русских слов, ставших компонентами фразеологизма, следовательно, фразеологический состав языка – явление национальное и источником возникновения фразеологизмов является речь народа - носителя русского языка. Самое большое место во фразеологическом составе русского языка занимают единицы, называющие разную деятельность человека – физическую, умственную, речевую: брать быка за рога, копаться в грязном белье, строить воздушные замки, заметать следы, набрать в рот воды, затыкать рот, взяться за ум, садиться/сесть на своего любимого конька и др. Б.А. Ларин считал, что “решающим условием преобразования простого речения в идиоматическое было семантическое обогащение, называемое метафоризацией, сущность которого в расширении и обобщении значения в сторону образной типичности” [ 9] . Большинство фразеологизмов русского языка по своей сути – образно-эмотивные, т.е. такие, в значении которых чрезвычайно важно образное основание. Механизм формирования таких фразеологизмов состоит в том, что сначала в мире возникает некая прототипная ситуация, т.е. ситуация, соответствующая буквальному значению фразеологизма. За такой ситуацией закрепляется содержание, которое затем переосмысливается, т.е. формируется образ фразеологической единицы на основе первичных значений слов в прототипной ситуации. Так возникает внутренняя форма, “в которой содержится основная информация, связанная с культурой. Именно во внутренней форме фразеологизма наличествуют “следы” культуры – мифы, архетипы, обычаи и традиции, отраженные исторические события и элементы материальной культуры” [ 10] . Эти фразеологизмы представляют наибольший интерес в плане выявления национально-культурной специфики, т.к. они имеют культурно-обусловленные причины либо культурно-значимые следствия.

У большинства фразеологизмов во внутренней форме содержатся такие смыслы, которые придают им национальный колорит, например, фразеологизм сбоку припеку - “о чем-то ненужном, необязательном” возник из прототипной (реальной) ситуации печения хлеба, когда сбоку основного каравая возникают наплывы из теста, которые в пищу не употребляются. Семантику таких фразеологизмов можно интерпретировать с позиций ценностных установок и стереотипов, свойственных ментальности нации, т.е. в терминах национальной культуры: то, что тесто отделяется от основного каравая, это плохо; кроме того, оно не может быть использовано в пищу, ибо пригорает, покрывается коркой; следовательно, наросты сбоку каравая не нужны [ 11] . Еще примеры: фразеологизм умывать/умыть руки – “устраняться об ответственности за что-либо” связан с упоминанием из Библии, в котором говорится о ритуальном обычае умывания рук как выражении своей непричастности или нежелания быть причастным к чему-либо, что человек считает неправильным, несправедливым; значение фразеологизма дело в шляпе – “о благоприятном разрешении какого-либо вопроса, об удачном исходе дела” связано с обыкновением должностных лиц, разбиравших судебные дела, брать взятки, которые клались в головной убор; значение фразеологизма идти/пойти насмарку – “оказываться ненужным, бесполезным, оканчиваться впустую” связано, вероятно, с речью чертежников: смарка – от глагола смарывать – “стирать написанное”.

В.Н. Телия писал, что фразеологический состав языка – это “зеркало, в котором лингвокультурная общность идентифицирует свой национальное самосознание”, именно фразеологизмы как бы навязывают носителям языка особое видение мира, ситуации; при этом она неоднократно отмечает, что разные типы фразеологизмов по-разному отражают культуру. Так, фразеологизмы русского языка содержат:

1) указание на сферу материальной культуры (названия предметов обихода, быта, продуктов питания, ремесел и профессий, терминов родства): лаптем щи хлебать – “жить, прозябать в нищете, невежестве; быть отсталым, некультурным”, носиться как с писаной торбой – “уделять излишнее внимание тому, кто или что такого внимания не заслуживает”; вариться в собственном соку – “жить, работать, решать какие-либо вопросы и т.д. изолированно, не используя опыт других, не общаясь с другими”; вешать/повесить хомут на шею – “непомерно обременять себя чем-либо. О крайне тягостной обузе”; без руля и без ветрил – “стихийно, неорганизованно, неуправляемо”; быть под башмаком – “в полной зависимости от кого-либо”;

2) отражение истории народа: Мамаево побоище, как Мамай прошел – о полнейшем беспорядке, разгроме, опустошении; как швед под Полтавой, было дело под Полтавой - “о каком-либо происшествии, памятном событии”; вот тебе, бабушка, и Юрьев день– “выражение разочарования из-за неудачи в каких-либо непредвиденных делах”; Москва не сразу строилась – “нет веры чьим-либо сетованиям и плачу” и др. Понимание таких фразеологизмов связано со знанием конкретных исторических фактов, в них содержатся страноведческие знания;

3) связь с именами собственными: показать кузькину мать – “проучить, жестоко наказать кого-либо; всыпать кому-либо. Обычно как выражение угрозы”; казанская сирота – “о человеке, прикидывающемся несчастным, обиженным”; коломенская верста – “об очень высоком человеке”; кондрашка хватил – “умер внезапно кто-либо”; рать как сидорову козу – “сечь, пороть сильно, жестоко, безжалостно”; куда Макар телят не гонял – “очень далеко”; лиса Патриевна – “о хитром, изворотливом человеке”; мели, Емеля, твоя неделя – “пустослове, болтливом лгуне”; митькой звали – “исчез безвозвратно (кто-либо); на Маланьину свадьбу – “очень много (об еде, угощении)”;

4) фразеологизмы-антропономинанты (средство номинации лица): белая ворона – “человек, резко выделяющийся чем-либо среди окружающих его людей, не похожий на них”; кисейная барышня – “изнеженный, не приспособленный к жизни человек”; рыцарь без страха и упрека – “о человеке мужественном, высоких нравственных качеств”; олух царя небесного – “глупец, тупица, простофиля”; отставной козы барабанщик – “человек без определенных занятий, потерявший общественное положение”. Фразеологизмы, отражающие типовые ситуации и представления, выполняют роль символов, эталонов поведения: выносить сор из избы – “разглашать сведения о каких-либо неприятностях, касающихся узкого круга людей”; моя хата с краю – “это меня не касается, не мое дело”; мутить воду – “умышленно запутывать дело, создавать неразбериху”; на пушечный выстрел не подпускать – “не допускать близко кого-либо к чему-либо”; небо коптить – “жить бесцельно, без пользы для других”.

Регуляторами человеческого общения, влияющими на выбор партнеров и определяющими способы и средства общения, также выступают фразеологизмы. Человечество выработало фразеологизмы – этикетные формулы: будьте здоровы – пожелание здоровья тому, кто чихнул; пожелания здоровья – доброго здоровья; до свадьбы заживет; при прощании – нижайшее почтение, наше вам с кисточкой, до скорого свидания, счастливо оставаться; счастливого пути; удачи вам; попутного ветра; да сохранит вас бог; при встрече – сколько лет, сколько зим; мир тесен; какая встреча; какими судьбами; хлеб да соль и др.; фразеологизмы, выражающие эмоциональные отношения: в том-то и дело! вот поди ж ты! Боже сохрани! не велика важность; не велика беда; вон оно что; вот тебе на; живут же люди! мать родная! легко сказать; полегче на поворотах и др.; фразеологизмы, выражающие рациональное отношение субъекта: в конечном счете, грешным делом, господь знает, голову даю на отсечение; вряд ли; если на то пошло; на худой конец; не сойти мне с этого места; помимо всего прочего; один Бог знает и др. Несомненно, фразеологический состав языка представляет собой весьма ценное лингвистическое наследие, потому что именно в нем отражается культурно-историческое мировоззрение народа, его культура, обычаи, традиции, а фразеологизмы русского языка сохраняют и воспроизводят его менталитет, его культуру от поколения к поколению. Постижение и освоение этих фразеологизмов и соответствующих образов представляло, безусловно, большую трудность для уроженцев Европы, изучавших, как Г.В. Стеллер, Сибирь в ХVIII в.


1. Маслова В.А. Лингвокультурология: учебное пособие. – 2 издание, стереотип. – М., 2004. – C. 60.

2. Шанский Н.М. Фразеология современного русского языка. – М., 1985. – С. 156.

3. Маслова В.А. Лингвокультурология: учебное пособие. – 2 издание, стереотип. – М., 2004. – С. 87.

4. Там же

5. Бабкин А.М. Проблемы фразеологии. – М., 1990. – С.44

6. Телия В.Н. Русская фразеология: семантический, парадигматический и лингвокультурологический аспекты. – М., 1996. – С.83.

7. Шанский Н.М. Фразеология современного русского языка. – М., 1985. – С. 110

8. Виноградов В.В. Очерки по истории русского литературного языка ХVII – XIXвв. – М., 1934. – С. 21.

9. Бабкин А.М. Проблемы фразеологии. – М., 1990. – С. 220.

10. Маслова В.А. Лингвокультурология: учебное пособие. – 2 издание, стереотип. – М., 2004. –С. 84

11. Маслова В.А. Лингвокультурология: учебное пособие. – 2 издание, стереотип. – М., 2004

12. Ларин Б.А. Очерки по фразеологии / Очерки по лексикологии, фразеологии и стилистике. – Ученые записки ЛГУ, № 198, серия филол. наук. – Вып.24, 1956. – С. 200-224.

13. Челябинская фразеологическая школа. Научно-исторический очерк. – Челябинск, 2002.

© 2007 Тюменский научный центр СО РАН Webmaster - Роман Федоров