Создание геокриологический научной школы в Сибири

Без всестороннего выяснения закономерностей
строения и динамики «ледяного сфинкса»
планеты невозможно успешное и
экологически безопасное использование
богатейших природных ресурсов нашей страны.
Академик П.И. Мельников

 

В 1941 г. за несколько месяцев до начала Великой Отечественной войны на базе Якутской комплексной экспедиции Совета по изучению производительных сил (СОПС) АН СССР Постановлением Совета народных комисаров (СНК) было создано первое в Якутии академическое подразделение - Якутская научно-исследовательская мерзлотная станция (ЯНИМС) Института мерзлотоведения (ИНМЕРО) АН СССР. Начальником ее был назначен П.И. Мельников. На этой должности он в полной мере раскрыл свой талант пытливого исследователя, энергичного руководителя и талантливого организатора науки. Благодаря колоссальной энергии, настойчивости и энтузиазму П.И. Мельников за короткий срок создал коллектив высококвалифицированных специалистов, сформировал приоритетные научные направления, обеспечил необходимую материально-техническую базу. Начавшаяся Великая Отечественная война внесла определенные коррективы в тематику академических институтов страны. Это коснулось и ИНМЕРО АН СССР с его периферийными подразделениями.

В архивах Якутской научно-исследовательской мерзлотной станции сохранились документы, отражающие участие якутских ученых в решении важных правительственных заданий в те далекие тревожные годы. Так, в ноябре 1942 г. Институт мерзлотоведения АН СССР получил директиву Инженерного Комитета Красной Армии о проведении опытно-экспериментальных работ по строительству огневых точек в условиях сурового климата. Директива требовала в кратчайшие сроки осуществить эксперименты и выдать рекомендации. Уже 27 ноября в Якутск в адрес экспедиции АН СССР поступила телеграмма:

«В порядке соцсоревнования московская группа института, выполняя задания Инженерного Комитета Красной Армии, предлагает провести параллельные опыты в природной обстановке».

В телеграмме сообщалось также о назначении Павла Ивановича Мельникова ответственным исполнителем экспериментов. Принимая во внимание всю серьезность полученного поручения и ограниченные сроки, П.И. Мельников составил проектное задание на организацию работ по опытному строительству огневых точек из мерзлого грунта и 4 декабря 1942 г. издал приказ:

«По заданию Инженерного Комитета Красной Армии Институт мерзлотоведения поручил нашей экспедиции поставить опыты по строительству сооружений из мерзлого грунта.

Целью опытного строительства является разработка рациональных методов и приемов возведения сооружений из мерзлого грунта в кратчайший срок, выработка нормативных данных расхода времени, рабочей силы, материалов и определение рационального типа защитной термоизоляции.

Всю работу по опытному строительству сдавать сдельно, установив при этом обязательную норму выработки, независимо от длительности рабочего дня.

На период опытного строительства установить 10-часовой рабочий день. Работу проводить без выходных дней.

Призываю научно-технический персонал и рабочих экспедиции мобилизовать все свои силы и организовать работу так, чтобы, безусловно, выполнить в установленный срок возложенное на нас почетное задание и тем самым оказать существенную помощь фронту».

Строгость и конкретность приказа и рекомендаций определяли срок исполнения задания за десять дней. Патриотический настрой всего коллектива станции и энтузиазм научных сотрудников позволили выполнить работы по сооружению опытных огневых точек досрочно. Ежедневно об объемах выполненных работ и общем положении дел Павел Иванович сообщал телеграммами в Москву, в адрес руководства ИНМЕРО АН СССР под грифом «срочно», а 16 декабря уже поступил его информационный отчет о проделанной работе.

В 1942 г. впервые в Якутии была сооружена подземная лаборатория для изучения и испытания мерзлых грунтов. В тяжелые военные годы сотрудники ЯНИМС проводили исследования по наиболее актуальным хозяйственным проблемам города и республики. Разрабатывались и внедрялись в народное хозяйство рациональные и экономичные методы устойчивого строительства зданий, линейных сооружений, водопроводов и ледяных хранилищ в условиях вечной мерзлоты.

В 1940-1945 гг. ЯНИМС в содружестве с Якутской геолого-поисковой конторой провели бурение и опробование первой разведочно-эксплуатационной скважины на подмерзлотные воды для водоснабжения г. Якутска. Результаты работ были изложены П.И. Мельниковым, А.И. Ефимовым и П.А. Соловьевым в специальном научно-техническом отчете, который получил очень высокую оценку специалистов и был удостоен премии по Отделению геолого-географических наук АН СССР. Эти исследования открыли эпоху широкого использования артезианских подмерзлотных вод в Центральной Якутии для питьевого и хозяйственного водоснабжения. В 1948 г. Государственный комитет по запасам присвоил право первооткрывателей Якутского артезианского бассейна П.И. Мельникову, А.И. Ефимову, П.А. Соловьеву, Н.И. Толстихину и В.М. Максимову. Постановлением Совета Министров СССР им за это открытие в 1949 г. была присуждена Государственная премия.

Многочисленные гидрогеологические скважины, пробуренные в дальнейшем в других районах, подтвердили теоретический вывод о водоносности юрских и кембрийских пород в пределах Центральной Якутии и существовании обширного артезианского бассейна. Результаты этих исследований были обобщены П.И. Мельниковым в соавторстве с А.И. Ефимовым в монографии «Опыт эксплуатации подземных вод в области распространения вечной мерзлоты» (1953). В этой работе кроме рассмотрения теоретических вопросов даются практические рекомендации по эксплуатации подмерзлотных вод в криолитозоне.

Второй важнейшей для практики проблемой в годы становления Якутской научно-исследовательской мерзлотной станции стала разработка эффективных методов устойчивого и высокопроизводительного строительства разного рода инженерных сооружений на многолетнемерзлых грунтах. В те годы все здания в Якутске сооружались без учета состояния этих пород. Конструкции фундаментов не отличались от обычных конструкций.

С 1935 г. в Якутске впервые стали возводить здания по методу сохранения мерзлых грунтов в их основании. Для этого под зданиями устраивались проветриваемые подполья. Фундаменты представляли собой отдельные железобетонные опоры, заложенные в многолетнемерзлых грунтах на глубину 4-5 м. Первым таким сооружением стала Якутская центральная электростанция, здание которой сохранилось до наших дней.

Однако опыта подобного строительства не было. Ученые еще не могли назвать оптимальную глубину закладки железобетонных опор, не знали, какие нагрузки они выдержат. Предстояла огромная работа по созданию научно обоснованных, экономичных методов строительства на многолетнемерзлых грунтах. За ее выполнение взялся коллектив ЯНИМС.

Сотрудниками станции изучались состав, строение и физико-механические свойства многолетнемерзлых отложений, обобщался имеющийся опыт строительства, в лабораторных и природных условиях проводились многочисленные эксперименты. Все полученные материалы дали основание П.И. Мельникову сделать вывод о том, что в условиях сурового континентального климата Центральной Якутии принцип сохранения мерзлого состояния грунтов в основании промышленных и жилых зданий является основным.

По этому принципу все здания должны возводиться с проветриваемыми подпольями или вентиляционными продухами и каналами. Эти специальные устройства препятствуют проникновению тепла от здания в мерзлый грунт, а зимой создают свободный доступ холодного воздуха, который охлаждает грунтовое основание, обеспечивая его надежность.

Одновременно с изысканием наиболее рациональных методов строительства зданий и сооружений на многолетнемерзлых грунтах сотрудниками ЯНИМС были предложены оригинальные методы восстановления деформированных инженерных объектов, возведенных в свое время на ленточных фундаментах без учета мерзлого состояния грунтов. Чтобы прекратить деформации и спасти здания, рекомендовалось в фундаментах устраивать вентиляционные продухи, выбирать грунт в подполье, откачивать надмерзлотные воды и т. д. Эти мероприятия были нацелены на то, чтобы восстановить мерзлое состояние грунтов и не допустить их последующего протаивания. Так были спасены здания республиканской библиотеки, бывшего педагогического института и др.

Подобные существенные результаты, безусловно, способствовали росту авторитета мерзлотной станции и ее руководителя. На период с 1942 по 1947 г. П.И. Мельникова избирали в состав Экспертно-территориального совета при Госплане ЯАССР, членом постоянно действующего Ученого совета при Совнаркоме республики, членом Ученого совета Якутской научно-исследовательской базы АН СССР. Он был награжден орденом Красной Звезды (1945), медалью «За доблестный труд в Великой Отечественной войне 1941-1945 гг.» (1946), орденом «Знак Почета» (1947).

В 1947 г. Павел Иванович успешно защитил в Москве кандидатскую диссертацию на тему «Мерзлотно-геологические условия возведения гражданских и промышленных зданий на территории Центральной Якутии по данным опытного строительства в районе г. Якутска». Эта работа получила высокую оценку многих ведущих ученых страны, в том числе академика В.А. Обручева, члена-корреспондента АН СССР H.A. Цытовича и других. Она была отмечена специальной премией Президиума АН СССР.

В этом же году П.И. Мельников совместно с H.A. Цытовичем, Н.И. Салтыковым и В.Ф. Жуковым обобщил первый опыт строительства и эксплуатации крупного промышленного объекта, построенного по принципу сохранения вечной мерзлоты - здания Якутской центральной электростанции. Написанная ими на основе этого обобщения монография «Фундаменты электростанций на вечной мерзлоте» (1947) стала первым методическим пособием для проектирования, строительства и эксплуатации подобных сооружений в области распространения многолетнемерзлых пород.

В 1951 г. в Издательстве АН СССР вышла монография П.И. Мельникова «Мерзлотно-геологические условия возведения гражданских и промышленных зданий на территории Центральной Якутии и опыт строительства». Эта книга была написана им на основе его кандидатской диссертации, но существенно дополнена материалами новых исследований и теоретических разработок. В предисловии к ней академик В.А. Обручев отметил: «П.И. Мельников результатами своих исследований подтвердил целый ряд теоретических предположений, ранее основанных исключительно на общих соображениях, и стимулировал рассмотрение методов возведения совершенно по-новому, обосновывая их динамикой процесса и литологическим строением вечномерзлой толщи». В монографии детально рассматриваются основные принципы, методы проектирования и строительства зданий и сооружений в условиях вечной мерзлоты Якутии, анализируется опыт их эксплуатации, а также предлагаются различные методы ликвидации деформаций возведенных зданий.

После защиты диссертации П.И. Мельников значительно больше сил и энергии уделял научно-организационной работе на станции. По его инициативе существенно укреплялась ее материально-техническая база, проводились мерзлотные исследования в важных с народно-хозяйственной точки зрения горно-добывающих районах Западной, Южной и Восточной Якутии. Тем не менее он находил время для собственной исследовательской работы и теоретического обоснования своих научных идей. Так, в 1952 г. в книге «Исследование вечной мерзлоты в Якутской республике» была опубликована его статья «Динамика вечной мерзлоты под зданиями и расчет фундаментов для низкотемпературной вечной мерзлоты Центральной Якутии», в которой впервые аргументированно обосновывается преимущество применения свайных железобетонных фундаментов, заглубляемых в мерзлый грунт методом пропаривания. Сочетание свайных фундаментов и вентилируемых подполий оказалось эффективным. Очень быстро это предложение нашло широкое применение в практике северного строительства.

За большой личный вклад и руководимого им коллектива ЯНИМС в изучение вечной мерзлоты республики и за внедрение результатов исследований в производство П.И. Мельникову в 1952 г. было присвоено почетное звание «Заслуженный деятель науки Якутской АССР». В этом же году он был награжден орденом Трудового Красного Знамени, а через год - медалью «За трудовую доблесть».

В начале 50-х годов XX в. в геокриологии развернулась широкая дискуссия о путях ее развития. Путь, которым шел П.И. Мельников, развивая эту науку в Сибири, был трудным. Во многом это было связано с теми не очень приятными событиями, которые проходили в Москве в стенах Института мерзлотоведения им. В.А. Обручева АН СССР. Знакомясь с архивными материалами, можно объективно прийти к выводу, что в эти годы руководство и коллектив института переживали «период большой смуты». Это объяснялось тем, что в середине 40-х годов директор института академик В.А. Обручев стал часто и сильно болеть. Он практически не мог постоянно находиться в стенах родного института, быть в гуще всех событий, поэтому не владел до-статочной информацией о текущих делах и не в состоянии был принимать оперативные решения по реализации планов научных исследований. Пони-мая всю сложность положения дел, В.А. Обручев обратился в 1947 г. в соответствующие инстанции АН СССР с просьбой назначить ему двух заместителей, чтобы, как пишет он в письме, «усилить научное руководство Институтом мерзлотоведения» (с 1941 г. у него был только один заместитель - кандидат наук A.M. Чекотилло). Среди ведущих мерзлотоведов, как это ни печально, началась скрытая борьба за кресло. В результате ряда «стратегических операций», как отмечает A.M. Чекотилло в своей рукописи «О последних годах жизни академика В.А. Обручева», первым заместителем был назначен П.Ф. Швецов (позднее, в 1956 г., он будет возведен в ранг директора), который сформировал свою команду из друзей, сторонников и единомышленников. «Таким образом, - пишет A.M. Чекотилло, - руководство Институтом мерзлотоведения оказалось полностью в руках П.Ф. Швецова и его единомышленников, резко изменивших направление работ в сторону отрыва от практики».

Новое руководство института стало выражать недовольство тем, что коллектив Якутской научно-исследовательской мерзлотной станции проводит большой объем работ по заданиям правительственных (в том числе и директивных) органов Якутской АССР, а выполнение своих планов затягивает. Насколько это было серьезно, можно судить по содержанию протокола (№ 14 от 31 июля 1953 г.) совещания научных сотрудников ЯНИМС, на котором обсуждалась констатирующая часть письма в то время еще зам. директора института П.Ф. Швецова.

Мнение руководства института было резким и однозначным: «ЯНИМС передать в ЯФ АН СССР». Нажим был настолько явным и сильным, что все ведущие сотрудники Якутской научно-исследовательской мерзлотной станции (Н.П. Анисимова, И.Н. Вотяков, А.И. Ефимов, Н.С. Иванов, П.А. Соловьев, Г.О. Лукин и др.) единогласно высказались за «слияние» с Якутским филиалом АН СССР. Такое солидное единение повлияло на Павла Ивановича и как-то надломило его. Подводя итог «жаркой» дискуссии, он в своем заключительном слове сказал (текст из стенограммы совещания с сокращением):

«...за последнее время у дирекции Института мерзлотоведения АН СССР изменилось отношение к станции и оценке ее работы, причем это увязывается с приходом на пост ученого секретаря института Л. А. Мейстера. В противоположность этому местные органы оценивают работу станции положительно... Я не хочу останавливаться на стиле письма и отдельных неверных положениях, не в этом суть дела. Не требуется доказывать, что это письмо явилось болезненной реакцией на нашу первую серьезную критику, направленную в адрес института. Всем критиковавшим дирекцию досталось крепко от П. Ф. Швецова в письме, а от Л. А. Мейстера - в стенной газете...

Руководство станции считало и считает план законом. Но вследствие допущенных в планировании ошибок, что признается также дирекцией института, заключающихся в несоответствии объема запланированных работ с наличием кадров исполнителей, у нас создалось тревожное положение, поскольку мы не можем отказывать в оказании помощи народному хозяйству республики, а исполнители одни и те же.

Предложение П.Ф. Швецова о передаче станции в Якутский филиал АН СССР является вполне своевременным и поддержано всеми выступающими, кроме П.А. Соловьева, который предлагает передать станцию только в административно-хозяйственном отношении. В слиянии станции с филиалом есть и отрицательные моменты, но с государствен-ной точки зрения вполне целесообразно передать станцию в ЯФ АН СССР, хотя и кажется тяжелым отрываться от института, в котором я проработал два десятка лет. Думаю, что в филиале станция будет развиваться быстрее, а связь с институтом, которая будет только научная, не ухудшится, а улучшится. С передачей в ЯФ АН СССР все свои работы мы будем обсуждать на месте в большом коллективе научных работников. При наличии руководства на месте работать будет значительно легче. Институт, по признанию П.Ф. Швецова, не в состоянии обеспечить руководство станциями вследствие территориальной оторванности, что мы хорошо чувствуем на себе...»

После выступления П.И. Мельникова собрание коллектива вынесло свой вердикт:

«...Считать целесообразным предложение института о передаче ЯНИМС в систему ЯФ АН с целью более действенного руководства станции, объединения всех якутских организаций Академии наук в одно целое и приближения деятельности ее к нуждам Якутской АССР. Отметить, что передача ЯНИМС в ЯФ АН не снимает с института ответственности за научное руководство станцией, и требуется дальнейшее усиление повышения роли такого руководства».

Думается, что в душе Павел Иванович тяжело переживал состоявшийся факт «генерального» решения собрания и не особенно торопился его реализовывать. Ситуация в Институте мерзлотоведения АН СССР в то время была неопределенной. Собирался уходить с поста директора В.А. Обручев. Безусловно, его очень волновал вопрос о преемнике. Среди тех, кого Владимир Афанасьевич видел на этой должности, он в своем письме от 05.07.1956 г. назвал кандидатуру начальника Якутской научно-исследовательской мерзлотной станции П.И. Мельникова. Сыграло ли роль это письмо или сказались другие обстоятельства, в частности реальные успехи и рост научного авторитета ЯНИМС и ее руководителя, но с уходом в январе 1956 г. В.А. Обручева с поста директора института и назначения на эту должность П.Ф. Швецова, отношение руководства ИНМЕРО к Якутской НИМС изменилось к лучшему. В том же году было принято решение о преобразовании Якутской научно-исследовательской мерзлотной станции в Северо-Восточное отделение Института мерзлотоведения им. В.А. Обручева АН СССР. В состав отделения была передана и Алданская научно-исследовательская мерзлотная станция, образованная в 1953 г.

Проследить дальнейшую историю развития геокриологической науки в Сибири и оценить при этом особую роль Павла Ивановича невозможно, не осветив хотя бы вкратце те события, которые происходили в конце 50-х годов, в период так называемой «хрущевской оттепели», когда на научные институты естественного профиля со стороны партийных и правительственных органов повеяло значительным холодком. Началась нелепая кампания по выводу предприятий и научных учреждений из Москвы и перевод их в провинцию. Роковым образом эта кампания коснулась Института мерзлотоведения им. В.А. Обручева АН СССР. Борьба за сохранение института продолжалась четыре года (1957-1961). «Сражения» разного масштаба происходили в стенах самого института, в отделениях и Президиуме АН СССР. Отдельные баталии развернулись и на страницах общественно значимых газет. Журналист В.Г. Губарев («Комсомольская правда»), подготовивший статью «Прохладно... к мерзлоте», назвал все свершившееся «разгоном мерзлотоведов». 9 февраля 1957 г. группа ученых опубликовала в «Комсомольской правде» открытое письмо «Беспризорная мерзлота», полное тревог о судьбе мерзлотоведения. Среди поступивших откликов было и письмо из Якутска от давнего соратника и первого помощника П.И. Мельникова в организации геокриологических исследований в Якутии, канд. геол.-мин. наук А.И. Ефимова. С горечью он пи-сал: «...Обидно, тревожно, что советское мерзлотоведение в результате не-продуманной реорганизационной чехарды отброшено на много лет назад».

Крупнейшие советские ученые академики И.П. Герасимов, A.A. Григорьев, Д.И. Щербаков, члены-корреспонденты Г.А. Авсюк, H.A. Цытович, П.Ф. Швецов, десятки докторов и кандидатов наук, среди которых был и П.И. Мельников, обратились в Президиум АН СССР с обоснованием необходимости сохранения института. Дамоклов меч обрушился на коллектив мерзлотоведов и рубанул по живому организму науки. В марте 1959 г. Президиум СО АН СССР посчитал целесообразным перевод его в г. Красноярск. В.П. Мельников (ныне академик, председатель Тюменского НЦ СО РАН), отвечая на один из вопросов журналиста В.Г. Губарева (2001 г.), следующим образом охарактеризовал события тех лет:

«...И.С. Хрущев замахнулся на науку в целом и, в частности, на мерзлотоведов. Он распорядился убрать их из Москвы, говоря, что "следует приблизить их к объекту исследований". Перед всевластием генсека не устоял ни один академик! Разумеется, что в г. Красноярск никто не поехал и институт как таковой перестал существовать. Тогда с инициативой создать сибирский Институт мерзлотоведения на существующей научной базе в Якутске выступил Павел Иванович Мельников - молодой кандидат геолого-минералогических наук. Началась история создания крупнейшего научного центра геокриологических исследований на Северо-Востоке России. Прошло два с небольшим года со дня преобразования Я НИ MC в СВО ИНМЕРО (2 марта 1956 г.)».

Павел Иванович всерьез приступил к реализации своего плана создания в Якутии академического института, специализирующегося на многоаспектном изучении уникального природного явления - вечной мерзлоты. Прежде всего он написал справку-объективку «О перспективах развития науки гео-криологии на Северо-Востоке СССР» и направил ее 12 июля 1958 г. на имя секретаря Якутского обкома КПСС С.З. Борисова. Это был первый солидный и очень аргументированный документ, с которого и начался процесс становления сибирского мерзлотоведения и формирования якутской геокриологической научной школы. Этот документ, в котором будущий академик раскрывает свое видение развития геокриологической науки в Сибири, мы приводим полностью, учитывая его важное историческое значение.

«Геокриология (мерзлотоведение) как самостоятельная отрасль геолого-географических и инженерно-геофизических знаний существует в Советском Союзе лишь 30 лет. Она возникла и сформировалась на стыке геологических, географических и инженерно-строительных дисциплин под влиянием настойчивых требований практики социалистического строительства в области распространения многолетнемерзлых пород.

За исторический период времени в результате обобщения материалов обширных исследований по основным разделам геокриологии были созданы или значительно углублены научные основы:

1) физики и механики криогенных горных пород (мерзлых, промерзающих и протаивающих);
2) строительства устойчивых сооружений в районах многолетне-мерзлых горных пород;
3) поисков и разведки подземных вод в районах распространения многолетнемерзлых пород;
4) устройства подземных трубопроводов различного назначения в зоне многолетнемерзлых пород;
5) тепловой мелиорации почв и горных пород.
За этот же период сформировались основные теоретические положения о происхождении наиболее широко распространенных залежей подземного льда и другие важные положения.

К последним достижениям советской геокриологии следует отнести и появление начал учения о теплообмене в системе литосфера-почва-атмосфера, в ходе которого формируется и развивается зона мерзлых пород. Теплообмен в слое почв и горных пород с переменными в году температурами представляет собой весьма сложный и исключительно важный в научном и практическом отношении объект исследований.

Одной из главных научных задач, стоящих перед геокриологией (мерзлотоведением) на Северо-Востоке СССР на ближайшие 10-15 лет, является всемерное развитие исследований процессов тепло- и влаго- обмена в системе литосфера-почва-атмосфера и на этой основе выявление условий формирования и развития зон сезоннопромерзающих почв и мерзлых горных пород, а также в системе грунт-сооружение в инженерно-строительных целях. Эта задача представляет собой в на-стоящее время краеугольную проблему геокриологии.

Второй из наиболее важных задач геокриологии для условий Якутской республики и всего Северо-Востока следует считать изучение закономерностей развития основных криогенных физико-геологических процессов, в первую очередь явлений пучения при промерзании и осадок при протаивании горных пород, их прогноз и разработку способов предотвращения вредного воздействия этих явлений на устойчивость сооружений.

Слабая теоретическая изученность (при отсутствии точной экспериментальной техники) физической и физико-химической природы процессов, определяющих весьма разнообразное строение, сложение и прочностные связи криогенных горных пород, задерживала до сих пор разработку эффективных способов предохранения сооружения от деформаций в результате пучения и осадки криогенных грунтов, что в свою очередь вызывало непроизводительные затраты рабочей силы, материальных и денежных средств.

Наряду с разработкой этих основных проблем будут проводиться исследования, которые определяются потребностью широкого освоения полезных ископаемых на территории северо-восточных районов СССР и в этой связи развитием мощной алмазодобывающей промышленности, строительством южно-якутской металлургической базы, созданием газовой и нефтяной промышленности, расширением и строительством предприятий по добыче золота, полиметаллов, слюды, угля и др.

Развитие производительных сил Северо-Востока страны будет сопряжено с необходимостью расширения и строительства новых благоустроенных городов, промышленных предприятий, железных дорог на юге и автомобильных дорог, соединяющих промышленные центры.

Из числа частных вопросов, поднимаемых практикой социалистического строительства, особое значение приобретает научное и техническое решение проблемы разработки мерзлых горных пород. Успешное решение этой задачи позволит резко поднять производительность и экономичность работ, связанных со вскрытием котлованов, разработкой мерзлых алмазоносных и золотоносных россыпей, проходкой тоннелей, шахтных стволов, что имеет огромное народно-хозяйственное значение. Северо-Восточным отделением Института мерзлотоведения АН СССР начаты и будут значительно развиты работы по использованию для этих целей современных научно-технических достижений (электрогидравлический эффект, ультразвук, физико-химическое взаимодействие и другие методы).

Одной из актуальных проблем, стоящих перед геокриологией, является проблема водоснабжения засушливых районов за счет подземных вод. Разрабатываемый Северо-Восточным отделением радиоволновой метод оконтуривания водоносных горизонтов позволит значительно ускорить темпы поисковых работ и удешевить их стоимость. Значение подземных вод, защищенных мощной водонепроницаемой мерзлой толщей, состоит также в том, что они могут явиться наиболее реальными и безопасными источниками водоснабжения при радиоактивном, химическом и бактериологическом заражении местности.

Немалое народно-хозяйственное оборонное значение имеют вопросы строительства подземных сооружений, хранилищ, ледяных и ледогрунтовых складов. Строительство подобного рода сооружений в условиях криолитозоны сопряжено с изучением сложных процессов термического и механического взаимодействий этих сооружений с горными породами. К числу таких вопросов относится и бестарное хранение горюче-смазочных материалов.

Большой экономический эффект дает применение льдозакладки горных выработок, повышающее коэффициент использования угольных месторождений и снижающее расход крепежных материалов. Метод льдозакладки может быть использован в большинстве угольных месторождений Якутии и Чукотского национального округа.

Изучение процессов тепло- и массообмена земной коры с атмосферой позволит перейти к управлению тепловым и водным режимом почв и горных пород в нужных для промышленной и сельскохозяйственной практики направлениях. В дальнейшем будут значительно усилены исследования, которые позволят решить проблему использования отепляющего действия воды, пленочных покрытий, пенольда, искусственного снега, пористых пластических материалов для предохранения почв и горных пород от промерзания, для устройства теплиц, утепления заготовленных в летний период строительных материалов, рудо- и минералосодержащих запасов.

В дальнейшем начнется перспективная разработка проблемы управления микроклиматом под поселками и городами с использованием атомной энергии, пленочных пористых материалов, которые легче воздуха и обладают большим термическим сопротивлением.

В перспективе геокриология сыграет немаловажную роль при разработке проблемы изменения климата северо-восточных районов страны.

Над решением перечисленных основных задач геокриологии в Сибири, на Дальнем Востоке и на Северо-Востоке СССР в настоящее время работают Северо-Восточное отделение Института мерзлотоведения им. В.А. Обручева АН СССР в г. Якутске, три мерзлотные станции Института мерзлотоведения (в г. Игарке, в пос. Чульман и в пос. Анадырь), отдел мерзлотоведения ВНИИ-1 МЦМ СССР в г. Магадане, мерзлотная станция Норильского комбината в г. Норильске и некоторые другие учреждения. Все неакадемические организации занимаются в основном решением узкопроизводственных вопросов. При этом ни число специалистов, ни материально-техническая база всех перечисленных учреждений не в состоянии обеспечить решение стоящих перед геокриологией задач на достаточно высоком научном уровне и в сроки, обусловленные темпами развития народного хозяйства.

В целях успешного и быстрого решения чрезвычайно важных для народного хозяйства задач, стоящих перед наукой - геокриологией, не Института геокриологии на базе Северо-Восточного отделения Института мерзлотоведения АН СССР в составе Сибирского отделения АН СССР. Институт должен располагать достаточным количеством высококвали-фицированных специалистов, способных не только разрабатывать ос-новные теоретические проблемы геокриологии, но и решать конкретные задачи по приложению результатов теоретических исследований во всех областях социалистического строительства в районах распространения многолетнемерзлых горных пород.

Если бы институт, как академическое учреждение, ограничился теоретическими исследованиями и не доводил их до практического применения, то возникли бы вполне естественные претензии к геокриологии, а ценность проводимых работ была бы взята под сомнение. Кроме того, была бы нарушена материалистическая схема познания и возник бы отрыв научных работ от практики.

Институт геокриологии должен вести исследования с помощью сети мерзлотных станций, в число которых должны войти существующие Анадырская, Алданская и Игарская станции.

Предполагается также создать Нерчинскую станцию в районе строительства Металлургического комбината. Кроме того, в наиболее важных в научном и промышленном отношении районах будут организовываться стационарные пункты (алмазодобывающие районы, гидротехническое строительство и т. д.), а также будут проводиться полевые исследования комплексными экспедициями или отдельными отрядами.

На Институт геокриологии должны быть возложены обязанности по координации всех геокриологических исследований в восточных и северо-восточных районах страны (в Красноярском крае, в Иркутской, Читинской и Магаданской областях, в Бурят-Монгольской АССР).

Перед институтом встает сложная задача подготовки высококвалифицированных научных кадров. В настоящее время во всех научно-исследовательских организациях, занимающихся геокриологией на Северо-Востоке Советского Союза, имеется всего лишь около 70 научных работников. Для подготовки научных кадров при институте должна быть создана аспирантура, а через 7-10 лет институт должен иметь право приема кандидатских и докторских диссертаций по геокриологии. Постепенно институт в Якутске вырастет во всесоюзный научный центр геокриологии. Этим самым центр изучения многолетнемерзлых пород будет располагаться в республике, на территории которой последние имеют наиболее интенсивное в Союзе распространение.

В настоящее время штат Северо-Восточного отделения Института мерзлотоведения АН СССР составляет 123 человека, в том числе 30 научных сотрудников, старших лаборантов с высшим образованием 17 человек, лаборантов и техников 17 человек. Для обеспечения своевременного решения задач, стоящих перед геокриологией, штаты Института геокриологии должны возрасти в соответствии со стоящими перед ним задачами и его структурой.

Предлагается следующая структура института.

Во главе института стоят дирекция и Ученый совет. В настоящее время или в ближайшем будущем институт должен состоять из следую-щих отделов и лабораторий:
1) отдел общей геокриологии;
2) отдел инженерной геокриологии;
3) отдел теплообмена;
4) отдел экспериментальный;
5) отдел криолитологии;
6) лаборатория тепловой мелиорации;
7) лаборатория разработки мерзлых пород;
8) лаборатория физики и механики мерзлых грунтов;
9) лаборатория геогидрохимии;
10) экспериментальные мастерские;
11) лаборатория гидротехнических сооружений (организуется в I960 г.);
12) вычислительная лаборатория;
13) конструкторское бюро;
14) лаборатория земляного полотна (организуется в 1961 г.).
Приблизительно в 1965 г. следует организовать самостоятельные лаборатории или отделы:
15) льда и снега;
16) геофизических методов оконтуривания мерзлых пород.
Научно-исследовательские станции Института геокриологии Сибирского отделения АН СССР:
1) Алданская (ЯАССР);
2) Анадырская (Магаданская область);
3) Игарская (Красноярский край);
4) Вилюйская (ЯАССР) 1959-1960 гг. в пределах алмазоносной провинции;
5) Индигирская (ЯАССР) 1960-1962 гг. в районе месторождений золота и полиметаллов;
6) Читинская (Читинская обл.) 1961-1965 гг. (в районе металлургического комбината).

Для материального обеспечения и развития исследований по геокриологии необходимо строительство лабораторных и жилых помещений в основном на периферии и оснащение Института геокриологии и его станций современным научным оборудованием».

Полтора года ушло у Павла Ивановича на то, чтобы сдвинуть решение вопроса с «мертвой точки». Желая придать процессу импульс для ускорения, он принимает решение обратиться за поддержкой в ряд академических инстанций, в том числе к профильно-родственным институтам СО АН СССР. Так, например, 11 декабря 1959 г. он направляет директору Института геологии и геофизики СО АН СССР академику A.A. Трофимуку письмо следующего содержания:

«Вынужден обратиться к Вам с просьбой оказать содействие в окончательном решении вопроса о реорганизации Северо-Восточного отделения Института мерзлотоведения в Институт геокриологии при СО АН СССР.

При переговорах, происходящих в ноябре этого года между секретарем Якутского обкома КПСС С.З. Борисовым и академиком М.А. Лаврентьевым, была достигнута полная договоренность по этому вопросу. От директора Института мерзлотоведения АН СССР П. А. Шумского мне известно, что академик A.B. Топчиев готов поддержать просьбу Якутского обкома КПСС. Положительно к этому относится и академик А.Н. Несмеянов. По-видимому, недостает организующего начала, чтобы оформить это решение.

Учитывая Ваши пожелания, высказанные в период пребывания в Якутске, мы при постоянной поддержке обкома КПСС подготавливали материально-техническую базу будущего института. За истекшие три года нами освоено около шести миллионов рублей на строительство жилых домов и лабораторного корпуса. Введено в эксплуатацию 1300 м2 жилой площади и находится в заделе еще 800 м2. Строится каменное здание лабораторного корпуса с рабочей площадью 1500 м2. Сейчас возводится третий этаж. В этом году будет построено 130 м2 служебной площади, в том числе лаборатория моделирования тепловых процессов. Исполком горсовета отвел нам дополнительный участок, общая площадь которого составляет сейчас 62 га. Получено за эти годы много научного оборудования.

В отделении сформировался сильный коллектив научных работников, способный решать задачи, поставленные наукой и народным хозяйством. Поддерживаются тесные связи с Якутским совнархозом, Якутским геологическим управлением и другими организациями.

Об объеме и направлении нашей научной работы Вы можете составить представление из информационного отчета о научной и научноорганизационной деятельности за 1959 г., посланного Вам 8 декабря сего года.

За истекшее время коллектив отделения активно готовится к предстоящей реорганизации, сознавая большую ответственность за научную деятельность, которую он должен принять на себя в связи с преобразованием отделения в институт СО АН СССР.

Я обращаюсь к Вам с настоящим письмом потому, что неопределенность нашего положения в связи с затянувшимся решением вопроса о реорганизации сдерживает дальнейшее развитие нашей научной деятельности».

Инициативу П.И. Мельникова активно поддержал Якутский обком КПСС, обратившийся еще в середине 1960 г. с соответствующим ходатайством в Сибирское отделение и Президиум АН СССР. Принципиальное решение о создании нового института было принято Постановлением Президиума АН СССР от 16 сентября 1960 г. № 899, а 3 ноября того же года Совет Министров своим письмом № 2. 5897-350 предложил ему организовать этот институт в структуре СО АН СССР. 9 декабря Президиум АН СССР Постановлением № 1043, за подписью академика А.Н. Несмеянова принял окончательное решение о создании института «...в целях развития региональных исследований вечно-мерзлых горных пород Сибири, необходимых для обеспечения нужд народного хозяйства...».

По завершении административно-канцелярских дел в соответствующих отделах АН СССР и ее Сибирского отделения окрыленный свершившимся фактом первый директор нового академического института Павел Иванович по приезде в Якутск уже 9 марта 1961 г. информировал через республиканскую газету «Социалистическая Якутия» общественность ЯАССР о создании нового научного центра по мерзлотоведению. Эту статью следует рассматривать как наметки программы действий по реализации Постановления Президиума АН СССР, поэтому приводим ее полностью:

«Постановлением Президиума Академии наук СССР в системе Сибирского отделения Академии наук СССР в Якутске организован Институт мерзлотоведения.

Институт создан на базе Северо-Восточного отделения и научно-исследовательских мерзлотных станций: Игарской Красноярского края, Анадырской Магаданской области и Алданской Якутской АССР.

Создание научного центра по мерзлотоведению на Северо-Востоке страны - еще одно яркое свидетельство большого внимания, которое партия и Советское правительство оказывают развитию научных учреждений на Крайнем Севере.

По мере развития народного хозяйства в северных и восточных районах СССР все большее значение приобретает познание особенностей природных условий, определяемых промерзающей мерзлой и протаивающей толщей земной коры, льдом и снегом. Широкое распространение на Севере и Северо-Востоке мерзлых горных пород, сезоннопромерзающих на большую глубину почв, неизбежно сказывается на условиях человеческой деятельности.

Ни одно сколько-нибудь значительное практическое решение в области строительства, поисков и разведки полезных ископаемых, горного производства, сельского хозяйства в этих районах не может быть осуществлено без обстоятельного учета часто весьма сложных и разно-сторонних условий распространения и развития многолетнемерзлых горных пород.

Широкое развитие в северных и северо-восточных районах сельского хозяйства и промышленности с возведением крупных сооружений, зачастую с большим тепловыделением, и связанное с этим заселение этих районов требуют не только умения использовать свойства мерзлых грунтов, снега и льда, бороться с их вредным влиянием, но, что более важно, уметь изменять эти свойства в нужном направлении и преобразовывать природную обстановку.

Однако уровень развития теории и достигнутые результаты научных исследований в этой области знаний еще далеко не достаточны для решения многообразных и ответственных практических задач. Для разработки общей теории прочности и устойчивости криогенных образований изучаются изменения их структурных связей и природы прочности; основные закономерности напряженно-деформативного состояния (реологии) этих образований и их взаимодействие с инженерными сооружениями; сопротивление их разрушению; закономерности пучения грунтов при промерзании, осадки при протаивании и изменения фильтрационных свойств; воздействие динамических факторов на криогенные образования и возводимые в них и на них сооружения. В результате исследований разрабатываются следующие теоретические основы и методы:

- рациональное использование и упрочение промерзающих, мерзлых и протаивающих грунтов как оснований, материала и вмещающей среды сооружений - промышленных, гидротехнических, шахтных, сантехнических коммуникаций, электрических заземлений и подземных различного назначения в районах распространения многолетнемерзлых горных пород;
- расчеты теплопотерь и необходимой глубины заложения трубопроводов различного назначения в зоне сезоннопромерзающих почв и грунтов и борьбы с вредным воздействием пучения этих почв;
- методика эффективного разрушения мерзлых горных пород и льда при строительных и горных работах и снега как материала для сооружений (склады, холодильники и др.) и как основания и вмещающей среды для наземных и подземных сооружений.

В соответствии с указанными направлениями исследований принята структура Института мерзлотоведения. В составе института организуются лаборатории: прочностных связей мерзлых грунтов, реологии мерзлых грунтов, массообмена и конвективного теплообмена, моделирования процессов, тепловых свойств горных пород, тепловой мелиорации, оснований и земляных сооружений, механического и теплового взаимодействия мерзлых грунтов с наземными и подземными сооружениями, геокриологии и гидрогеологии, прикладной геофизики и др.

В институте и на его станциях уже работают 230 сотрудников. Научные кадры института имеют в своем составе ядро высококва-лифицированных ученых, обладающих большим опытом научной работы на Севере. Ведется подготовка ученых из числа талантливых молодых специалистов.

Институт имеет близкую к завершению солидную научно-лабораторную базу, оснащенную современными приборами и оборудованием, и необходимые, хотя еще недостаточно удовлетворительные материально-бытовые условия для сотрудников. Новый институт нуждается в помощи в завершении в 1961 году строительства здания лабораторного корпуса, жилых домов, детского сада и яслей, строительстве благоустроенных каменных жилых домов.

Научно-исследовательские мерзлотные станции также нуждаются в строительстве лабораторных и жилых зданий. Солидную базу для станции или лаборатории института надо построить в г. Мирном, где в связи с быстрым развитием алмазодобывающей промышленности и непрерывным ростом строительства промышленных и гражданских сооружений должны быть организованы разносторонние исследования Института мерзлотоведения.

В короткий срок надо построить также базу для научно-исследовательской мерзлотной станции в г. Алдане. Эта станция будет в дальнейшем обслуживать район развития угольно-металлургической промышленности.

Президиум Академии наук СССР возложил на Институт мерзлотоведения СО АН СССР подготовку научных кадров через аспирантуру, а также координацию исследований в области мерзлотоведения в системе научных учреждений Сибирского отделения Академии наук СССР.

Институт будет проводить научные исследования в тесном контакте с Институтом криологии Земли Академии наук СССР и другими академическими и ведомственными институтами, а также геологическими управлениями, совнархозами и различными производственными организациями.

Нет сомнения, что Институт мерзлотоведения Сибирского отделения Академии наук СССР, расположенный в центре области распространения многолетнемерзлых горных пород, будет успешно развиваться и своими исследованиями обогатит науку и практику ценными открытиями».

Перед Павлом Ивановичем, как директором-организатором, стояли грандиозные по масштабам и трудные по объемам затрачиваемой энергии задачи. С первых дней этой нелегкой работы проявились и были востребованы основные черты его характера: целеустремленность, напористость, невероятная трудоспособность, интуиция и дипломатичность. Он добился того, что новому детищу Сибирского отделения АН СССР с первых дней его существования уделялось достаточно серьезное внимание и оказывалась поддержка. Уже в первой половине наступившего 1961 г. он подготовил два очень важных документа, отражавших перспективы развития геокриологии в России: Постановление ЦК КПСС и СМ СССР от 3 апреля № 2289 и Решение Бюро Президиума СО АН СССР № 215 от 5 мая. Именно в этих документах были намечены основные мероприятия по научно-организационному укреплению института и созданию его материально-технической базы.

Первоочередными задачами Павел Иванович считал: а) определение основных научных направлений, проблем и задач, тесно связанных с промышленным и хозяйственным освоением районов области распространения вечной мерзлоты; б) усовершенствование научно-организационной структуры института, максимально соответствующей проведению геокриологических исследований; в) укрепление научных подразделений кадрами высокой квалификации; г) создание современной научно-технической базы; д) проведение комплекса мероприятий в социально-бытовой сфере.

Таким образом, невероятными усилиями Павла Ивановича в Якутске был создан новый академический институт. Казалось, что на этом можно бы и остановиться. Но у него была и другая цель - сформировать Сибирский геокриологический центр, в состав которого вошли бы несколько институтов с отделениями в разных районах обширной территории криолитозоны Сибири. Перспективное видение решения этой новой задачи он изложил председателю Президиума СО АН СССР академику М.А. Лаврентьеву в начале 1965 г. в следующем письме.

«В связи с ликвидацией в 1960 году в Москве Института мерзлотоведения им. В.А. Обручева АН СССР и перенесением центра научных исследований по мерзлотоведению в г. Якутск, мерзлотоведение, как наука (научная отрасль), начала испытывать ряд трудностей, связанных с ограничением своего развития. Главной причиной этого является оторванность от научных и культурных центров и большая трудность привлечения высококвалифицированных специалистов, особенно докторов наук. Без достаточного количества этой категории ученых развивать науку в соответствии с требованиями, предъявленными к Академии наук СССР, трудно!
Между тем непрерывно растущие запросы к мерзлотоведению в Советском Союзе, а также сопоставление развития этой отрасли знаний в СССР с США вызывают у нас серьезную тревогу (см. справку...). В связи с этим уже в течение нескольких лет поднимается вопрос о необходимости решительного усиления развития мерзлотоведения в СССР и восстановления научного центра в Москве. При этом мыслится, что Институт мерзлотоведения Сибирского отделения АН СССР в г. Якутске останется серьезной научно-экспериментальной базой экспедиционных и опытных исследований, связанных с исследованием мерзлых толщ непосредственно в природе.

Создание научного центра в Москве в значительной степени зависит от Вашего окончательного решения - где целесообразнее развивать мерзлотоведение. Если Вы относитесь к созданию центра именно в Москве отрицательно, тогда возникает настоятельная необходимость создать такой научный центр в новосибирском Академгородке и на более широкой основе.

Научный центр должен иметь в качестве своей основной задачи всестороннее изучение криологии Земли, т. е. всех видов мерзлых зон земного шара и связанных с ними явлений, а именно: льдов, снежного покрова, мерзлых толщ земной коры.

В связи с этим, а также с предстоящей разработкой пятилетнего плана развития научных исследований в области естественных и общественных наук на 1966-1970 гг., составление плана развития сети научных учреждений, роста численности научных кадров, финансирования научно-исследовательской деятельности и капитальных вложений на развитие науки в Академии наук СССР, прошу Вас запланировать создание в Новосибирском центре Института криологии Земли и строительства в Академгородке лабораторного корпуса (повторив один из проектов здания института). Выходная численность этого института не будет превышать 300 человек, а ежегодные затраты на научную деятельность в пределах 1 млн руб.

По признанию зарубежных ученых, Советский Союз занимает ведущее положение в мире в области мерзлотоведения. Внося предложение об организации Института криологии Земли, мы надеемся превратить его в мировой центр исследований в данном направлении».

Желая подчеркнуть важность своего предложения, Павел Иванович сопроводил это письмо подробной справкой о состоянии мерзлотоведения в СССР и за рубежом:

«Мерзлотоведение родилось и оформилось в самостоятельную науку о мерзлых зонах Земли - геокриологию - в Советском Союзе. Создание этой науки именно в СССР было обусловлено требованиями практики, поскольку около половины территории Советского Союза находится в области распространения многолетнемерзлых пород (мощность которых достигает 1500 м), на подавляющей части территории имеет место глубокое сезонное промерзание грунтов. Наличие мерзлых толщ, снега и льда существенно отражается как на геофизических, физико-географических и других природных процессах, так и на условиях человеческой деятельности в этих районах. Поэтому широкое освоение Севера и Севера-Востока Союза с их богатейшими природными ресурсами, начатое в годы Советской власти, потребовало научной разработки проблем, связанных с познанием закономерностей формирования и развития мерзлой зоны земли, изучением геофизических (физических, физико-химических, теплофизических, геохимических и др.) процессов, протекающих в мерзлых толщах и управлением этими процессами в народно-хозяйственных целях.

Решением указанных проблем занимался Институт мерзлотоведения им. В.А. Обручева, созданный в системе Академии наук СССР по инициативе академиков В.И. Вернадского, В.А. Обручева, профессора М.И. Сумгина и других ученых. Бессменным директором института до 1956 г. был академик В.А. Обручев. За время своего существования в Институте мерзлотоведения сформировался опытный коллектив высококвалифицированных ученых, организована сеть отделений и станций, разработаны научные основы мерзлотоведения (геокриологии) и практические приемы использования результатов этой науки в самых раз-личных областях народного хозяйства.

По признанию зарубежных ученых Советский Союз занял ведущее положение в мире в области мерзлотоведения, а Институт мерзлотоведения им. В.А. Обручева стал "главным мировым центром работ этого направления".

В настоящее время в Советском Союзе имеется единственный Институт мерзлотоведения СО АН СССР, созданный в 1960 г. и находящийся в г. Якутске.

В США и Канаде мерзлотоведение начало развиваться значительно позже, в период Второй мировой войны и особенно в послевоенные годы, в связи со стратегическим строительством на Аляске, севере Канады и в арктических районах. В последующее время вопросам мерзлотоведения в США и Канаде уделялось большее внимание, и сейчас там этой проблемой в той или иной степени занимается целая сеть научно-исследовательских, учебных и инженерных организаций: Национальный исследовательский совет Национальной академии наук США, Комитет по дорожному строительству Академии наук США, Институт полярных исследований, Геофизический союз США, Геологическая служба Министерства внутренних дел США, Корпус инженеров армии США, университеты Пурдью, Миннесоты, Висконсинский, Калифорнийский и другие, а также Военно-морское министерство, Американское общество гражданских инженеров и т. д.

В Канаде исследованиями по мерзлотоведению занимается Национальный исследовательский совет, Управление оборонных исследований, Управление горных работ и ряд университетов.

О той большой роли, которая придается развитию мерзлотоведения в США <и Канаде, можно судить по состоявшейся в ноябре 1963 г. Первой международной конференции.

Конференция была проведена в США, и в ней принимали участие ученые и инженеры 12 стран (США, Канада, СССР, Швеция, Норвегия, ФРГ, Япония и др.), представившие более 100 докладов. Из этих докладов и из общего ознакомления с состоянием мерзлотоведения в США и Канаде следует вполне определенный вывод о том, насколько значителен размах исследовательских работ по мерзлотоведению в указанных странах. Организуются комплексные геокриологические экспедиции с применением новейших методов геофизических исследований, аэрофотосъемки и пр., проводятся широкие инженерные эксперименты, включая строительство опытных инженерных сооружений, ведутся большие лабораторные исследования с применением современного экспериментального оборудования.

Следует отметить основное, что характерно для развития мерзлотоведения в США, - это концентрация сил, создание единого, комплексного научно-исследовательского центра. Таким центром является организованный в 1961 г. Институт по исследованиям северных районов и инженерным вопросам, подчиненный Армии США (КРРЕЛ). Институт, находящийся в Ганновере (штат Нью-Хэмпшир, вблизи Бостона) и имеющий экспериментальную станцию на Аляске и вспомогательную в Мичигане, располагает большой площадью. Только в Ганновере имеются лабораторные помещения площадью 7 тыс. м2 с 24 холодильными камерами, оснащенными новейшим оборудованием. В составе института работает около 230 специалистов различного профиля, в том числе крупные ученые США и стажеры из-за границы. Задачей этой организации является комплексное изучение вечномерзлых и сезоннопромерзающих грунтов, льда, снега, а также условий освоения арктических и северных районов, для чего КРРЕЛ проводит широкие полевые и лабораторные исследования, решая комплексно задачи как научного, теоретического, так и инженерного характера для общехозяйственных и военных целей.

Такая концентрация научных исследований в области мерзлотоведения уже принесла ощутимые результаты - ученые и инженеры США достигли значительных успехов в деле развития научных основ мерзлотоведения и особенно в их практическом применении для инженерных целей. Это подтверждается, например, успешным строительством авиа-базы в Гренландии (Туле) с устройством "подземных"' сооружений в толще льда.

В 1961 г. ведущая организация по мерзлотоведению в СССР - Институт мерзлотоведения им. В.А. Обручева был передан из Академии наук СССР в Академию строительства и архитектуры Госстроя СССР. В 1963 г. с закрытием этой академии был ликвидирован и Институт мерзлотоведения им. В.А. Обручева после 30 лет своего существования. Ликвидация координирующего научного центра, объединявшего крупных ученых в области мерзлотоведения, прекращение разработки проблемных научных вопросов криологии, требующей участия смежных дисциплин (физиков, физикохимиков, геологов, географов, геофизиков, математиков и др.), привела к угрозе резкого отставания СССР в развитии этой важной науки. Осложнилась и подготовка высококвалифицированных кадров.

Институт мерзлотоведения СО АН СССР ограничен в своем развитии вследствие невозможности привлечения в Якутск крупных ученых, работающих не только в области мерзлотоведения, но и в других смежных дисциплинах и принимающих деятельное участие в решении проблем мерзлотоведения. Кроме этого, удаленность Якутска от научных центров и отсутствие в Якутске промышленности очень затрудняют применение новейших методов исследований, применяемых в смежных областях науки, изготовление нестандартных приборов и оборудования, использование достижений физики и математики. Осуществление такого рода работ отнимает у научных сотрудников много лишнего времени на всевозможные организационные дела и переписку. В результате стоимость этих работ в Якутске обходится в среднем в три-пять раз дороже аналогичных работ в Москве или Новосибирске.

Все это вызывает необходимость организовать научный центр по криологии Земли в Москве в составе Отделения наук о Земле АН СССР или в Новосибирске в составе Сибирского отделения АН СССР».

Надо признать, что эти два документа были первым шагом если не к созданию Института криологии в Новосибирске, то к образованию в последующем Научного совета по криологии Земли АН СССР в Москве и Института криосферы Земли СО РАН в Тюмени.

Важным шагом в научно-организационном отношении нового Института мерзлотоведения СО АН СССР было создание Ученого совета. Уже в марте 1961 г. состоялось его первое заседание. В повестке дня значилось обсуждение плана научно-исследовательских работ (НИР) на текущую пятилетку.

Необходимо отметить, что за последующие 28 лет своего бессменного руководства институтом, который после ликвидации в 1963 г. московского Института мерзлотоведения АН СССР им. В.А. Обручева стал единственной в стране академической научно-исследовательской организацией этого профи-ля, П.И. Мельников как ученый, организатор науки и общественный деятель успел сделать очень многое. В этот период судьба словно решила компенсировать ему тяжелое время детства и отрочества, предоставив режим наибольшего жизненного благоприятствования для реализации его научных и научно-исследовательских планов, устремлений и идей.

В 1964 г. по совокупности опубликованных работ, представленных в до-кладе «Итоги геокриологических, гидрогеологических и инженерно-геологических исследований в Центральной и Южной Якутии», П.И. Мельникову решением ВАК СССР была присвоена ученая степень доктора геолого-минералогических наук. В 1966 г. он завершил крупное картографическое обобщение многолетних геотермических наблюдений, составил первую геокриологическую карту Якутии в масштабе 1:5000000. Карта была удостоена золотой медали ВДНХ. В качестве приложения она была включена в XX том монографии «Гидрогеология СССР» (1970). В 1968 г. в работе «Фундаменты сооружений на мерзлых грунтах Якутии» П.И. Мельниковым совместно с К.Ф. Войтковским, Г.В. Порхаевым, И.Н. Вотяковым и другими исследователями был обобщен накопленный к тому времени опыт проектирования, возведения и эксплуатации фундаментов зданий и сооружений на мерзлых грунтах. В монографии изложены основные принципы расчета фундаментов на естественных и искусственных основаниях, проанализированы перспективы дальнейшего развития фундаментостроения в районах распространения вечной мерзлоты.

В 1968 г. П.И. Мельников был избран членом-корреспондентом АН СССР по Отделению наук о Земле. Это было высокое признание его личных результатов и возглавляемого им коллектива. Став членом-корреспондентом АН СССР, П.И. Мельников значительно больше времени и сил уделял научно-организационной работе. По его инициативе существенно расширилась и углубилась тематика научных исследований в институте, создавались новые научные лаборатории и региональные научные подразделения как в Якутии, так и за ее пределами. Для координации геокриологических исследований, проводимых в нашей стране, Павел Иванович добился создания в 1970 г. в г. Москве Научного совета по криологии Земли АН СССР, бессменным председателем которого он оставался до конца своей жизни. Его избрали также членом бюро Отделения океанологии, физики атмосферы и географии АН СССР (1970), членом Научного совета по проблемам БАМа (1975) и других научных советов.

Огромную работу проделал П.И. Мельников при подготовке и проведении в 1973 г. в г. Якутске Второй международной конференции по мерзлотоведению. Будучи председателем оргкомитета этого крупного международного форума мерзлотоведов, впервые проводившегося в нашей стране, он взял на себя ответственность по его планированию и организации. Успешное проведение этой конференции, безусловно, способствовало росту международного авторитета сибирской геокриологической научной школы, а также укреплению научных связей сотрудников института с зарубежными коллегами и осуществлению в последующем совместных исследований.

В 1981 г. П.И. Мельников был избран действительным членом АН СССР по Отделению океанологии, физики атмосферы и географии. С этого времени еще более увеличился объем выполняемой им научной, научно-организационной и общественной нагрузки. В 1983 г. по инициативе П.И. Мельникова при институте создан докторский Специализированный совет по защите диссертаций по геолого-минералогическим, техническим и географическим наукам, председателем которого он был назначен. В том же году его избрали президентом впервые организованной Международной ассоциации по мерзлотоведению. Возглавляя эту ассоциацию все установленные по положению пять лет, Павел Иванович выполнял большую научно-организационную работу по координации геокриологических исследований, проводимых в разных странах мира, организации международных научных конференций и симпозиумов по различным проблемам мерзлотоведения. Тем не менее основной объем научно-организационной работы П.И. Мельников выполнял как директор института.

Павел Иванович очень требовательно и строго относился к составлению планов НИР, их корректировке и, безусловно, к реализации. Он твердо стоял на позиции: планы должны составляться с учетом их реального выполнения в намеченные сроки и быть обеспеченными ответственными исполнителями и материально-техническими средствами. Более того, он тщательно следил за тем, чтобы институту не навязывали дополнительную тематику, не подключали бы к решению тех задач, которые не очень близки НИР или на выполнение которых у него нет соответствующих резервов.

Так, например, еще в начале 1971 г. П.И. Мельников получил распоряжение Президиума АН СССР № 22-270, в котором институт был определен соисполнителем по одной из важных тем - 0.01.275 на период 1971-1975 гг. без каких-либо предварительных переговоров и обсуждений. Полагая, что коллектив не в состоянии взяться за решение перечисленных задач, он моментально отреагировал письмом академику Г.И. Марчуку (20.04.1971):

«...включение института в число исполнителей этой проблемы с нами не согласовывалось и сделано без нашего ведома. Институт не имеет возможности выполнить указанные задания без дополнительных штатов и ассигнований, о чем сообщено головным организациям. Ориентировочная потребность в штате и ассигнованиях для выполнения указанных заданий 15 единиц с годовым фондом зарплаты 48 500 руб. и 100 000 руб. на приобретение оборудования и выполнение экспериментальных и полевых исследований».

Как следует из этого письма, Павел Иванович не просто отказывался от проведения исследований, а уже в то время применял рыночный принцип -будут деньги и штаты - будет выполнена и работа.

П.И. Мельников, будучи директором единственного в стране института, занимающегося комплексом проблем, связанных с коварным и строптивым характером вечной мерзлоты, бережно относился к поддержанию и укреплению его научного авторитета. Он считал, что нужно всегда реально оценивать возможности коллектива и браться только за такие дела, которые он мог выполнить качественно и в срок, поднимая престиж сибирской геокриологической научной школы.

Приведем еще один характерный пример. Письмо от 12 апреля 1976 г., адресованное Павлом Ивановичем сразу в три адреса: в СО АН СССР (A.A. Трофимуку), ВНИИГАЗ (С.Ф. Гудкову) и в Научный совет по проблемам нефти и газа ГКНТ СССР (В.А. Кудрявцеву):

«в соответствии с Постановлением Госкомитета СМ СССР по науке и технике № 500 от 21.11.75 г. направляем свои предложения к Координационному плану по решению научно-технической проблемы 0.04.02 задания 07.04. "Разработать методику, проверить в опытных условиях и внедрить методы и средства предотвращения оттаивания и просадок грунтов, искривления и разрывов газопроводов, дорог и других объектов, связанных с эксплуатацией газопроводов на 1976-80 гг."

Институт мерзлотоведения просит снять с него обязанности головной организации по заданию 07.04.Т-1 и Т-2 и оставить его в качестве соисполнителя.

Институт мерзлотоведения по профилю проводимых исследований не занимается вопросами технологии добычи и транспортировки газа, знание которых необходимо для головной организации по данной теме, и не располагает соответствующими специалистами. Разработка защитных зеленых насаждений и восстановление напочвенных покровов также не относится к профилю института.

Как соисполнитель по теме, Институт мерзлотоведения мог бы провести исследования и дать рекомендации по снижению протаивания грунтов путем применения теплоизоляционных покрытий (пенопласты, мохоторфяные покровы и др.).

Кардинального решения вопросов предотвращения оттаивания грунтов на трассе эксплуатируемого газопровода можно достичь применением пенистых незамерзающих покровов, поэтому в качестве соисполнителей желательно привлечь ИРГИРЕДМЕТ Министерства цветной металлургии (г. Иркутск) и Институт теплофизики СО АН СССР (г. Новосибирск), где ведутся соответствующие исследования на стадии промышленного внедрения.

В качестве головной организации вместо Института мерзлотоведения было бы целесообразно привлечь один из институтов Мингазпрома, финансирующего все работы».

Институт мерзлотоведения СО РАН многие свои исследования проводил по линии хоздоговоров и в основном в тех случаях, когда технические задания заказчиков вписывались во внутренние планы НИР. Павел Иванович приветствовал такое научно-техническое содружество, поскольку оно позволяло оперативно внедрять в практику достижения прикладного характера и с определенным экономическим эффектом. Практика таких совместных исследований энергично стала внедряться с начала 70-х годов XX столетия. Однако отношения с производственниками не всегда складывались. Поэтому солидные хоздоговора Павел Иванович всегда брал под свой личный контроль, отслеживал поэтапное выполнение исследований, предусмотренных техническими заданиями. В случае возникновения каких-либо проблем он считал своим долгом выходить на самые высокие ведомственные инстанции. Когда, например, в 1976 г. возникли проблемы с проведением работ на газопроводах севера Красноярского края, он вынужден был обратиться к первому заместителю министра газовой промышленности СССР М.В. Сидоренко с письмом следующего содержания:

«Институт мерзлотоведения СО АН СССР проводит научно-исследовательские работы, целью которых является выдача рекомендаций по созданию защитных средств для предотвращения оттаивания и просадки грунтов в процессе эксплуатации магистральных газопроводов в области вечной мерзлоты. Эти исследования ведутся на газопроводе Соленое-Мессояха-Норильск по хозяйственному договору с Норильскгазпромом с 1975 г. и включены в координационный план работ по решению научно-технической проблемы 0.04.02, утвержденный ГКНТ 21 ноября 1975 г. (Постановление № 500), задание 07.04. "Разработать методы и технические средства защиты окружающей среды при эксплуатации объектов транспорта газаразделы Т-1 и Т-2.

В 1976 г. Норильскгазпром при поддержке технического управления вашего министерства направил договор с Институтом мерзлотоведения во ВНИИГАЗ, как головной институт по заданию. Однако ВНИИГАЗ отказался подписать договор с Институтом мерзлотоведения, сославшись на отсутствие средств, и обещал заключить договор в 1977 г.

Решение ВНИИГАЗа, направленное в Институт мерзлотоведения в середине этого года, поставило последний в крайне сложное положение, так как экспериментальные работы в пос. Соленый институт продолжал в соответствии с обещанным ранее договором. Прекращение или сокращение исследований, на что институт вынужден пойти, поставит под угрозу качество выполнения данного раздела задания.

В связи с этим прошу Вас изыскать возможность выделения в 1976 г. институту ВНИИ ГАЗом необходимой суммы для заключения договора».

Своевременное обращение Павла Ивановича возымело свое действие. Необходимые средства были выделены, а начатые работы продолжались еще несколько лет, что позволило получить уникальный фактический материал, который позднее был использован при составлении ряда нормативных (в том числе и ведомственных) инструкций и указаний.

Возглавляя Институт мерзлотоведения и являясь одновременно председателем Научного совета по криологии Земли АН СССР, Павел Иванович не просто курировал все исследования, в той или иной мере связанные с проблемами уникального природного явления, он стремился объединить научные коллективы и направить их консолидированные усилия для решения актуальных проблем и задач. Выступая инициатором многих полезных начинаний, он с благодарностью и особой радостью воспринимал интересные предложения, видя в них определенную перспективу. Особенно Павел Иванович ратовал за проведение комплексных тематических исследований на базе натурных стационаров, которые, по его мнению, должны были создаваться под программы длительного мониторинга за отдельными объектами природной и геологической среды. Он с воодушевлением воспринял, например, предложение директора Института географии АН СССР, академика И.П. Герасимова, изложенное в письме от 05.03.1976 г., об организации на территории нашей страны сети биосферных заповедников. Свои предложения по этому вопросу Павел Иванович отправил уже 11 марта: «В ответ на Ваше письмо по вопросу о биосферных станциях-заповедниках сообщаю Вам следующее.

Институт мерзлотоведения СО АН СССР согласен принять участие в организации и работе биосферного заповедника в Центральной Якутии (Восточно - Сибирский).

Территория этого заповедника может быть намечена на водораз-деле рек Лены и Алдана, в районе северной части Лено-Амгинского междуречья, к северу от тракта Тюнгюлю-Чурапча. Здесь могут быть выделены центральная зона, буферная и учебно-демонстрационная.

Этот район характерен уникальными явлениями термокарста и подземных льдов плейстоценового возраста и представляется целесообразным для создания заповедника, в котором можно было бы вести систематические исследования развития специфического криогенного ландшафта как в условиях техногенного воздействия, так и без него.

В программу работ биосферного заповедника в части геокриологии можно было бы включить теплобалансовые и геотермические исследования и создание "вековых геотермических реперов", как их называл М.И. Сумгин.

Институт мерзлотоведения может проводить в биосферном заповед-нике исследования по теме "Геокриологический прогноз тепло- и влаго- оборотов в таежной зоне вечной мерзлоты. Рациональные способы уп-равления тепловыми процессами верхних горизонтов литосферы".
По данной теме могли бы решаться такие вопросы, как:

1) сравнительная оценка теплового баланса и водно-теплового ре-жима почвы для естественных и техногенных ландшафтов (лесные покровы, безлесные участки, инженерные покрытия, застройка территорий, сельскохозяйственные мелиоративные мероприятия и т. д.);
2) разработка методики геокриологического прогноза изменения геокриологических условий в результате освоения территории, выявление оптимальных решений, направленных на рекультивацию техногенного ландшафта.

Эта тематика, естественно, должна вписаться в общую комплексную программу биосферного заповедника, как отражающая лишь гекриологический фактор данной экосистемы.

Для организации проведения названных выше исследований Институту мерзлотоведения требуются дополнительные штаты и ассигнования.

В качестве общего пожелания считал бы нужным в программу работы биосферного заповедника включить составление комплексной экологической среднемасштабной карты территории заповедника, несущей информацию о вечной мерзлоте, почвах, растительности, подземных и поверхностных водах, животном мире и деятельности человека. В качестве одного из методов контроля изменения среды желательно применять повторные аэрофотосъемки и другие современные дистанционные методы».

Переписка по этому важному вопросу продолжалась более двух лет. Последнее письмо И.П. Герасимов получил от Павла Ивановича в январе 1978 г.
«Институт мерзлотоведения, - пишет в нем Павел Иванович, - считает необходимым включить в обсуждение в вышестоящих инстанциях Академии наук СССР вопрос о создании в Центральной Якутии биосферно го заповедника (станции биосферного мониторинга), характеризуемого экстремальными природно-климатическими условиями, в том числе наличием мощных мерзлых толщ горных пород. Для этой цели необходимо оформить выделение территории общей площадью 10 000 км2, охватывающей окрестности г. Якутска, часть долины р. Лены и Лено-Амгинского междуречья. На эту территорию должно распространяться Положение о государственном заповеднике (недопущение рубок леса, производства земляных работ и пр.).

Считаем целесообразным предоставление Институту мерзлотоведения прав на руководство работой биосферного заповедника, поскольку институт имеет опыт проведения комплексных стационарных исследований в области вечной мерзлоты.

Наблюдения на биосферном заповеднике должны, по нашему мнению, охватывать следующие природные объекты: деятельный слой почвы и мерзлую толщу, снежный покров, древесную растительность (сосна, лиственница) и травянистые ассоциации, приземный слой атмосферы, водную среду (термокарстовые озера), а также животный мир. В состав наблюдений, опубликованных, в частности, в книге A.B. Павлова "Теплообмен почвы с атмосферой в северных и умеренных широтах территории СССР" (1975), должны обязательно входить наблюдения за мерзлотным режимом почв и горных пород и определяющими его основными факторами, гидрогеологическим режимом усыхающих термокарстовых озер, сезонной динамикой биологических процессов в растительном покрове и почве.

Для организации биосферного заповедника в Институте мерзлотоведения необходимо создать новое структурное подразделение в виде отдела с двумя лабораториями, что потребует выделения дополнительной численности в количестве двадцати человек с общим фондом зарплаты 50 тыс. руб.

Как мы уже сообщали, Институт мерзлотоведения заинтересован в проведении совместных с вашим институтом исследований на проектируемом биосферном заповеднике в Центральной Якутии и для установления контактов готов принять рабочую группу сотрудников вашего института (Ю.Л. Раунер, A.M. Грин и др.)».

Озабоченный состоянием окружающей среды, П.И. Мельников одним из первых вышел на высокие государственные уровни и от имени Научного совета по криологии Земли АН СССР активно будировал вопрос о создании Государственного комитета по охране окружающей среды при СМ СССР. Переписка по этому вопросу началась в марте 1976 г. Приводим его письмо начальнику отдела охраны природы Госплана СССР П.И. Полетаеву:

«Научный совет по криологии Земли АН СССР направляет Вам, по Вашей просьбе, перечень основных общих требований к охране среды в районах распространения многолетнемерзлых пород (Север и Северо-Восток СССР), которые сейчас можно сформулировать на основании имеющегося опыта освоения Севера и обсуждения проблемы охраны среды в упомянутых районах на Первом всесоюзном совещании (Москва, 1975 г.).

Эти требования касаются наиболее специфической и практически важной части проблемы, а именно: охраны почв, грунтов, подземных вод, как геосреды в возведении сооружений и добычи полезных ископаемых, и не охватывают биосферы и атмосферы.

На Севере и Северо-Востоке СССР в области многолетнемерзлых пород, составляющей почти 50 % территории страны, в районах крупномасштабного строительства и добычи полезных ископаемых (магистральные трубопроводы, БАМ, промышленные комплексы), имеют место серьезные нарушения природной среды, выраженные в активизации деструктивных процессов в почвах и мерзлых грунтах (просадки почв и грунтов с образованием западин, озер, размыв почв и грунтов с образованием оврагов, сплыв грунта, обрушение берегов и т. д.), влекущих за собой разрушение природных ландшафтов тайги и тундры и вывод из строя земель, предназначенных для промышленного, строительного и сельскохозяйственного освоения, а также деформации строительных объектов. Государству в связи с этим наносится большой материальный ущерб.

Такое положение связано с недостатками в организационной, производственной и научно-исследовательской деятельности по проблеме охраны природной среды в области распространения многолетнемерзлых пород.

Общим требованиям, предъявляемым к строителям и горнякам, осваивающим Север, является требование о минимальности нарушения почвенного и растительного покрова в местах залегания многолетне-мерзлых, особенно содержащих большое количество льда, пород.

Это требование должно выполняться путем:

1) включения в проекты строительства сооружений по добыче и эксплуатации полезных ископаемых определенных мероприятий, обеспечивающих длительную устойчивость сооружений и сохранение вокруг них прежних или рекультивированных ландшафтов;
2) ограничения количества и размеров просек, расчисток временных дорог, горных выработок (карьеров, шурфов, скважин) во время инженерно-геологических изысканий и строительства;
3) запрещения, по крайней мере в летнее время, использования гусеничного и колесного транспорта в период изысканий, строительства и эксплуатации сооружений и горных выработок (исключение - на дорогах с твердым покрытием);
4) внедрения в производственные организации на Севере специальных видов наземного транспорта, не нарушающего почвенно-растительный покров при движении в тайге и тундре.

В качестве научной основы выполнения требований, особенно первого из перечисленных, северные и северо-восточные районы страны должны быть покрыты картами землепользования (в своей основе экологическими) в масштабе 1:150000-1:200000, в первую очередь это касается территорий ближайшего промышленного освоения.

Карты эти могут быть комплексными, а также и специальными (по отдельным элементам среды) и должны нести информацию:

1) мерзлотную (геокриологическую) с прогнозом изменения мерзлотных условий при освоении местности;
2) почвенно-ботаническую;
3) ландшафтную;
4) отражающую особенности жизнеобитания и миграции животных;
5) отражающую местные промыслы (рыболовство, охота);
6) отражающую объекты археологии, истории, туризма.

В целом это может быть выражено на картах экологических и картах «чувствительности местности к освоению ее человеком».

Рассматривая в данном случае мерзлотный (геокриологический) аспект проблемы, отметим, что методика составления первых мерзлотных карт данного масштаба с прогнозными показателями уже разрабатывается в научно-исследовательских организациях страны (ПНИИИС Госстроя СССР, кафедра мерзлотоведения МГУ, ВСЕГИНГЕО) и при проектировании крупных магистральных газопроводов в Западной Сибири. Опытные карты уже применяются.

Однако после разработки методики составление карт по данной утвержденной методике должно быть поручено производственным организациям Министерства геологии СССР или Главного управления геодезии и картографии при СМ СССР.

Эти работы желательно предусмотреть в государственном плане развития народного хозяйства СССР.

Наличие хотя бы части перечисленных карт даст большой экономический эффект, так как значительно сократит сроки и объемы изыскательских работ, быстро обеспечит необходимой информацией проектировщиков и позволит рационально строить и эксплуатировать сооружения, что в целом обеспечит их длительную устойчивость и сохранность окружающей среды.

Совершенно неотложным является разработка конструкции и создание специальных транспортных средств для тайги и тундры, не нарушающих растительного и почвенного покрова. В этом вопросе помощь Госплана СССР была бы весьма эффективна. Вопросами создания соответствующих транспортных средств занимается Институт сельского хозяйства Крайнего Севера в г. Норильске, однако результаты исследований в этом отношении пока только обнадеживающие.

Во исполнение Постановления Совета Министров РСФСР от 24 марта 1975 г. № 179 "О серьезных недостатках в выполнении Закона РСФСР "Об охране природы в РСФСР в Тюменской области", Постановления СМ СССР от 13 октября 1975 г. № 884 и Постановления ЦК КПСС и Совета Министров СССР от 20 марта 1967 г. №236 "О неотложных мерах по защите почв от ветровой и водной эрозии" и других документов, а также во исполнение решения Всесоюзного совещания по охране окружающей среды в области многолетнемерзлых пород (Москва, 1975 г.) по сведениям, полученным Научным советом от министерств и ведомств, проводящих работы на Севере, отдельные мероприятия по охране среды начали выполняться. Так, например, Госстрой СССР подготавливает к утверждению новую главу СНиП "Земляные сооружения", где предусмотрены повышенные требования по сохранению и восстановлению растительного покрова при выполнении земляных работ, в частности в Северных районах. Миннефтегазстрой издал приказы, согласно которым в проекты и сметы на строительство объектов нефтяной и газовой промышленности должны включаться мероприятия по охране и восстановлению окружающей среды, а строительство объектов данной промышленности должно производиться по проектам, согласованным с соответствующими институтами. Разработаны также нормативные документы по рекультивации земель и по технологии подготовки трасс трубопроводов с учетом требований закона "Об охране природы РСФСР".

Этого, конечно, пока недостаточно. Разрозненные усилия различных организаций должны координироваться, управляться и контролироваться одним всесоюзным органом.

Всесоюзное совещание, проведенное по данной проблеме АН СССР в Москве в 1975 г., высказало в своем решении предложение о создании Государственного комитета по охране окружающей среды при Совете Министров СССР с территориальными отделами - инспекциями на местах, с предоставлением им права экспертизы и согласования проектов в части охраны среды, проверки выполнения законов и постановлений об охране среды, а также наложения санкций на нарушителей. Этот комитет, по нашему мнению, должен координировать и ставить научные исследования по проблеме, а также готовить дополнения и уточнения в соответствующее законодательство.

Научный совет считал бы целесообразным при организации Госкомитета предусмотреть в его структуре специальное подразделение, курирующее северные и северо-восточные территории страны. Этого требует особая острота и специфика проблемы именно в этих, все более интенсивно осваиваемых районах.

Научный совет по криологии Земли АН СССР имеет в своем составе секцию по охране окружающей среды в области распространения многолетнемерзлых грунтов и будет активно содействовать в работе Отдела охраны природы Госплана СССР и будущего Госкомитета при решении возникающих вопросов охраны природы в северной зоне страны».

Зная насколько сильна отечественная бюрократия и полагая, что вопрос о создании такого важного органа, как Государственный комитет по охране окружающей среды, может затянуться, П.И. Мельников определяет круг ведомств и организаций, которые, по его глубокому убеждению, крайне заинтересованы в формировании указанного комитета, имеют определенный вес и авторитет во властных структурах и тем самым могут значительно ускорить принятие положительного решения - начать реализацию предлагаемых организационных мероприятий. Во второй половине 1980 г. он писал письма-обращения в различные ведомства. Особенно Павла Ивановича тревожили вопросы охраны окружающей среды и ее рекультивации при подготовке площадей под строительство крупных линейных сооружений (трасс трубопроводов, железных дорог, ЛЭП и др.)- Именно при таком типе освоения происходят наибольшие нарушения природной среды, часто приводящие к существенным экологически негативным последствиям. Как правило, в таких письмах он информировал о работах института по этой проблематике, приглашал к широкому сотрудничеству и, конечно же, выражал надежду на поддержку. В 1980 г. он настойчиво привлекал внимание руководителей, осуществляющих политику транспортного строительства в стране, к насущным вопросам охраны мерзлотной среды в связи с интенсивным сооружением новых транспортных магистралей в восточных регионах страны. Он подготовил и направил свои соображения заместителю министра путей сообщения СССР Б.А. Морозову, заместителю министра транспортного строительства Н.И. Литвинову, директору Всесоюзного НИИ транспортного строительства Д.И. Федорову и ректору Хабаровского института инженеров железнодорожного транспорта А.Г. Киличенко.

«С 1975 г. Институт мерзлотоведения СО АН СССР проводит исследования на восточном участке трассы БАМ. Цель этих исследований дать научно обоснованный прогноз эволюции криолитозоны при освоении территорий, прилегающих к трассе БАМ. Для получения необходимых параметров, определяющих условия формирования и развития многолетнемерзлых толщ, а также нарушения природной обстановки при хозяйственном освоении территории Институт создал ряд стационаров, из которых в настоящее время продолжают работу только два.

Один из них находится на севере Амурской области, в 10 км от пос. Зейск (в 5 км от трассы), а второй - в Хабаровском крае, в 500 м от будущей станции Этеркан. Оба стационара работают по единой программе.

На стационарах оборудовано по четыре экспериментальных площадки (1 - естественная, 2 - без мохового покрова, 3 - без снежного покрова и 4 - без мохового и снежного покровов). На них осуществляется комплекс актинометрических, теплобалансовых и геотермических наблюдений. Измерения температуры проводятся в воздухе, в снежном и моховом покровах и в грунте до глубины 6-18 м с помощью терморезисторов ежесуточно в течение более трех лет. Кроме того, раз в месяц проводятся измерения температуры в скважинах глубиной от 30 до 100 м. Для обеспечения нормальной работы и быта наблюдателей построены дома и необходимые подсобные помещения (гараж, баня, склад). В обоих домах оборудованы пульты для дистанционных геотермических наблюдений.

В настоящее время институт вынужден направить людские ресурсы на выполнение других заданий и принять решение о закрытии обоих стационаров в январе 1981 года.

В связи с тем что научная значимость проводимых исследований чрезвычайно велика, целесообразность продолжения их несомненна. Особенно важно продолжение исследований для правильной оценки мерзлотной обстановки, которая возникнет в процессе строительства и эксплуатации как самой трассы, так и различных объектов в зоне БАМ.

Учитывая вышеизложенное, институт предлагает передать свои стационары вашим подразделениям для продолжения указанных исследований. Мы готовы продолжать научное руководство работами и принимать участие в обработке результатов».

Соответствующее внимание к письмам Павла Ивановича было проявлено. С рядом проектных и строительных организаций институт заключил договора о научно-техническом содружестве и на протяжении последующих трех лет вел широкомасштабные полевые исследования на севере Западной и Средней Сибири. Тематика этих работ - «Охрана мерзлотных ландшафтов и их рекультивация» впервые была включена в планы НИР института, и П.И. Мельников всегда придавал ей особое значение. Тщательно обдумывая методику организации полевых, в том числе и стационарных, наблюдений, он стремился привлекать другие академические учреждения к тесной научной кооперации. В частности, 14 января 1975 г. он обратился к руководителю северных работ Ботанического института АН СССР, известному исследователю приполярных экосистем профессору Б.А. Тихомирову.

«Глубокоуважаемый Борис Анатольевич! Институт мерзлотоведения СО АН СССР по договору с объединенным "Норильскгазпромом" начиная с 1974 года приступил к разработке многолетней темы "Рекультивация техногенных мерзлотных ландшафтов в районах осваиваемых Северо-Енисейских месторождений газа".

Одним из важнейших разделов тематических работ является изучение условий и методов восстановления нарушенного тундрового покрова, где активное участие получили процессы термокарста, термоэрозии, солифлюкции и оврагообразования.

В летний период 1974 года Западно-Сибирская экспедиция Института мерзлотоведения в районах газовых промыслов рек Мессояха и Соленая заложила несколько экспериментальных площадок и восстановительных полигонов, где на нарушенной поверхности тундрового покрова были уложены различного рода техногенные покрытия и в том числе произведена укладка тундрового покрова с соседних ненарушенных участков.

В летний сезон 1975 года планируется также изучение условий саморекультивации тундрового покрова на оптимальных для строительства участках, где тундровый покров будет искусственно сниматься. В целях ускорения процессов саморекультивации и учитывая зарубежный опыт, определенный интерес представляет высев на таких участках быстро произрастающих сортов растительности с возможным внесением в почву минеральных удобрений.

В штате Института мерзлотоведения и его экспедиции, к сожалению, отсутствуют специалисты-геоботаники, а необходимость их участия в подобного рода исследованиях является совершенно очевидной.

В конце декабря 1974 года начальник экспедиции Н.Ф. Григорьев, будучи в Ленинграде, вел предварительные переговоры с ученым секретарем института и Вашим заместителем Б. И. Новиным об участии ваших специалистов и особенно сотрудников вашего Таймырского (Усть-Таренского) ботанического стационара в наших исследованиях. Окончательное решение этого вопроса было отложено до Вашего возвращения из отпуска. Предварительно была достигнута договоренность о проведении совместных работ начиная с лета 1975 года.

Учитывая, что экспедиция проводит детальные мерзлотно-инженерно-геологические исследования и имеет круглогодично работающий теплобалансовый стационар в районе Соленой, Ваше участие в совместных исследованиях было бы крайне желательным и обоюдно полезным.

Прошу обсудить формы совместных исследований, включая и участие в разработке методик, выделении небольшого количества семян и нужных удобрений, а также рекомендации в состав нашей экспедиции специалиста-геоботаника, знакомого с северными ботаническими работами, на временных условиях или на постоянное зачисление его в штат Игарской мерзлотной станции Института мерзлотоведения».

Просматривая материалы переписки Павла Ивановича по вопросам планирования и проведения научных исследований, удивляешься, насколько он своевременно и в нужном направлении определял стратегию своих действий, необходимый круг полезных и заинтересованных учреждений и не только академического профиля. Везде и всегда П.И. Мельников стремился в корректной форме представить свой родной институт, умело и дипломатично прорекламировать его достижения и реальный научный потенциал, который мог быть востребован смежными с геокриологией науками. Ему неоднократно удавалось находить и добиваться дополнительного финансирования из вне-бюджетных источников, в том числе и зарубежных. Так, например, в начале 80-х годов, когда наметилась тенденция сокращения бюджетных средств, он через советника Российского посольства по науке в США Л.М. Мухина вел переговоры о возможном валютном обеспечении работ по программе «Глобальные изменения климата».

С середины 70-х годов XX столетия человечество всерьез начали тревожить две глобальные проблемы: экологическое состояние нашей планеты и активно надвигающееся потепление климата, которое было спрогнозировано учеными различных научных направлений. По обеим проблемам П.И. Мельников неоднократно выступал на совещаниях не только у нас в стране, но и за рубежом. Если ему не удавалось присутствовать на этих форумах, то он посылал свои доклады. Не оставлял без внимания Павел Иванович и партийные, правительственные и академические постановления, которые были посвящены этим важным проблемам. Так, например, 10 мая 1979 г. он совместно с доктором географических наук H.A. Граве откликнулся на Постановление ЦК КПСС и СМ СССР от 01.12.1978 г. № 984 «О дополнительных мерах по усилению охраны природы и улучшению использования природных ресурсов». Серьезный доклад с программными предложениями «Вопросы охраны природной среды в криолитозоне» он направил заместителю председателя ГКНТ СССР Л.Н. Ефремову и председателю Научного совета по проблемам биосферы АН СССР A.B. Сидоренко.

Какими бы ни были насыщенными планы НИР, Павел Иванович постоянно в основных направлениях стремился ставить новые задачи. Решение многих таких актуальных задач часто требовало серьезной кооперации усилий не только ряда лабораторий института, других организаций, их проектных и конструкторских бюро, но и зарубежных специалистов. Стараясь объединить оригинальные идеи ученых-мерзлотоведов с новейшими разработками инженеров-изобретателей, он в середине 80-х годов выступил с предложением о создании межотраслевого научно-технического комплекса - «Фундаменты, подземные сооружения и дороги в криолитозоне». В обосновании своего про-екта он писал (30.10.1986 г.):

«Криолитозона занимает половину территории Советского Союза (примерно 10,7 млн км2). Народно-хозяйственное освоение этого огромного региона, где сосредоточены крупные, а часто и уникальные, месторождения полезных ископаемых (нефть, газ, каменный уголь, железные и медные руды, алмазы, золото и др.), требует применения особых методов их освоения.

Для строительства различных инженерных сооружений необходима специальная конструкция фундаментов и методика их заложения, обеспечивающая сохранность грунтов основания в мерзлом состоянии. Особенно сложно строить крупные промышленные сооружения с большим тепловыделением при наличии высокой льдистости грунтов.

Отсутствие современных автомобильных дорог значительно удорожает стоимость строительства. В связи с этим необходимо разработать рациональную конструкцию дорог, особенно для районов с широким распространением жильных льдов, наличием многолетнемерзлых горных пород большой мощности, создавать в них подземные сооружения различного хозяйственного назначения.

Ставится задача удешевления стоимости строительства, так как в настоящее время она выше европейской в 2-3 раза».

По представлениям Павла Ивановича, первоочередными задачами специалистов, привлеченных в планируемый межотраслевой научно-технический комплекс, должны быть:

1) разработка новых и усовершенствование существующих конструкций фундаментов, повышение их несущей способности, снижение материалоемкости и увеличение эксплуатационной надежности;
2) управление температурным режимом мерзлых грунтов для повышения их прочности и стабильности температуры;
3) сезонно действующие охлаждающие устройства, совершенствование конструкции и повышение эффективности их действия;
4) разработка эффективных теплоизоляционных материалов и технология их применения в фундаментостроении, строительстве автомобильных дорог и взлетно-посадочных полос в целях удешевления стоимости этих сооружений;
5) разработка конструкции и эффективной технологии строительства автомобильных дорог в сложных геокриологических условиях и в районах с широким распространением подземных льдов;
6) создание подземных сооружений в толще мерзлых пород, разработка технологии строительства и эксплуатации, управление температурным режимом за счет низких температур воздуха для использования в народно-хозяйственных целях;
7) организация производства строительных работ в условиях низких температур Севера.
В качестве первого шага в создании предполагаемого комплекса П.И. Мельников предпринял попытку организовать временный научный коллектив из числа сотрудников Московского авиационного института (МАИ) и Института мерзлотоведения (ИМЗ) СО АН СССР. Обосновывая важность намечаемого предприятия, он пишет ректору МАИ члену-корреспонденту АН СССР Ю.А. Рыжову (02.04.1987 г.):

«Глубокоуважаемый Юрий Алексеевич!
В настоящее время в МАИ выполняется разработка аэростатического аппарата "Термоплан" АЛА-40, который, по нашему мнению, имеет весьма важное значение для естественно-научных и прикладных исследований земных недр. Он может быть использован, например, в качестве практически идеального носителя геофизической аппаратуры.

Проектируемые параметры АЛА-40: скорость движения, рабочие высоты полета над поверхностью Земли, грузоподъемность, возможность использования современных систем топопривязки, большой ресурс летных часов без дозаправки и малый расход топлива, дальность полета и т. д. - представляют широкие возможности в проведении крупномасштабных наблюдений за изменчивостью различных физических характеристик природных объектов во времени и пространстве, а также позволяют осуществлять геокартирование и детальный поиск месторождений полезных ископаемых. Немаловажным является и то обстоятельство, что стоимость эксплуатационных расходов этих аппаратов в условиях районов Крайнего Севера будет почти на порядок ниже, чем применяемых в этих целях, например, для аэрогеофизических съемок, вертолетов.

В Институте мерзлотоведения СО АН СССР выполняются разработки электромагнитных систем модуляционного типа, предназначенные для геокриологического картирования и поиска месторождений полезных ископаемых путем изучения электропроводности и обратимой магнитной восприимчивости горных пород в широком диапазоне частот электромагнитного поля. Разрабатываемые комплекты аппаратуры существенно отличаются от известных советских и зарубежных систем по чувствительности и разрешающей способности. В сочетании с летательным аппаратом АЛА-40 они могут служить в качестве комплексной аэрогеофизической станции, характеризующейся возможностями, которые в настоящее время являются проблематичными.

Применение такой станции будет особенно эффективно в районах Сибири в связи с выполнением большого объема исследований трасс линейных инженерных сооружений (ЛЭП, газопроводов, дорог), наблюдениями за изменчивостью природных объектов в процессе их эксплуатации, осуществлением контроля за состоянием оснований фундаментов крупных инженерных сооружений и т. д. Оснащение летательного аппарата широким спектром измерительной аппаратуры позволит в значительной мере сократить объем малопроизводительных и дорого-стоящих детальных наземных работ.

В связи с изложенным предлагается организовать временный научный коллектив из работников МАИ и ИМЗ СО АН СССР (при необходимости возможно участие и других организаций) для осуществления в течение ближайшего времени мероприятий по взаимной координации в выполнении исследований, доработке отдельных конструктивных элементов и испытанию аэрогеофизической станции на базе летательного аппарата АЛА-40, созданного в МАИ, и аппаратурных разработок Института мерзлотоведения СО АН СССР. В качестве полигона для полно-масштабных испытаний можно иметь в виду Вилюйскую НИМС, расположенную в Якутской АССР».

Одновременно с письмом ректору МАИ Павел Иванович направил свои предложения и председателю СО АН СССР В.А. Коптюгу. Он пишет (30.03.1987 г.):

«Теоретические оценки и экспериментальная проверка показали возможность создания новых поисковых электромагнитных геофизичес-ких методов, характеризующихся особенностями, которые пока еще не учитываются в отечественных и зарубежных разработках. В частности, такие системы могут измерять вторичное электромагнитное поле на уровне 10-7-10~9 от напряженности первичного, что обеспечивает обнаружение слабоконтрастных по электропроводности и магнитной восприимчивости объектов в горных породах на глубину до 200 метров (например, алмазосодержащие месторождения, перекрытые породами трапповой формации). Важно, что эти системы можно будет использовать для целей специального назначения.

Новизна и полезность разработок защищена сотрудниками института авторскими свидетельствами на изобретение способов и конструкций, признанными ВНИИГПЭ патентоспособными и поэтому запрещенными к опубликованию в открытой печати.

Разрабатываемые системы позволяют изучать верхние горизонты земной коры с использованием различного рода горных выработок с поверхности Земли и с воздуха, используя для этих целей различные транспортные средства.

Имеющиеся данные показывают необходимость развивать в ближайшее время электромагнитные системы, рассчитанные на применение в скважинах, и в сочетании с аэростатическим аппаратом "Термоплан" АЛА-40, разработанным в МАИ, это даст возможность выполнять большой объем исследований трасс линейных сооружений... Стоимость эксплуатационных расходов и, соответственно, исследований с применением такого комплекса будет на порядок ниже существующей.

Прошу Вас в целях быстрого завершения поисковых исследований, постановки и проведения экспериментальных работ выделить для института по линии секции прикладных проблем дополнительный фонд зарплаты в размере 40 тыс. руб. в год, рассчитанный на 10 человек».

При очередной встрече в Новосибирске Валентин Афанасьевич сообщил П.И. Мельникову, что его предложение будет поддержано. К сожалению, активно проходящий в те годы процесс «нового мышления» и перестройки во всех сферах жизни нашего общества не позволил реализовать этот проект, который еще больше укрепил бы связи науки с производством и, безусловно, способствовал научно-техническому прогрессу.

В своей научной деятельности сам Павел Иванович все-таки больше тяготел к проблемам инженерного мерзлотоведения. Поэтому большинство научных и экспериментальных исследований, проводимых в лабораториях института по инженерной и прикладной тематике, чаще всего он курировал лично. Когда этапы лабораторных опытов и экспериментов завершались получением ожидаемых положительных результатов, П.И. Мельников стремился как можно скорее внедрить их в производство. Он умело находил проектные, производственные и строительные организации и ведомства, которые оперативно могли бы воспользоваться результатами научных разработок института и апробировать их в промышленных масштабах. По инициативе Павла Ивановича эти отношения оформлялись документально, с заключением соответствующих договоров о научно-техническом и творческом сотрудничестве. Безусловно, такие контакты чаще всего устанавливались с организациями, которые располагались в Якутии (в том числе и объекты союзного значения). Так, в 1983 г. Павлу Ивановичу удалось внедрить в производство «устройство фундаментов с применением термосвай и буронабивных свай», экспериментальные исследования по которым были только что завершены на опытных полигонах института. Совместным решением экспертных советов Проектно-технологического института Минтрансстроя СССР и ИМЗ СО АН СССР от 14 марта 1983 г. (г. Москва) рекомендовано было разработать общую программу по одному из важнейших строительных объектов Якутии - ДСК (домостроительный комбинат). К сожалению, программа была реализована только частично. Тем не менее инженерно-геокриологический мониторинг на этом объекте сотрудники института продолжали в течение нескольких лет.

В Институт мерзлотоведения очень часто обращались руководители многих предприятий Сибири, расположенных в области распространения мерзлоты. Павел Иванович всегда шел навстречу производственникам, оказывая возможное содействие в решении их проблем. Так, в 1978 г. Институт мерзлотоведения СО АН СССР по просьбе объединения «Комигазпром» приступил к организации и проведению исследований на побережье и шельфе Карского моря в районе мыса Харасавей по теме «Геокриологическое обоснование и разработка инженерных методов освоения газовых месторождений в пределах Арктического побережья и шельфа Карского моря», рассчитанных на трехлетний период. По этой теме Игарская НИМС института под руководством P.M. Каменского развернула широкомасштабные полевые, в том числе и стационарные, исследования. Выявленные в процессе первого года организационные недоработки значительно усложнили проведение запланированных исследований в полном объеме. На грани срыва была организация стационарных наблюдений. Анализируя создавшуюся ситуацию, Павел Иванович принял решение информировать заместителя министра газовой промышленности СССР Ю.В. Зайцева. В письме к нему от 04.12.1978 г. он следующим образом изложил ее:«...В 1978 году Карская экспедиция института провела рекогнос-цировочные исследования субаквальной криолитозоны в прибрежной части шельфа, организовала экспериментальные площадки по биологи-ческой рекультивации и обеспечила круглогодичную работу теплоба-лансового стационара. Значительные усилия и средства затрачены на долгосрочное обеспечение экспедиции приборами, оборудованием (в том числе буровым) и транспортными средствами.
Для успешного проведения работ в 1978-1980 гг. и получения практических результатов, необходимых, в частности, для создания ис-кусственных ледогрунтовых оснований на шельфе, объем исследова-ний, а следовательно, и их финансирование должны быть расширены. Кроме того, должна быть создана минимально необходимая лаборатор-ная база экспедиции в пос. Харасавей, а ее сотрудники, особенно те, которые осуществляют круглогодичные работы, обеспечены жильем.
К сожалению, решение всех этих вопросов задерживается объединением "Комигазпром", что может привести к срыву намеченной программы исследований. Прошу Вас поручить объединению "Комигазпром" положительно решить необходимые организационные вопросы».
Шаги, предпринятые П.И. Мельниковым, позволили исправить сложившееся положение и снять напряжение в организации всей экспедиции.
Павел Иванович всегда стремился к тому, чтобы результаты НИР института, особенно по инженерной тематике, оперативно внедрялись в народное хозяйство. Занимаясь вопросами планирования научных исследований и укрепления производственной и материально-технической базы, он порой принимал неожиданные и неординарные решения. Под его научным руководством в конце 70-х годов на инженерных полигонах института P.M. Каменским и Е.И. Гайдаенко были успешно проведены эксперименты по применению в фундаментостроении новых моделей свай - буронабивных, которые завершились разработкой «Временных рекомендаций». Новизна технического использования предложений гарантировала получение значительного экономического эффекта. Однако строительные организации, работая по старинке, не торопились их внедрять и не стремились отказываться от устаревших технологий заложения свайных фундаментов. Чтобы как-то сдвинуть дело с мертвой точки, П.И. Мельников принимает решение составить справкуобъективку о состоянии дел по этой проблеме:

«В настоящее время в Институте мерзлотоведения СО АН СССР имеются две перспективные разработки, дающие большой экономический эффект, внедрение которых в практику строительства идет пока медленными темпами.
1. В течение ряда лет наш институт (Вилюйская мерзлотная станция) совместно с Якутниипроалмазом проводил научно-исследовательские и экспериментальные работы по применению в г. Мирном и на Крайнем Севере охлаждающих устройств с естественной циркуляцией теплоносителя (термосифонов). Сложные мерзлотные условия района г. Мирного (высокая температура мерзлых грунтов, различная глубина сезонного протаивания) потребовали увеличить глубину заложения свай до 14 м. Увеличился объем фундаментных работ, расход материалов, возросла сложность установок свай и их общая стоимость. Для преодоления этих трудностей решено было строить здания на "холодных сваях" для понижения температуры мерзлых грунтов и замораживания талых отложений. Якутниипроалмаз удачно решил эту задачу, конструктивно вмонтировав термосифон в железобетонную сваю. В Мир-ном налажено производство бетонных свай со встроенными термосифонами в промышленных масштабах. На таких сваях строятся четырехэтажные и девятиэтажные здания. В результате применения "холодных свай" получен большой экономический эффект. Уменьшилась глубина заложения свай с 14 до 8 м и на 30 % сократилось количество свай. Уменьшился объем буровых работ для установки свай почти в 2 раза. Получена экономия в трудовых затратах и строительных материалах. Применение "холодных свай" снизило стоимость фундаментов четырехэтажного дома почти в 3 раза (на обычных сваях - 79 573 руб.).

Только по восьми зданиям, построенным в г. Мирном, экономия составила 1,8 млн руб. Все это привело к снижению стоимости квадратного метра жилой площади на 110 руб.

Использование в строительстве "холодных свай" создает возможность сооружать здания на льдистых грунтах и льдах, а также на площадках с вялой мерзлотой и наличием глубоких таликов.

Применение термосифонов в северном гидротехническом строительстве для создания противофильтрационных завес в плотинах позволяет существенно снизить капитальные затраты. Экономия достигается за счет уменьшения диаметра замораживающих труб, а также за счет исключения из состава сооружений гидроузлов линий электропередачи, подстанций и другого оборудования для принудительной прокачки теплоносителя (воздуха) через скважины. Использование термосифонов полностью исключает эксплуатационные расходы по содержанию замораживающих систем.

Эффективность использования термосифонов доказана на Сытыканской плотине, где для проверки установлено два вида охлаждения -воздушное и жидкостные термосифоны. Сравнение вариантов воздушного охлаждения с термосифонами на плотине в пос. Депутатский показало, что термосифоны экономичнее по капитальным вложениям на 25 % и по эксплуатационным расходам на 100 тыс. руб. в год. Расход металла снижается на 37%.

Институт мерзлотоведения продолжает успешно внедрять охлаждающие устройства в различные виды строительства. В конце 1976 г. строители ЛЭП через р. Лену встретились с большими трудностями по сооружению фундаментов, предусмотренных проектом. В результате консультации, данной нами (В.И. Макаров), институт Энергосетьпроект (г. Томск) запроектировал новый фундамент, в основе которого предусмотрено использование охлаждающих термосифонов. Экономия от применения нового типа фундамента только на участке протяженностью 30 км составила около 3 млн руб., и на один год сократился срок строительства. Двухлетней эксплуатацией ЛЭП подтверждена надежность рекомендованной конструкции фундаментов.

К сожалению, до сих пор в г. Якутске не используется новый тип фундаментов, несмотря на большой практический эффект, который будет получен от внедрения в строительство холодных свай. Предвари-тельные расчеты показывают, что глубина заложения "холодных свай" в г. Якутске может быть уменьшена с 9-12 до 6-7 м, а нагрузка на укороченную сваю будет увеличена в 1,5-2 раза. Общее количество свай под зданием уменьшится на 25-30%.

Автоматические охлаждающие устройства могут найти широкое применение и в гидротехническом строительстве для цели мелиорации земель в Якутии.

2. По поручению председателя Госстроя СССР тов. И.Т. Новикова институт провел теоретические, лабораторные и натурные экспериментальные исследования по тепловому и механическому взаимодействию буронабивных свай с многолетнемерзлыми грунтами. Результаты этих исследований показали, что буронабивные сваи имеют более высокую несущую способность, в 1,8-2 раза превышающую обычные сборные железобетонные сваи. И они могут быть рассчитаны на любую нагрузку в отличие от стандартных сборных свай с ограниченной несущей способностью. Этот тип свайных фундаментов будет особенно эффективным для строительства каменных зданий в отдельных районах Севера.

Оснащение буронабивных свай охлаждающими устройствами еще больше повысит их несущую способность и надежность в эксплуатации.

Применение "холодных свай" в г. Якутске при годовом объеме жилищного строительства 1 000 000 м2 даст экономию около 10 млн руб. в год. Однако внедрение указанных типов фундаментов затруднено по ряду причин, в том числе и малой заинтересованности строительных организаций.

Для проведения натурного эксперимента Институту мерзлотоведения СО АН СССР необходимо выделить средства на строительство двух зданий: второго крыла лабораторного корпуса на холодных сваях и 103-квартирного дома на буронабивных сваях. Будет отработана методика и технология строительства нового типа фундаментов, а также установлены длительные наблюдения за формированием температурного поля и динамикой его в основании фундаментов.

Для усиления охлаждения грунтов намечено испытать теплоизоляционное покрытие под зданием, что еще больше повысит эффективность действия охлаждающих устройств...

...Весьма желательно начать строительство этих зданий в 1980 году.

Широкое внедрение охлаждающих устройств в практику строительства явится весомым вкладом в научно-технический прогресс, так как повышается надежность в эксплуатации, упрощается конструкция, значительно снижается стоимость, уменьшается расход строительных материалов, облегчается производство работ и сокращаются сроки строительства ».

Эта справка была разослана в ведущие проектные и строительные организации. Полагая, что в ближайшее время деловые предложения от них мо-гут не поступить, Павел Иванович принимает очень интересное решение -первое здание на одном из новых типов свай (буронабивных) строить на территории института. 15 июня 1979 г. он обратился к председателю СО АН СССР, академику Г.И. Марчуку со следующим письмом:

«Глубокоуважаемый Гурий Иванович! Я уже обращался к Вам с просьбой выделить Институту мерзлотоведения ассигнования на строительство в 1980 году второго крыла лабораторного корпуса и 103-квар-тирного дома. Эти здания будут построены на новых прогрессивных фундаментах - железобетонных сваях. Мы должны отработать методику и технологию строительства, а также провести детальные наблюдения за формированием температурного поля и динамикой его в основании фундаментов. Для инженерно-геокриологических условий площадок строительства указанных зданий мы провели необходимые расчеты на ЭВМ, которые будут выданы проектной организации. <...>

Существующая оценка деятельности строительных организаций не стимулирует внедрение более дешевых методов строительства, в связи с чем изыскиваются всевозможные формальные требования, чтобы отсрочить внедрение.

Наши натурные экспериментальные данные позволят узаконить новые прогрессивные методы расчета фундаментов».

К большому сожалению, предложение Павла Ивановича не было удовлетворено, так как в это время в очередной раз произошло сокращение бюджетного финансирования всей науки. Но Павел Иванович не собирался отказываться от своей идеи и через два года он обращается уже к новому председателю СО АН СССР академику В.А. Коптюгу (13.05.1981 г.):

«...Институт весьма озадачен тем, что на одиннадцатую пятилетку ему не планируются капитальные вложения.

Институт существует в составе Сибирского отделения АН СССР двенадцать лет и за этот период не закончил формирование материаль-нотехнической базы.

Нам необходимо завершить строительство лабораторного корпуса в текущей пятилетке. В прошлом году институту было обещано выделение средств на строительство 120-квартирного дома. Проектная документация на этот дом имеется, и подготовлена строительная площадка. Эти два сооружения мы планируем построить на экспериментальных фундаментах - буронабивных сваях, разработанных нами по заданию председателя Госстроя СССР тов. И. Т. Новикова, и железобетонных сваях со встроенными сезоннодействующими охлаждающими устройствами. Внедрение этих новых фундаментов позволит в 2 раза уменьшить глубину заложения их, сократит в 2,5 раза расход строительных материалов, облегчит и ускорит производство работ. Стоимость фундаментов понизится в 2 раза. Из-за резкого снижения стоимости фундаментов строительным организациям невыгодно их применять. Формально они ссылаются на отсутствие утвержденных норм на проектирование. Для утверждения этих норм необходимо получить данные по формированию температурного поля грунтов основания и его устойчивости в годовом и многолетнем циклах, разработать технологию и методику воздействия новых фундаментов. На основании этих данных будет утвержден СНиП. Эффективность внедрения этих фундаментов только по г. Якутску составит более 5 млн руб. в год.

Я прошу Вас помочь нам внедрить в практику строительства наши научные достижения, имеющие высокую степень готовности для внедрения, и одновременно завершить намеченные объекты строительства института».

Прошло более пяти лет, но вопрос с внедрением новых свай никак не решался. Павел Иванович настойчиво искал пути решения проблемы. Он смог добиться того, что лабораторный корпус на буронабивных сваях как экспериментальный объект был включен в план экономического и социального развития РСФСР на XII пятилетку. Стремясь не упустить из рук инициативу, П.И. Мельников 21 марта 1986 г. вновь обращается в Президиум СО АН СССР:

«Глубокоуважаемый Валентин Афанасьевич!

В Новосибирске мне не удалось решить с Вами вопросы строительства на XII пятилетку, поэтому направляю эту записку. В плане, утвержденном Президиумом СО АН СССР в марте 1985 г., институту предусматривалось строительство второго крыла лабораторного корпуса (начало 1987 г.) и 80-квартирного жилого дома (1988 г.). В процессе проектирования в основное здание не вписывался конференц-зал на 250 человек, столовая и различные помещения соцкультбыта. В связи с этим проектировщики предложили построить блок общего пользования отдельно, по имеющемуся готовому проекту, рядом со зданием, соединив его переходом. Если стоимость лабораторного корпуса с блоком общего пользования будет превышать 4 млн руб., тогда блок рассматривать как самостоятельное здание. Примерная стоимость этого блока около 500 тыс. руб. Не имея зала, институт не может проводить научные, общие собрания и заседания коллектива, численность которого 500 человек. Располагаясь за городом, мы должны иметь свою столовую, в которой могли бы питаться не только сотрудники института, но и члены их семей, а также работники учреждений службы быта.

Я хочу обратить Ваше внимание на то, что за 25 лет существования института в составе Сибирского отделения АН СССР построено всего 1300 м2 рабочей лабораторной площади, остальная площадь, которой располагает институт, была в 1960 г. передана АН СССР.

Институт мерзлотоведения отвечает за состояние и развитие геокриологии в нашей стране, а это может быть обеспечено только при наличии необходимой материально-технической базы. Мы не должны терять ведущего положения в мире в этой области научных знаний, которое занимаем в настоящее время.

Наконец, двенадцать лет мы не можем внедрить в практику разработанную нами прогрессивную по стоимости, производству работ и надежности конструкцию фундаментов - буронабивные сваи с встроенными термосифонами и теплоизоляционным покрытием поверхности грунта под зданием. Лабораторный корпус, запроектированный на таких сваях, как экспериментальный, включен в план экономического и социального развития РСФСР на XII пятилетку с началом строительства в 1987 году. Прошу учесть, что в этот эксперимент заложены мои научные идеи, которые мне необходимо реализовать до внедрения в отрасль в самое ближайшее время.

Если бы указанная конструкция фундаментов была использована при строительстве Якутского ДСК, стоимость фундаментов снизилась бы на 20 млн руб. Этим экспериментом решается и борьба с деструкцией бетона фундаментов в слое сезонного оттаивания и промерзания. Только в г. Якутске на восстановительный ремонт фундаментов расходуется около 3 млн руб. ежегодно.

Учитывая негативное отношение А.И. Курбатова к созданию материально-технической базы института и экспериментальному строительству, я прошу Вас принять личное решение по объекту и срокам строительства.

Если возникнут трудности с планом подрядных работ, я готов оказать необходимую помощь.

Прошу также учесть, что РЭУ Якутэнерго строит нашему институту за свои средства здание стоимостью 2,3 млн руб., которое нами запроектировано с учетом возможности использования его под больницу Якутского научного центра. Это наш вклад в улучшение медицинского обслуживания за счет средств промышленности».

Тем не менее принятие окончательного решения затягивалось, и П.И. Мельников решил непосредственно обратиться к министру строительства A.A. Бабенко (08.06.1988 г.):

«...В соответствии с планом экспериментального строительства Институт мерзлотоведения СО АН СССР совместно с вашим министерством и Госстроем РСФСР должен в 1988 г. начать экспериментальное строительство лабораторного корпуса Института мерзлотоведения СО АН СССР в г. Якутске. Корпус запроектирован на экспериментальных фундаментах - буронабивных сваях со встроенными термосифонами и теплоизоляционным покрытием поверхности грунта под зданием. Требуется разработать технологию строительства буронабивных свай в зависимости от температуры многолетнемерзлых грунтов, размера свай и температуры воздуха. Вы знаете, что на ДСК в г. Якутске под большие нагрузки созданы кусты из 18-24 свай, заглубленных на 15-18 м. Между тем такие нагрузки можно передать на 3-4 буронабивные сваи. Ошибки, допущенные с выбором строительной площадки и недостаточным использованием научных достижений, привели в строительстве ДСК к излишнему расходу железобетона, удорожанию фундаментов на 20 млн руб. и удлинению срока строительства. Буронабивные сваи получат широкое применение при строительстве жилых и промышленных зданий в северных районах, куда потребуется доставлять только цемент и арматуру. Теплоизоляционное покрытие предназначено для уменьшения или полного исключения сезонного оттаивания грунтов под зданием. Это позволит включать в расчет несущей способности свай значительную часть слоя сезонного оттаивания, который в настоящее время исключается при расчете. Повысится и эксплуатационная надежность фундаментов. Сохранение грунтов в основании фундаментов в постоянно мерзлом состоянии исключит деструкцию бетона в этом слое, и тем самым будет решена сложная задача, которая многие годы не находит решения. Расходы на восстановительный ремонт, связанный с деструкцией бетона фундаментов, уже составляют в Норильске 10-12 млн руб. в год, а в Якутске - более 2 млн руб.

В процессе строительства и эксплуатации лабораторного корпуса будут проводиться наблюдения за формированием температурного поля и его динамикой в годичном, многолетнем циклах, что позволит предложить надежные нормативные данные для указанной конструкции фундаментов.

Разработкой прогрессивной научно обоснованной конструкции фундаментов для районов с вечной мерзлотой занимается только Институт мерзлотоведения СО АН СССР, поэтому министерство должно оказывать нам всемерную помощь и поддержку.

После того как министерство исключило из плана 1988 г. строительство лабораторного корпуса, председатель Сибирского отделения АН СССР вице-президент академик В.А. Коптюг направил Вам письмо с просьбой оставить в плане 1988 г. лабораторный корпус за счет уменьшения лимита на строительство Якутского филиала СО АН СССР. Но до сих пор вопрос этот не решен.

В то же время вызывает удивление, как "Якутстрой" мог согласиться с отвергнутой в пятидесятые годы конструкцией фундаментов зданий, которая принята для зданий, строящихся на "Зеленом лугу".

Вследствие небольшой несущей способности мелкозернистых песков расход железобетона в 2 раза увеличился. Затрачивается много ручного труда, и сроки строительства фундаментов оказались в 3 раза больше по сравнению со свайными фундаментами. Проектировщиками и строителями не учтено то, что при насыщенности грунтов водой они теряют свою несущую способность. При высоких весенних уровнях воды в р. Лене (5 м и более) намывные грунты заполнятся водой, и тогда неизбежна деформация построенных зданий, вплоть до катастрофической. Кроме этого, совершенно недопустимо расходовать около миллиарда рублей только на создание строительной площадки. И это в Якутске, где имеются большие свободные площадки под застройку. Прекращение строительства на "Зеленом лугу" позволит "Якутстрою" иметь свободные строительные мощности.

Еще раз прошу Вас включить в план 1988 г. строительство лабораторного корпуса Института мерзлотоведения СО АН СССР на экспериментальных фундаментах».

Как следует из содержания письма, Павел Иванович для ускорения процесса внедрения новых свай добился в СО АН СССР специальных средств на строительство крыла лабораторного корпуса института и предложил это сооружение считать экспериментальным. Кроме того, он еще раз обратил внимание министерства на то, что в подведомственных ему учреждениях чиновники живут и думают по старинке, препятствуя внедрению более прогрессивных технологий. Возможно, критический тон письма не понравился кому-то в «верхних эшелонах» власти, поскольку положительных результатов получено не было. Несмотря на то что институт сам провел детальные инженерно-геологические изыскания, даже под рабочие чертежи, этот интересный проект так и не был реализован. Стратегически важное время было упущено, приходило «новое мышление», предвещавшее перестройку.

До последних дней своего пребывания в должности директора института (1988 г.) Павел Иванович прилагал огромные усилия, чтобы этот проект претворить в жизнь, но обстоятельства оказались сильнее. Не одолел Павел Иванович препятствий плановой системы. Так и по сей день детище Павла Ивановича - его родной институт стоит «однокрылым».

Руководя исследованиями по разработке новых свайных фундаментов, П.И. Мельников отчетливо представлял себе, что они имеют большую перспективу на внедрение не только в обычном строительстве, но и особенно в транспортном и дорожном. Желая как можно быстрее внедрить в практику строителей достигнутые результаты натурных исследований новых свай, он подготовил следующее информационное письмо, которое направил (04.09.1987 г.) в несколько адресов, в том числе в Минтрансстрой СССР, Главмостострой, ЦНИИС, Ленгипротранс, Гипростроймост и др.

«В практике северного строительства, - пишет Павел Иванович, - все более широкое распространение находят различные способы и технические средства искусственного охлаждения мерзлых и многолетнего замораживания талых грунтов за счет использования природного холода. Наибольшее применение в практике отечественного строительства нашли конвективные термосифоны (жидкостные охлаждающие устройства) и испарительные (парожидкостные охлаждающие устройства). Первые применяются главным образом в Якутской АССР, а вторые - в г. Воркуте. Общий объем внедрения термосифонов в СССР уже превышает 20-25 тыс. штук (в США - 100-150 тыс. штук). Эти сравнительно простые устройства позволяют за счет использования естественного холода, без энергетических и эксплуатационных затрат эффективно решать такие кардинальные задачи северного строительства, как повышение надежности мерзлых оснований, повышение несущей способности мерзлых грунтов и фундаментов сооружений, противопучинное закрепление фундаментов, создание противофильтрационных мерзлотных завес и пр.

Несмотря на положительный опыт промышленного применения и значительный объем исследований, выполненных Институтом мерзлотоведения СО АН СССР и научными организациями других ведомств, серийное заводское изготовление термосифонов в СССР пока не налажено.

Принимая во внимание исключительно сложные геологические условия для транспортного строительства к месторождениям нефти и газа в заполярных районах, предлагаем в короткий срок коллективными усилиями организовать серийное промышленное производство унифицированных термосифонов. По нашему мнению, для этого целесообразно создать временный межведомственный творческий коллектив из представителей следующих организаций: Института мерзлотоведения СО АН СССР, ЦНИИС Минстроя СССР, проектных институтов - Ленгипротранса и Гипрострой моста, а также производственных подразделений Минтрансстроя, на базе которых можно наладить массовое серийное производство унифицированных и специальных термосифонов различных типов. Если вы сочтете целесообразным, к работе можно дополнительно привлечь организации вашего министерства или других ведомств, как с начала работ, так и по мере появления необходимости.

По предварительной ориентировочной оценке в ближайшие годы потребность транспортного строительства в унифицированных термосифонах ежегодно составит около 4-6 тыс. штук для капитального строительства (фундирования промышленно-гражданских зданий, водопропускных сооружений, эстакад, опор линий электропередачи и электроконтактной сети и пр.) и 6-8 тыс. штук для технологического использования (создание мерзлотных завес, ограждающих котлованы, временных переправ и причалов, включая ледяные и льдогрунтовые, перехват наледей и пр.).

По мере появления реальных возможностей применения унифицированных термосифонов потребность в них будет расти. Считаем, что серийное производство должно быть освоено не позже июля 1988 года, чтобы в навигацию того же года завезти первые промышленные партии термосифонов к объектам применения».

Временного творческого коллектива создать не удалось, но предложения, изложенные в письме, были восприняты с большим интересом, и с консультативной помощью ведущих специалистов института осуществилось их внедрение на ряде объектов по трассе БАМ и других стройках начиная с 1981 г., чему в определенной степени способствовали личные инициативы П.И. Мельникова. Об этом свидетельствует тот факт, что когда к нему обратилось Министерство транспортного строительства (Главмостострой, трест № 10) с просьбой дать официальный отзыв на работу группы ведущих инженеров «Новые методы строительства мостов в сложных условиях Байкало-Амурской железнодорожной магистрали», представленной на соискание Государственной премии СССР, академик П.И. Мельников направил в Комитет по Ленинским и Государственным премиям в области науки и техники СМ СССР следующее заключение (14.07.1983 г.):

«Суровые климатические условия, высокая сейсмичность, наличие многолетнемерзлых пород обусловливают существенное влияние на рациональное использование территорий, особенности проектирования, строительства и эксплуатации инженерных сооружений в районах Крайнего Севера, Сибири и Дальнего Востока.

Одной из важнейших проблем является строительство большого количества малых и средних мостов общей протяженностью более 80 км. Фундаменты этих мостов возводились на обводненных многолетнемерзлых породах с глубоким сезонным оттаиванием и воздействием сил морозного пучения.

Особо следует отметить чрезвычайно быстрое выполнение научных исследований и опытных работ и внедрение полученных результатов в строительство. Это объясняется тем, что большая часть научно-исследовательских работ велась непосредственно на объектах строительства, а опытные работы выполняли строительные подразделения, которые использовали полученные результаты непосредственно в практике.

В работе принимали участие: Всесоюзный научно-исследовательский институт транспортного строительства, Главтранспроект, Главмостострой, научно-исследовательские и проектные институты Минтрансстроя, а также других министерств и ведомств. Работа выполнена в 1974-1982 годах. Основные положения работы учтены в ряде нормативных документов, в том числе в СНиП П-17-77 "Свайные фундамен-ты", в СНиП П-18-76 "Основания и фундаменты на вечномерзлых грунтах", в ВСН 187-76 "Инструкция по проектированию малых и средних мостов БАМ" Минтрансстроя и ППС.

Прогрессивность новой конструкции фундаментов мостов характеризуется общим экономическим эффектом от внедрения, который составил 79,9 млн руб., экономией трудозатрат - 1825 тыс. человеко-дней. Замена столбчатых опор на фундаменты из оболочек позволила сократить материалоемкость опор на 20-30 % и трудозатраты - на 15-20 %. Значительный эффект снижения стоимости до 40 % дало применение столбчатых буроопускных фундаментов, разработка и внедрение которых принадлежит Институту мерзлотоведения СО АН СССР начиная с 1948-1952 гг. и по настоящее время.

В целом по актуальности, научной новизне и практической значимости представленная работа, безусловно, заслуживает присуждения Государственной премии СССР».

Как видно из содержания этого документа, Павел Иванович, признавая значительный вклад авторов в усовершенствование новых прогрессивных конструкций фундаментов мостов и внедрение их в практику железнодорожного строительства, счел необходимым еще раз подчеркнуть, что основные конструктивные особенности столбчатых буроопускных фундаментов разработаны в его родном институте.

В середине 80-х годов на Игарской НИМС Института мерзлотоведения СО АН СССР были завершены эксперименты по новому типу фундаментов для строительства в районах с «вялой» (в том числе и с островной) мерзлотой.

Результаты исследований говорили о возможном получении значительного экономического эффекта при их широком внедрении. Курирующий эти исследования академик П.И. Мельников принимает решение реализовать новый принцип фундирования на одном из объектов Игарки - строительстве лабораторного корпуса Игарской НИМС Института мерзлотоведения СО АН СССР. Усилиями Павла Ивановича и начальника станции P.M. Каменского в Управлении коммунального строительства (УКС) СО АН СССР удалось «добыть» необходимые ассигнования. Нужно было решать вопрос с исполнителями заказа - строителями, материально-производственная база которых в Игарке была очень слабой. Зная такое положение дел, Павел Иванович лично обратился к министру строительства в районах Урала и Западной Сибири СВ. Башилову, с которым у него давно установились доверительные и дружеские отношения. В беседах с Сергеем Васильевичем он неоднократно обсуждал пути решения проблем внедрения новых прогрессивных методов строительства на вечномерзлых грунтах.

«...Институт мерзлотоведения СО АН СССР, - пишет ему Павел Иванович, - уже в течение ряда лет разрабатывает новые прогрессивные типы фундаментов для сложных мерзлотных условий. В частности, Игарская научно-исследовательская мерзлотная станция института (г. Игарка Красноярского края) успешно разрабатывает поверхностные типы фундаментов - вентилируемые фундаменты-оболочки на подсыпке. Для обоснованного внедрения этой прогрессивной конструкции в практику северного строительства необходимо экспериментальное подтверждение теоретических научных разработок, касающихся технологии строительства и теплового взаимодействия фундаментов с мерзлым основанием.

Игарская НИМС совместно с Институтом "Красноярскгражданпроект" разработала проект лабораторного корпуса станции на экспериментальных вентилируемых фундаментах-оболочках, который включен в пятилетний план и проект плана капитального строительства на 1988 г.

На начальной стадии рассмотрения проекта плана на 1988 г. строительство корпуса в объеме 300 тыс. руб. было согласовано на всех уровнях (трест, главк, краевая плановая комиссия), но в настоящее время начало его строительства в 1988 г. стоит под вопросом из-за перегруженности СУ "Игарстрой".

Убедительно прошу Вас рассмотреть этот вопрос и содействовать экспериментальному строительству, без чего невозможно решать проблемы ускорения научно-технического прогресса в северных регионах страны». (18.06.1987 г.)

Пройдет всего два года и Игарская НИМС - старейшее подразделение института - получит два жилых здания, построенных на фундаментах-оболочках.

Приведенные примеры свидетельствуют о той большой настойчивости, какую проявлял П.И. Мельников, отстаивая интересы института и внедрение новых научных разработок в производство.

Уделяя первостепенное внимание планированию научных исследований и вопросам внедрения их результатов в практику, Павел Иванович четко обозначил для себя стратегические пути развития Сибирской геокриологической науки. Следуя им, он стремился поддерживать не только работы, направленные на теоретическое, экспедиционное и экспериментальное изучение физико-механических, физико-химических, геотеплофизических, гидрогеологических, физико-геологических и других природных процессов, происходящих в многолетнемерзлых, протаивающих и промерзающих горных породах, но и исследования мониторингового характера, комплексно раскрывающие особенности динамики многолетнемерзлых толщ и закономерности реакции криолитозоны на изменения климата и различные техногенные воздействия. В связи с этим большую роль в своей деятельности он уделял развитию стационарных комплексных геокриологических исследований и прежде всего расширению сети региональных научно-исследовательских подразделений института в районах интенсивного хозяйственного освоения территории криолитозоны.

Деловая оперативность и настойчивость, с какими Павел Иванович действовал, решая эти вопросы, вызывают восхищение. Так, в 50-х годах прошлого столетия начала интенсивно развиваться алмазодобывающая промышленность в Западной Якутии. Потребовалось строительство новых городов, поселков, автомобильных дорог и т. д. На р. Вилюй началось строительство первой крупной ГЭС на вечной мерзлоте. Для целей опережающего научного геокриологического обеспечения масштабного хозяйственного освоения это-го региона П.И. Мельников выступил с инициативой организации в пос. Чернышевский Вилюйской научно-исследовательской мерзлотной станции института. Свои соображения о целесообразности и задачах подобной станции он изложил на Объединенном ученом совете по геолого-минералогическим, геофизическим и географическим наукам СО АН СССР и получил полную поддержку. По представлению этого совета Президиум СО АН СССР в сентябре 1965 г. (постановление № 232) принял решение организовать в пос. Чернышевский Якутской АССР Вилюйскую НИМС Института мерзлотоведения СО АН СССР. Через четыре месяца Президиум АН СССР за подписью президента М.В. Келдыша утвердил это решение. Материально-техническая база создавалась с привлечением средств Минэнерго СССР в лице дирекции строящейся Вилюйской ГЭС. Штат станции, укомплектованный в основном за счет единиц Алданской НИМС, был малочисленным, а научные, организационные и прикладные вопросы в программе исследований станции стояли очень серьезные.

Начальником-организатором Вилюйской НИМС Павел Иванович назначил 29-летнего кандидата наук P.M. Каменского. Это назначение оказалось настолько удачным, что уже в 1966 г. станция начала работу практически по полной программе научных исследований. Строящаяся плотина ГЭС и ложе будущего водохранилища были оборудованы измерительной термометрической аппаратурой, велись работы по обустройству тела плотины системой замораживающих колонок, завершалось строительство лабораторного корпуса и жилого двухэтажного дома для сотрудников станции.

Этот пример еще раз свидетельствует о мудрости и прозорливости, проявляемых П.И. Мельниковым при подборе кадров и назначении руководителей научных подразделений института. Следует отметить, что именно P.M. Каменский в 1988 г. сменит Павла Ивановича на посту директора института и будет успешно возглавлять его в течение почти 15 лет.

Свои предложения о дальнейшем расширении периферийной сети научных станций института в других регионах Сибири П.И. Мельников впервые обоснованно доложил на заседании Президиума СО АН СССР 4 ноября 1969 г. Сделанный им доклад вызвал не только большой научный интерес, но и все-общее понимание у членов президиума. Желая закрепить достигнутый успех, он уже 6 ноября того же года по возвращении из Новосибирска в Якутск направляет председателю Президиума Сибирского отделения АН СССР академику М.А. Лаврентьеву следующее письмо:

«...Основываясь на пожеланиях членов Президиума СО АН СССР, высказанных на заседании Президиума 12 февраля 1969 г., когда обсуждался мой отчет за истекшие четыре года, я внес предложение о создании новых подразделений Института мерзлотоведения в различных районах криолитозоны: Западно-Сибирского отделения в г. Сургуте Тюменской области, Высокогорной Алтае-Памирской мерзлотной станции в хребте Терскей-Ала-Тау к югу от г, Алма-Ата и в первую очередь крупной южной базы в г. Братске.

Такое предложение вызвано следующими соображениями. Институт мерзлотоведения является единственным в СССР научным учреждением, отвечающим за состояние и развитие этой отрасли знаний в системе наук о Земле, но современные возможности его настолько ограничены, что он не в состоянии удовлетворять возрастающие требования, предъявляемые к академическому институту. Основной причиной этого являются недопустимо медленное развитие материально-технической базы института из-за плохого освоения якутскими строительными организациями средств, выделяемых Сибирским отделением на капитальное строительство, и тяжелые бытовые условия Якутска.

В течение нескольких последних лет план строительных работ института выполняется на 30-50 %. Из-за трудных условий жизни в Якутске не только не удается привлекать на работу мерзлотоведов из европейской части СССР, но наблюдается отток высококвалифицированных специалистов, воспитанных в нашем институте.

Город Братск, насчитывающий уже сейчас 150 тысяч жителей, имеет мощную строительную базу, хорошие транспортные связи и удобно расположен для проведения исследований в южных районах криолитозоны. Климатические условия в Братске немногим хуже, чем в Иркутске, но он относится к местностям, приравненным к районам Крайнего Севера, и его жители пользуются соответствующими льготами.

Все это, как мы надеемся, позволит в короткий срок создать в Братске сильный коллектив и современную материальную базу для резкого развития фундаментальных исследований по мерзлотоведению, повышения их эффективности и охвата региональными геокриологическими исследованиями большей части криолитозоны СССР.

Институт мерзлотоведения обращается к Вам с просьбой содействовать включению в план капитального строительства Сибирского отделения на 1971-1975 гг. Средне-Сибирского отделения института в г. Братске и дать распоряжение УКСу о проектировании лабораторного корпуса, 100-квартирного жилого дома и гаража для этого подразделения института».

За несколько дней до отправки этого письма Павел Иванович более под-робно информировал о своих планах заместителя председателя Президиума СО АН СССР A.A. Трофимука, который курировал исследования геологического направления.

«Для Института мерзлотоведения СО АН СССР, - пишет он, - большой интерес представляет проведение геокриологических исследований в высокогорных системах в южных районах нашей страны. Наши исследования в Монголии подтверждают необходимость организации стационарных и региональных исследований в высокогорных районах, ибо они представляют общетеоретический и практический интерес. Они будут уникальными, так как нигде в мире не проводятся. Здесь должны быть организованы теплофизические и геотермические наблюдения, исследования условий залегания и формирования мерзлых пород, изучение склоновых процессов, инженерно-геокриологические исследования и др.

Площадь, подлежащая исследованию, охватит обширные высоко-горные районы юга азиатской части СССР, Памир, Алтай, Тянь-Шань, Джунгарский Алатау, Тарбагатай, Саур и Алатай. В этих горных системах, по ориентировочным подсчетам А.П. Горбунова, многолетнемерзлые породы распространены на площади 150 000 км2 и располагаются выше 2000-2500 м над уровнем моря на севере указанной территории и выше 3000-3500 м на юге.

Поскольку горные районы с многолетнемерзлыми породами располагаются на территории пяти союзных республик (РСФСР, Казахстана, Киргизии, Таджикистана и Узбекистана) необходимо организовать межреспубликанское научное учреждение. Таковым могла бы быть высоко-горная научно-исследовательская мерзлотная станция ордена Трудового Красного Знамени Института мерзлотоведения СО АН СССР.

Наиболее подходящим местом для организации указанной станции является г. Алма-Ата, находящийся в геотематическом центре района, протягивающегося от Алтая до Памира. Рядом с городом на абсолютной высоте 3400 м находится комплекс зданий станций Института физики Земли АН СССР. Здесь на перевале Жусалы-Кезень следует организовать стационар для проведения постоянных наблюдений. К этому пункту идет дорога регулярного действия.

Все это дает мне основание просить Вас возбудить ходатайство об организации указанной станции. Сотрудник, кандидат наук, который мог бы возглавить эту станцию, имеется».

Стремясь претворить в жизнь свою мечту о создании разветвленной сети научно-исследовательских мерзлотных станций и стационаров по всей Сибири, Павел Иванович использовал любую возможность, чтобы обозначить свою позицию в широком кругу академических, производственных и учебных организаций. Более того, он добирался до министерских и даже правительственных инстанций. Так, например, 26 декабря 1970 г. на пленуме Комиссии по проблемам Севера СОПС при Госплане СССР ему была предоставлена возможность изложить свои предложения по проблемам освоения северных регионов страны. Используя трибуну пленума, он выступил со следующим сообщением.

«В разработке научных основ хозяйственного освоения Севера значительная роль принадлежит мерзлотоведению, так как на всей площади Севера распространены многолетнемерзлые горные породы.

Несмотря на это, развитию исследований по мерзлотоведению не уделяется должного внимания в нашей стране.

В 1960 г. в Московском Институте мерзлотоведения им. В.А. Обручева АН СССР было два крупных региональных отделения и три мерзлотных станции с общей численностью более 500 человек.

В 1960 г. был организован Институт мерзлотоведения СО АН СССР с местонахождением его в г. Якутске. Создавалась благоприятная перспектива для развития исследований в области мерзлотоведения. Однако, к сожалению, Московский институт в 1961 г. был передан в Госстрой, а в 1963 г. ликвидирован. Сотрудники этого института были переданы в два института Госстроя СССР.

С этого времени в нашей стране существует один специализированный Институт мерзлотоведения СО АН СССР, который ведет комплексные исследования в трех основных направлениях - геолого-географическом, геотеплофизическом и инженерно-геологическом.

После ликвидации Московского института надо было в какой-то степени восполнить эту потерю путем развития Института мерзлотоведения СО АН СССР.

Но этого не произошло. За истекшие девять лет Институт мерзлотоведения СО АН СССР развивался медленно. В настоящее время численность института составляет 340 человек, т. е. на 200 человек меньше, чем работало в Московском институте в 1960 г. В составе института нет ни одного регионального отделения. Мерзлотные станции (Игарская и Вилюйская) не имеют необходимой материально-технической базы и численность их небольшая.

Материально-техническая база института также росла медленно. Ассигнования, которые отпускались Сибирским отделением на развитие материальной базы Института мерзлотоведения, осваивались Якутской строительной организацией лишь на 30-40 % в течение нескольких лет, а требования к институту непрерывно возрастали.

Вследствие небольшой численности и недостатка специалистов высокой квалификации, Институт мерзлотоведения СО АН СССР имеет ограниченные возможности в разработке научных проблем, в том числе и тех, которые выполняются по заданию правительства, завершение их затягивается на многие годы, что снижает эффективность исследований.

Недавним постановлением ЦК КПСС и Совета Министров СССР о создании трех научных центров на Дальнем Востоке, Урале и Северном Кавказе обращено внимание на необходимость улучшения условий для работы институтов, находящихся в Якутске, Красноярске и Томске. В соответствии с этим постановлением, Сибирское отделение наметило выделить в предстоящем пятилетии крупные ассигнования на строительство институтам, находящимся к востоку от Новосибирска.

Учитывая эти возможности, а также в целях охвата комплексными геокриологическими исследованиями обширной территории Восточной и Западной Сибири, необходимо основное внимание направить на создание сети научно-исследовательских мерзлотных станций и двух крупных отделений на Севере, где имеются мощные строительные организации, способные в короткий срок построить лаборатории, служебные помещения и жилье.

Намечено два пункта для размещения крупных отделений института в Братске с численностью сотрудников около 300 человек и в Сургуте Тюменской области с численностью около 200 человек.

Я прошу отразить в решении Пленума необходимость создания указанных отделений Института мерзлотоведения СО АН СССР.

Мы прекрасно понимаем, что иметь один Институт мерзлотоведения для нашей огромной страны совершенно недостаточно. Для разработки теоретических основ и проведения геокриологических исследований в европейской части Союза и концентрации усилий находящихся в Москве специалистов-мерзлотоведов, необходимо создать в Москве или в одном из Подмосковных научных центров Институт криологии Земли в системе АН СССР.

Необходимость создания такого института указана в решении последнего Всесоюзного совещания по мерзлотоведению, и я прошу отметить это в решении Пленума.

Мы не можем учитывать усилия, направленные США на исследования северных территорий. Американцы с 1968 года увеличили в три раза ассигнования на эти исследования, хотя и до этого они были значительными, много больше ассигнований, отпускаемых на эти цели в нашей стране.

Мы обеспокоены судьбой советского мерзлотоведения и должны исправить допущенные ошибки в развитии этой науки, от успехов которой в значительной степени будет зависеть эффективное освоение Севера и Северо-Востока нашей страны».

Об открывающихся перспективах развития подразделений института в других регионах Сибири П.И. Мельников счел необходимым информировать и руководство Якутской областной партийной организации в записке от 20 апреля 1971 г. - «О перспективах развития Института мерзлотоведения СО АН СССР на 1971-1980 гг.»:

«В предстоящем десятилетии Институт мерзлотоведения будет разрабатывать проблему "Состав, строение, условия формирования и история развития мерзлых толщ земной коры".

В 1971-1975 гг. намечено проведение следующих исследований:

1) комплексные региональные геокриологические исследования в районах наиболее интенсивного народно-хозяйственного освоения, в том числе в южной части криолитозоны СССР, в Монгольской Народной Республике, на севере Западной Сибири, на Северо-Востоке СССР;
2) составление геокриологической карты СССР масштаба 1:5 000 000;
3) изучение закономерностей формирования подземных вод криолитозоны и разработка методов оценки их естественных ресурсов;
4) разработка теории тепло- и массообмена в мерзлых, промерзающих и протаивающих горных породах, как основы количественного изучения процессов формирования и развития криолитозоны;
5) геотермические исследования для изучения современного состояния и динамики температурного поля и тепловых потоков криолитозоны;
6) изучение теплофизических закономерностей развития криогенных физико-геологических явлений и их влияния на мерзлые толщи;
7) разработка методов управления термовлажностным режимом мерзлых, промерзающих и протаивающих грунтов для изыскания прогрессивных способов оттайки мерзлых грунтов на россыпных месторождениях полезных ископаемых и мелиорации сельскохозяйственных угодий;
8) исследование теплового и механического взаимодействия гидротехнических сооружений, магистральных газопроводов, подземных газохранилищ с многолетнемерзлыми горными породами для обоснования методов их строительства и эксплуатации;
9) исследования геохимических процессов в криолитозоне для изучения условий миграции микрокомпонентов, растворенных солей и природных газов в мерзлых горных породах;
10) разработка геофизических методов для исследования мерзлых толщ, изучение электрических свойств многолетнемерзлых горных пород для решения специальных задач.

В настоящее время в институте работает 373 человека. Из них численность основного персонала - 333 единицы, в том числе 79 научных сотрудников, из которых один член-корреспондент АН СССР, два доктора и 23 кандидата наук. Большая часть сотрудников и основная материальная база института сосредоточены в г. Якутске. Кроме того, имеются две научно-исследовательские мерзлотные станции в пос. Чернышевский Я АССР и в г. Игарке Красноярского края. На этих станциях из указанной общей численности трудятся 68 человек, в том числе 11 научных сотрудников, из которых три имеют ученую степень кандидата наук.

В Якутске институт располагает лабораторной базой, которая уже в настоящее время не удовлетворяет возросшим потребностям, небольшими экспериментальными мастерскими и некоторыми вспомогательными техническими средствами. Площадь служебных помещений -3823 м2, в том числе 1400 м2 в неприспособленных деревянных зданиях. Жилой фонд Института составляет 2586 м2 и целиком состоит из неблагоустроенных деревянных домов.

Станция в пос. Чернышевский находится сейчас в стадии организации. Строительство служебных помещений и научное оборудование станции финансируется Министерством энергетики и электрификации СССР. Это подразделение института быстро развивается и имеет хорошие перспективы.

Станция в г. Игарке расположена в деревянных домиках, выделенных для нее еще в 1935 г., и нуждается в полной реконструкции. Город Игарка в настоящее время является неподходящим местом для геокриологического научного учреждения, так как он остается в стороне от бурного развития Западной Сибири в связи с освоением газовых и нефтяных месторождений.

Первоочередной задачей дальнейшего развития института является укрепление основной базы в г. Якутске. Для этого, прежде всего, необходимо в кратчайший срок создать хорошие жилищные и культурно-бытовые условия для сотрудников, расширить и модернизировать материальную базу для научных исследований. Только таким путем можно предотвратить утечку квалифицированных научных кадров и привлечь новых специалистов для укрепления и дальнейшего развития научного коллектива института.

Для решения указанных задач в 1971-1975 гг. в Якутске необходимо построить три жилых многоквартирных дома со всеми удобствами (168 квартир, 6000 м2), деткомбинат на 140 мест, лабораторный корпус с теплым складом и экспериментальными мастерскими полезной площадью 6000 м2, водопровод, канализацию, баню, расширить котельную и дороги.

В 1976-1980 гг. необходимо продолжить строительство благоустроенного жилого фонда, сдав в эксплуатацию за пятилетку 150 квартир. Потребуется также продуктовый магазин, комбинат бытового обслуживания. Для нужд всех академических научных учреждений Якутска необходимо построить поликлинику со стационаром, дом культуры со спортивным залом.

Большое значение имеет создание подземного научного музея в вечной мерзлоте, где могут сохраняться неограниченное время мамонты и другие ископаемые животные, а также представители современной фауны. Такой музей должен быть построен в 1976-1980 гг.

Институт мерзлотоведения является единственным в Советском Союзе специализированным научным учреждением в области мерзлотоведения. Он должен проводить исследования на всей территории вечной мерзлоты, занимающей около 50 % площади СССР. Институт отвечает за состояние и развитие мерзлотоведения в целом. Однако современная мощность института не отвечает непрерывно возрастающим требованиям, предъявленным к мерзлотоведению в связи с интенсивным народно-хозяйственным освоением Севера. Изложенный выше пятилетний план развития института на 1971-1975 гг. направлен в основ-ном на укрепление института в Якутске и не предусматривает большого увеличения научного коллектива и объема исследований.

Кроме того, проведение региональных экспедиционных и стационарных исследований на всей огромной территории, занятой вечной мерзлотой, непосредственно из Якутска без дополнительных баз в отдаленных регионах вообще затруднительно.

Поэтому институт предлагает создать новые подразделения:

а) Средне-Сибирское отделение в г. Братске Иркутской области для исследования южных районов криолитозоны площадью более 2 млн км2;
б) Западно-Сибирское отделение в г. Сургуте Тюменской области для исследования бурно развивающихся районов Западной Сибири пло-щадью более 2,5 млн км2;
в) Среднеазиатскую высокогорную научно-исследовательскую мерзлотную станцию со стационаром на перевале Джусалы-Кезень в Казахской ССР для исследования криолитозоны горных районов Средней Азии на площади около 150 тыс. км2.

Создание новых научных подразделений в быстро развивающихся промышленных центрах Сибири позволит ускорить процесс развития научного коллектива за счет привлечения новых научных сил и воспитания научных кадров из молодых специалистов.

Предложения института поддержаны Отделением океанологии, физики атмосферы и географии АН СССР (постановление от 10 марта 1970 г. № 2). Имеются просьбы ряда производственных организаций о создании геокриологических научно-исследовательских учреждений в Западной Сибири и Средней Азии.

Предложения института соответствуют постановлениям ЦК КПСС и Совета Министров СССР от 24 сентября 1968 г. № 760 и от 28 августа № 724 об уделении особого внимания развитию периферийных научно-исследовательских учреждений Сибирского отделения АН СССР.

Перечисленные мероприятия по развитию Института рассчитаны на значительное увеличение численности сотрудников с доведением ее к концу 1975 г. до 870 человек, из них в Якутске - 350, в Братске - 250, в Сургуте - 150 и на трех научно-исследовательских станциях по 40 человек (Игарка, Чернышевский, Казахская ССР).

В 1976-1980 гг. намечается рост численности на 5 % в год с доведением ее на конец 1980 г. до 1100 человек».

В начале марта 1970 г. письмо аналогичного содержания было собственноручно передано Павлом Ивановичем академику-секретарю Отделения океанологии, физики атмосферы и географии (ООФАиГ) АН СССР Л.М. Бреховских.

Содержание приведенного документа свидетельствует не просто о больших, а о грандиозных планах Павла Ивановича по вопросу создания сети периферийных отделов, лабораторий и станций института в ряде регионов страны. Имея большой опыт организации научно-исследовательских работ в Сибири и на Севере (Игарка, Анадырь, Забайкалье), П.И. Мельников с присущим ему энтузиазмом энергично приступил к осуществлению своей стратегической программы по организации широкомасштабных стационарных геокриологических исследований на территории криолитозоны. Эта колоссальная работа была проведена Павлом Ивановичем поэтапно и началась с организации лаборатории по изучению горной криолитозоны на территории Казахской ССР.

Создание стационара на территории союзной республики даже по тем временам было делом трудным и хлопотным. Вопрос этот приходилось решать в различных инстанциях двух академий наук. Организационные встречи и переписка продолжались около двух лет. П.И. Мельников со своим ближайшим соратником А.П. Горбуновым, обладая качествами незаурядных дипломатов, обосновали необходимость проведения мерзлотных исследований в горных районах Казахстана, сумели привлечь внимание к этой проблеме руководителей не только научных, но и производственных организаций. Их усилиями был создан широкий фронт поддержки. Среди академических институтов, которые оказали в этом деле помощь, следует в первую очередь указать Институт географии и Физический институт им. П.Н. Лебедева АН СССР. Многие проектные, изыскательские и строительные организации Казахстана были крайне заинтересованы в создании мерзлотного стационара и в скорейшей организации систематических наблюдений за динамикой сезонноталого (сезонномерзлого) слоя горных пород и вечной мерзлоты. На этом, в частности, настаивали специалисты головного Казахского государственного института инженерных изысканий (КазГИИС), ГосНИИСредазпромзернопроект и др. Свои ходатайства они, как правило, отправляли в два адреса: в АН Казахской ССР и в Президиум СО АН СССР. Получив серьезную поддержку от специалистов разных институтов, в том числе и от Института гидрогеологии и гидрофизики АН Казахской ССР, Павел Иванович в начале 1971 г. добивается встречи с академиком A.A. Трофимуком и получает принципиальное согласие руководства Сибирского отделения АН СССР на создание и оборудование Тянь-Шаньского высокогорного геокриологического стационара. К решению научно-организационных вопросов он подключает своего заместителя по науке P.M. Каменского, благодаря энергичным усилиям которого в 1972 г. Алма-Атинский стационар начал проводить работы по программе региональных исследований.

С первых шагов коллектив стационара, возглавляемый доктором географических наук А.П. Горбуновым, обратил на себя внимание АН Казахской ССР. Вице-президент академии А. Нусупбеков в октябре 1973 г. обратился с письмом к председателю Президиума СО АН СССР академику М.А. Лаврентьеву с просьбой предусмотреть организацию мерзлотной станции Института мерзлотоведения СО АН на базе существующей исследовательской группы. Павел Иванович с радостью встретил это сообщение, поскольку перевод стационара в ранг станции гарантировал увеличение ее штата и улучшение материально-технического обеспечения научно-исследовательских работ. Все-го этого академик добился быстро и в нужных объемах.

Сравнительно скоро станция была укомплектована научными кадрами, в основном выпускниками университетов. Вместе с этим стала остро ощущаться нехватка рабочих помещений. Помня о своих неоднократных встречах с Президентом Казахской АН, Павел Иванович в июне 1974 г. обратился к академику A.M. Кунаеву со следующим письмом:

«Глубокоуважаемый Аскар Минлиахмедович!

Институт мерзлотоведения СО АН СССР в соответствии с программой исследований многолетнемерзлых толщ на территории СССР организовал стационар по изучению геокриологических условий высоких гор Казахстана и Средней Азии. Пункты наблюдений стационара расположены в районе Большого Алма-Атинского озера в Заилийском Алатау. В ближайшие годы планируется строительство в Алма-Ате лабораторного корпуса стационара, но в настоящее время такое помещение отсутствует, что существенно препятствует проведению исследовательской работы.

Просим оказать помощь в организации геокриологических исследований на их начальном этапе: выделить временно две комнаты или ходатайствовать перед соответствующими инстанциями о выделении в Алма-Ате помещения под лабораторию стационара Института мерзлотоведения СО АН СССР».

Вопрос решился очень оперативно - служебные помещения были найдены. Таким образом, благодаря усилиям Павла Ивановича созданы все необходимые условия для плодотворной и целенаправленной научной работы нового регионального научного подразделения института.

Планируя работы этой станции на перспективу, устремляя взгляд в будущее и прогнозируя их, П.И. Мельников был обеспокоен только одним: как бы АН Казахской ССР в любой удобный момент не «прибрала» станцию к своим рукам (такие события во взаимоотношениях АН СССР и республиканских академий уже случались). Поэтому своим приказом Павел Иванович с февраля 1976 г. преобразовал станцию в Казахстанскую высокогорную геокриологическую лабораторию, сделав ее структурной единицей отдела общей и региональной геокриологии Института мерзлотоведения.

Предчувствуя грядущие серьезные политические изменения в стране и переживая за судьбу по сути единственной в мире высокогорной геокриологической лаборатории, Павел Иванович добился в 1986 г. аудиенции у председателя Президиума СО АН СССР В.А. Коптюга. По просьбе Валентина Афанасьевича и за его подписью он позднее, когда уже произошел распад СССР, отправил письмо на имя Президента АН Казахстана академика Султангазина Умарзан Махмутовича:

«15 лет в Алма-Ате работает Казахстанская высокогорная геокриологическая лаборатория Института мерзлотоведения Сибирского отделения РАН. Она ведет исследования по взаимодействию ледников Тянь-Шаня с криолитозоной и имеет результаты уникального значения. В настоящее время лаборатория будет участвовать в исследованиях по государственной научно-технической программе "Глобальные изменения природной среды и климата". Лаборатория имеет тесные научные контакты с Институтом географии Академии наук Казахстана.

В связи с тем что Казахстан стал суверенным государством, я прошу Вас оказать поддержку в сохранении дальнейшей научной деятельности высокогорной лаборатории, которая будет продолжать работать по программе, согласованной с вашей академией».

Это письмо - первый реальный и очень важный шаг на пути сохранения за Казахстанской высокогорной геокриологической лабораторией российского статуса. Преемнику П.И. Мельникова на посту директора Института мерзлотоведения СО РАН P.M. Каменскому пришлось в 1991 г. и в последующие годы преодолевать многие трудности, чтобы сохранить эту уникальную научную лабораторию, ее структуру, штат и материальную базу. Это в целом удалось, но ценой огромных усилий, существенных уступок, материальных и кадровых потерь. И опять, как и в период организации Казахстанской высокогорной геокриологической лаборатории, весомая поддержка была оказана со стороны Института географии РАН (директор академик В.М. Котляков) и Института географии Министерства образования и науки Республики Казахстан (директор доктор географических наук, профессор А.Р. Медеу). Общими усилиями в 1996 г. был создан Международный центр геоэкологии горных стран аридных районов, что позволило сохранить уникальную высокогорную геокриологическую лабораторию Института мерзлотоведения СО РАН и продолжить многолетний мониторинг динамики гляциосферы в горах Центральной Азии.

Павел Иванович настойчиво пытался убедить руководство СО АН СССР и СОПСа в необходимости создания отделения института в Западной Сибири. Он как никто другой видел огромный потенциал промышленного освоения этого региона и, пересмотрев свои прежние планы создания мерзлотных станций в Восточной Сибири, переориентировался более конкретно на нефтегазодобывающий регион. В течение трех лет Павел Иванович неоднократно, используя любую возможность, встречался с председателем СО АН СССР М.А. Лаврентьевым и поднимал вопрос о создании научного центра по геокриологии в Западной Сибири. Свои предложения по организации научно-исследовательских работ в связи с освоением нефтяных и газовых месторождений в условиях вечной мерзлоты он излагал и в письмах к Михаилу Алексеевичу. Наконец, 10 сентября 1973 г. академик М.А. Лаврентьев высказал Павлу Ивановичу свое видение проблемы в письме, которое вызвало у П.И. Мельникова эмоциональный подъем, что видно из его ответа М.А. Лаврентьеву от 21 сентября 1973 г.:

«Глубокоуважаемый Михаил Алексеевич!

Институт мерзлотоведения СО АН СССР полностью согласен с оценкой состояния геокриологических исследований в районах нефтяных и газовых месторождений и с удовлетворением воспринимает основные рекомендации по развитию научно-исследовательских и опытно-конструкторских работ, содержащихся в решении Всесоюзного научно-технического совещания по проблемам разведки, разработки и обустройства нефтяных и газовых месторождений в условиях вечной мерзлоты.

Имея определенный опыт научных исследований по оценке геокриологических условий на трассах газопроводов и способов их прокладки в условиях вечной мерзлоты, а также проводя систематические геотермические наблюдения на газовых и других месторождениях полезных ископаемых, Институт мерзлотоведения в значительной мере предвидел необходимость значительного усиления геокриологических исследований в районах Западной Сибири. Этим обосновывалось наше предложение о создании Западно-Сибирского отделения института в текущем пятилетии. С аналогичным предложением мы выступаем и в перспективном плане развития института на следующее пятилетие 1976-1980 гг.

Институт в настоящее время проводит в небольшом объеме специальные геокриологические исследования как на газовых месторождениях Якутии, так и в Западной Сибири, но их основной недостаток - отсутствие комплексности и достаточного размаха для получения необходимой информации. Это объясняется рядом причин, главные из которых следующие:

1) отсутствие в институте специального подразделения по данному направлению исследований;
2) отсутствие базы в Западной Сибири;
3) отсутствие специального транспорта (вездеходного), без которого невозможно проводить полевые работы в этих условиях;
4) отсутствие финансовых и материальных ресурсов для проведения дорогостоящих исследований.

Институт мерзлотоведения при определенных условиях в состоянии резко увеличить объем и качество научных исследований, а также оказать прямую практическую помощь в обустройстве и эксплуатации газовых и нефтяных месторождений в условиях вечной мерзлоты.

Всестороннее обсуждение решения и рекомендации Всесоюзного научно-технического совещания по проблемам разведки, разработки и обустройства нефтяных и газовых месторождений в условиях вечной мерзлоты на Ученом совете института позволяют сформулировать следующие предложения.

А. Общие
1. Утверждение запасов нефтяных и газовых месторождений в ГКЗ необходимо производить только при наличии достаточно кондиционных материалов, характеризующих геокриологические условия на месторождениях (т. е. так, как это делается, например, для рудных месторождений в области вечной мерзлоты).
2. Для координации всех геокриологических исследований в Западной Сибири и в других районах области распространения многолетнемерзлых пород необходимо расширить Научный совет по криологии Земли АН СССР и создать специальную секцию со штатным расписанием в пределах 30 человек.
3. Институт полностью поддерживает идею об организации специ-ального журнала "Мерзлотоведение" (с этим предложением Институт выступает уже 10 лет), в котором наибольшее внимание должно уде-ляться геокриологическим исследованиям на нефтяных и газовых мес-торождениях. Журнал должен издаваться Научным советом по криоло-гии Земли АН СССР как координирующим органом.

Б. Частные
1. Создать в Западной Сибири отделение Института мерзлотоведения, которое не только обеспечило бы проведение на месте значительного объема специальных геокриологических исследований, но и оказывало бы действенную методическую помощь научно-исследовательским институтам Министерства нефтяной и газовой промышленности и Министерства геологии СССР в решении проблем, связанных с вечной мерзлотой.
2. Организовать в Институте мерзлотоведения уже в 1974 г. специальный отдел с тремя лабораториями для проведения геокриологических исследований и исследований по охране окружающей среды на нефтяных и газовых месторождениях Западной Сибири, севера Красноярского края и Якутии со штатной численностью 50-60 человек.
3. Обеспечить Институт мерзлотоведения специальным наземным вездеходом и водным транспортом для проведения геокриологических исследований в Западной Сибири.
4. Увеличить Институту мерзлотоведения ассигнования для проведения широких комплексных исследований по перечисленным направлениям геокриологии».

Казалось бы, это вполне программное письмо должно было сдвинуть решение вопроса с мертвой точки. Однако дальше слов и обещаний дело не продвигалось. Тогда Павел Иванович решил выйти на Тюменский обком КПСС. Обращаясь к секретарю обкома Г.И. Шмалю (14.10.1976 г.), он в своем письме высказал следующее:

«...Наш институт проводит научно-исследовательские работы в се-верных районах Тюменской области начиная с 1973 года. В основном нами исследуются вопросы теплового взаимодействия между мерзлыми породами и буровыми скважинами, проводятся термические исследования. Указанные работы ведутся силами двух лабораторий (теплофизики и геотермии) института. Однако мы полностью разделяем Вашу точку зрения о том, что необходимо более активное участие нашего института в научно-исследовательских работах, проводимых на газовых и нефтяных месторождениях севера Тюменской области. С этой целью мы считаем целесообразным осуществить на данном этапе следующее:

1. Создать в г. Тюмени инициативную группу по вопросам координации научно-исследовательских работ в области мерзлотоведения. В группу должны входить по два представителя от ведомственных научно-исследовательских институтов, университета, Индустриального института.
2. Включение канд. техн. наук Р.И. Медведского (зам. директора ТюменНИИГипрогаз) в состав Совета по криологии Земли при Президиуме АН СССР (г. Москва), председателем которого я являюсь. В задачу тов. Р.И. Медведского будет входить координация научно-исследовательских работ, проводимых в Тюменской области, с исследованиями по мерзлотоведению, осуществляемыми в СССР.
3. Институт мерзлотоведения СО АН СССР готов рассмотреть предложения Тюменских научно-исследовательских институтов о совместных экспериментальных и полевых исследованиях, перспективах подготовки кадров (стажирование, аспирантура).
Прошу Вас рассмотреть наши предложения и в случае Вашего согласия с ними дать необходимые указания о создании инициативной группы и подготовке предложений о совместной работе».

Таким образом, не ставя вопрос прямо о создании отделения института в Тюменской области, он сначала решил заинтересовать и привлечь потенциал Тюменских научных и производственных организаций к совместному проведению геокриологических исследований в Западной Сибири. В это же время он провел несколько встреч с членами Западно-Сибирского филиала Научного совета по инженерной геологии и грунтоведению АН СССР. Совет собрался на специальное заседание, где после активного обсуждения был выработан ряд предложений. В своем письме на имя Павла Ивановича их изложил председатель совета, канд. геол.-мин. наук Ю.Ф. Захаров. Поблагодарив его за инициативную поддержку и оперативность и принимая отдельные предложения представителей Тюменской научной общественности, П.И. Мельников в ответном послании Ю.Ф. Захарову от 11.01.1977 г. высказал свои уже конкретные соображения о создании в Западной Сибири отделения института: «...Институт считал бы целесообразным направить в г. Тюмень ответственных представителей для выработки общей стратегии исследований института в Западной Сибири, а также определить основную тематику совместных исследований и форму работы.

Для более эффективного и глубокого участия в геокриологических исследованиях в Западной Сибири институту необходимо иметь там экспериментальную базу. Поэтому нужно решить в обкоме КПСС (Г.И. Шмаль) вопрос о создании в Тюменской области Западно-Сибирского отделения института или станции в Сургуте (здесь действуют льготы Крайнего Севера). При этом надо выяснить, сможет ли одно из министерств, работающих в Западной Сибири, построить отделение института и выделить численность. Если нет, тогда Тюменскому обкому КПСС необходимо выйти с ходатайством в правительственные органы об открытии отделения института здесь.

Установить возможность заключения крупных долговременных до-говоров (на следующую пятилетку) с разбивкой поэтапного выполнения исследований.

В качестве одной из возможных тем можно предложить "Методы строительства холодных газопроводов" и другие.

Прошу Вас сообщить Ваши соображения по затронутым вопросам и указать приемлемую для Вас дату приезда в Тюмень представителей института (желательно в 1-2 квартале 1977 г.)».

Эти действия Павла Ивановича увенчались успехом. Он получил согласие на организацию встречи с руководством производственных управлений Тюменской области при участии обкома КПСС. Небольшая делегация ведущих научных сотрудников института под руководством Павла Ивановича в декабре 1977 г. прибыла в Тюмень, где в течение нескольких дней обсуждала различные аспекты решения проблемы: согласовывала основные направления научных исследований, определяла первостепенные организационные задачи, стратегию их решения и, что очень важно, сумела получить согласие представителей Западно-Сибирского нефтегазового комплекса на выделение солидных финансовых средств на создание материально-технической базы нового отделения института. Павла Ивановича поразили не только теплота приема, но и общая доброжелательность принимающей стороны, желание вникнуть в суть поставленных вопросов и конкретные, по-настоящему деловые, предложения.

Воодушевленный итогами поездки, Павел Иванович информировал нового председателя СО АН СССР Г.И. Марчука о результатах и реальных перспективах создания отделения Института мерзлотоведения СО АН СССР в Западной Сибири следующим письмом:

«Глубокоуважаемый Гурий Иванович!

По поручению руководства СО АН СССР группа руководящих сотрудников Института выезжала в Тюмень, где обсудила с руководителями пяти главных производственных управлений предварительную программу инженерно-геокриологических исследований, связанных с промышленным развитием Тюменского экономического района. В результате этого был подписан протокол.

По мнению руководства Тюменского обкома КПСС и представителей главков, для повышения эффективности исследований и координации научных работ, проводимых многочисленными организациями, необходимо создать Западно-Сибирское отделение Института мерзлотоведения СО АН СССР с размещением его в Уренгое. Главки берут на себя обязательство по созданию в Уренгое материально-технической базы, а институт обеспечивает отделение квалифицированными кадрами.

Для организации исследований главки выделяют институту в Сургуте три двухкомнатные квартиры и 100 м2 рабочей площади.

Создание постоянного крупного научного подразделения Сибирского отделения в чрезвычайно важном промышленно-экономическом районе, поддерживаемое партийными и промышленными организациями, будет являться действенной помощью в решении сложных задач промышленного и хозяйственного освоения этого края.

Рассчитывая на поддержку и помощь Президиума Сибирского отделения, прошу Вас разрешить институту создать Западно-Сибирское отделение.

Основное направление исследований и структура Отделения будут представлены на утверждение после согласования с Тюменскими организациями».

Это письмо академик Г.И. Марчук «пустил по инстанциям», и оно оказалось у его первого заместителя A.A. Трофимука, которому и было рекомендовано подготовить предложения. Более трех месяцев Павел Иванович ждал ответа. Не получив его, он 17.03.1978 г. обращается к A.A. Трофимуку со следующим письмом:

«Глубокоуважаемый Андрей Алексеевич!

Летом 1977 г. по Вашей просьбе институт направил бригаду ученых-мерзлотоведов в Тюмень для установления контактов с руководителями области и организациями, ведущими строительство в северных районах области в связи с освоением природных ресурсов. На завершающей встрече в Тюменском обкоме КПСС институт обещал развить свои исследования в области мерзлотоведения на севере Западной Сибири и организовать там научную группу для проведения исследований, а также координации и руководства исследованиями, проводимыми местными научно-исследовательскими ячейками в производственных организациях. Со своей стороны местные газонефтяные организации обещали создать материальную базу для института в одном из северных пунктов (Уренгой, Надым, Сургут).

В настоящее время институт организовал экспедицию на север Западной Сибири, но небольшой состав ее и средства не позволяют развивать серьезные работы в этом очень важном в народно-хозяйственном отношении регионе и в достаточном объеме решать задачи, поставленные тюменскими партийными и хозяйственными организациями.

Проработка ряда вопросов в связи с составлением программы "Сибирь" также показала настоятельную необходимость создания специализированной лаборатории института на севере Тюменской области.

Просим Вас выделить институту на этом основании дополнительный фонд зарплаты с зачетом в базу в сумме 89 тыс. руб., включить в структуру института Западно-Сибирскую геокриологическую лабораторию с местонахождением в одном из пунктов севера региона (Надым, Уренгой, Сургут), а также выделить по ст. 5 для этой же цели 50 тыс. руб.

Основное направление лаборатории: инженерное мерзлотоведение и геокриологические исследования шельфа прилегающих арктических морей в связи с их нефтегазоносностью.

Лаборатория будет вести экспериментальные, в том числе натурные, исследования, оказывать научную помощь мерзлотоведческим научно-исследовательским местным организациям и вузам, координировать все мерзлотные исследования на севере Тюменской области и внедрять результаты своих исследований в практику строительства и освоения природных ресурсов области.

В лаборатории предусматривается четыре сектора или группы по следующим специальным направлениям:

1) инженерное мерзлотоведение (применительно к строительству и эксплуатации нефтегазопроводов, дорог, городов, промышленных сооружений);
2) исследование криогенных процессов при техногенных нарушениях поверхности и разработка мероприятий по охране среды;
3) комплексные геокриологические исследования области морского арктического шельфа (применительно к вопросам добычи транспорта жидких полезных ископаемых);
4) исследование геотермических условий глубокого промерзания и охлаждения земной коры (в том числе и изменений термодинамического состояния многолетнемерзлых пород в процессе длительной эксплуатации газовых и нефтяных месторождений).

Большая заинтересованность тюменских организаций в результатах работы института должна обеспечить довольно быстрое использование их в практике строительства и эксплуатации полезных ископаемых на севере области. Производственные и жилые помещения уже начали выделяться (Уренгой) институту, поэтому вопрос о создании Западно-Сибирской лаборатории института необходимо решать как можно быстрее, институт уже сейчас имеет возможность привлечь для работы квалифицированные кадры мерзлотоведов».
И снова, в который уже раз, из СО АН СССР не последовало не только предложений, но даже формального ответа. Предложение готовилось... более четырех лет. За это время сменился председатель СО АН СССР. Неутомимый Павел Иванович вновь готовит документы уже по третьему кругу и выходит с ними на академика В.А. Коптюга. Судя по всему, Валентин Афанасьевич с пониманием отнесся к заботам директора П.И. Мельникова. Но, по-видимому, получив некоторую информацию от академика A.A. Трофимука, все эти годы курировавшего научно-организационные вопросы в Сибирском отделении, и учитывая его особое мнение, не высказался за кардинальное решение проблемы. Это отражено в следующем письме Павла Ивановича, направленном В.А. Коптюгу в сентябре 1982 г.:

«Глубокоуважаемый Валентин Афанасьевич!
По Вашему предложению Институт мерзлотоведения СО АН СССР направил материалы для создания в Западной Сибири отделения института. Вы считаете, что создавать такое отделение преждевременно, и рекомендуете организовать опорный пункт. Мы не можем с этим согласиться.

Вы знаете, что в Западной Сибири существуют сложные проблемы, связанные с мерзлотоведением, которые можно решать только крупными научными силами. Опираясь на имеющийся в институте научный задел и рассчитывая привлечь на работу в отделение высококвалифицированных специалистов из института и московских организаций, надеемся создать в Западной Сибири научное учреждение, способное вести исследования в четырех основных геокриологических направлениях. Это позволит нам в короткий срок развернуть фундаментальные исследования и решать сложные научные и прикладные проблемы.

Отделение должно иметь хорошую материально-техническую базу и быть оснащено современным научным оборудованием.

Первое стационарное учреждение Сибирского отделения в крупном экономическом районе Западной Сибири будет достойно представлять академическую науку и послужит очагом для создания филиала СО АН СССР».
Павел Иванович объективно оценивал положение, которое сложилось с финансированием научных исследований в системе АН СССР. Он понимал ограниченные возможности председателя Сибирского отделения, который в принципе поддерживал его устремления, но тревожился, что полезное начинание из-за недостатка финансирования может быть загублено на корню. Учитывая это, Павел Иванович выходит на Валентина Афанасьевича с новым предложением (15.06.1983 г.):

«Учитывая трудности создания в настоящее время отделения института в Западной Сибири, считаем целесообразным начать с текущего года геокриологические исследования в этом районе с последующим развитием их и постепенным созданием материально-технической базы в Тюменской области.

Нами определено следующее основное направление исследований: "Создание более совершенных методов геокриологических исследований Западной Сибири для обеспечения оптимальных условий проектирования, строительства и эксплуатации линейных и промышленных сооружений". В рамках этого направления исследований прошу Вас включить в план института на 1983 г. дополнительную тематику и выделить численность и ассигнования на исследования согласно прилагаемой заявке».

Понимая, что вопрос о создании отделения института в Западной Сибири затягивается и бесконечным проволочкам не видно конца, П.И. Мельников направляет в Президиум СО АН СССР обстоятельную справку, обосновывающую необходимость скорейшего создания научного подразделения Института мерзлотоведения в Западной Сибири.

«XXVI съезд КПСС поставил задачу дальнейшего, еще более ускоренного развития производительных сил страны. В решении этой важнейшей государственной задачи большую роль призваны сыграть районы Западной Сибири, обладающие огромными сырьевыми ресурсами. Здесь открыт и уже эксплуатируется ряд крупнейших месторождений нефти и газа, выявлены новые перспективные нефтегазоносные структуры в пределах арктического побережья и шельфа Карского и Баренцева морей.

Разведка и крупномасштабное освоение нефтяных и газовых месторождений в этом регионе с экстремальными природно-климатическими и геокриологическими условиями требуют решения комплекса научных и технических проблем, связанных с возведением и обеспечением устойчивости различных инженерных сооружений, прокладкой дорог, нефтегазопроводов, строительством гидротехнических сооружений и охраной природной среды Севера.

Однако криолитозона Западной Сибири остается до настоящего времени все еще слабо исследованной, хотя имеющиеся данные позволяют говорить о ее морфологии, льдонасыщенности и геотермических условиях. Практически полностью отсутствуют сведения о криолитозоне шельфа арктических морей.
В пределах Западно-Сибирской низменности севернее Полярного круга отмечается сплошное развитие криолитозоны мощностью до 500 м и более с высокой льдистостью покровных отложений, в том числе с крупными залежами подземных пластовых льдов мощностью порой в несколько десятков метров, причем распространение и генезис этих залежей еще окончательно не выявлены.

Южнее Полярного круга до широты 62° с.ш. криолитозона отличается прерывистостью как в плане, так и в разрезе, т. е. здесь во многих случаях на глубинах от 100 до 200-300 м залегает второй слой многолетнемерзлых грунтов, который просматривается на этих глубинах южнее 62° с.ш. еще на 200-300 км. Природа этого явления сегодня остается во многих деталях неясной. До конца не познанными остаются и закономерности прерывистости мерзлой толщи в плане.

Во всем этом регионе до сего дня не функционировал еще ни один теплофизический стационар с многолетним рядом геокриологических наблюдений. Поэтому остаются нераскрытыми пути эволюции криолитозоны Западной Сибири как за счет хода природных процессов, так и при длительной хозяйственной деятельности. Отсюда остаются неразработанными и природоохранные мероприятия, хотя в ряде случаев в районах освоения уже отмечаются нежелательные порой необходимые изменения в ландшафтах.

Более детальной и углубленной разработки требуют и вопросы рационального строительства на многолетнемерзлых грунтах применительно к конкретным природным условиям Западной Сибири.

Тщательное изучение предложения Тюменского обкома КПСС и Президиума СО АН СССР об организации в Западной Сибири комплексных геокриологических исследований показало настоятельную необходимость концентрации здесь крупных научных сил и создания специального структурного подразделения - Западно-Сибирского отделения Института мерзлотоведения СО АН СССР.

Основные направления научных исследований Западно-Сибирского отделения Института мерзлотоведения СО АН СССР можно коротко сформулировать следующим образом.

Главной задачей геокриологических исследований является научное обеспечение народно-хозяйственного освоения Западно-Сибирского региона и ускорение использования их результатов в практике. Исходя из этого, предусматриваются и основные направления исследований:

1. Выявление зональных и региональных особенностей географического распространения сезон но- и многолетнемерзлых пород, их мощности, температуры и взаимодействия с подмерзлотными водами.
2. Исследование геотермических основ сезонного и глубокого промерзания горных пород Западной Сибири и термодинамических закономерностей криогенных процессов, сопровождающихся фазовыми переходами; построение геотермических моделей нестационарной криолитозоны Западной Сибири в связи с естественными и антропогенными изменениями природной обстановки.
3. Изучение физических, химических и механических процессов в промерзающих, мерзлых и оттаивающих горных породах, обусловливающих формирование их строения, состава и свойств.
4. Научные основы и методы управления криолитогенными процессами, разработка геокриологического прогноза и природоохранных мероприятий при хозяйственном освоении области распространения многолетнемерзлых пород.
5. Разработка методов геокриологических исследований для целей оптимизации проектирования и строительства нефте- и газопроводов, гидротехнических сооружений, промышленных и гражданских зданий, дорог.
6. Исследование субаквальной криолитозоны на шельфе Карского моря, условий ее существования и ее влияния на разведку и эксплуатацию шельфовых и газовых месторождений. Создание на шельфе искусственных мерзлых сооружений...

На первом этапе Западно-Сибирское отделение будет укомплектовано ведущими учеными и специалистами из числа сотрудников Института мерзлотоведения (10-15 человек). Одновременно будут приняты меры по подбору и приглашению кадров из Москвы (10-15 человек), местных специалистов и из других городов, но основная ставка будет сделана на приглашение молодых специалистов из различных вузов.... Особо важным вопросом в организации Западно-Сибирского отделения является создание материально-технической базы, которая должна включать в себя строительство следующих объектов: лабораторный корпус, жилые дома (120 квартир), здание экспериментальных мастерских, склад, гараж... Учитывая, что основной объем исследований будет выполняться в труднодоступных районах Западной Сибири, отделение должно быть оснащено соответствующей транспортной техникой... Для обработки научных данных, применения математических методов в геокриологии и повышения производительности труда научных сотрудников отделению потребуется соответствующее оборудование. Отделение необходимо обеспечить современными измерительными и регистрирующими приборами.

Место расположения Западно-Сибирского отделения Института мерзлотоведения будет определено в рабочем порядке (после ознакомительной поездки представителей института в Западную Сибирь и бесед с руководителями СО АН СССР, Тюменского обкома КПСС, соответствующих министерств)».

Желая закрепить достигнутые соглашения и поддержать набранный темп решения проблемы, Павел Иванович одновременно с письмом Г.И. Марчуку направил обстоятельное послание и начальнику Главного технического управления Миннефтегазстроя СССР, д-ру техн. наук, профессору О.М. Иванцову, информируя его о достижениях Института мерзлотоведения и раскрывая перспективы мерзлотных исследований в Западной Сибири:

«...В Институте мерзлотоведения СО АН СССР с 1971 г. проводятся исследования, направленные на разработку инженерных средств управления температурным режимом грунтовых массивов в северном строительстве. Исследовательские разработки в этом направлении, как правило, заканчиваются широким внедрением достигнутых результатов в практику. В частности, к 1978 г. исследования теплоотводящих каналов (сезоннодеиствующих замораживающих устройств с однофазным и двухфазным теплоносителем - термосифонов) позволили разработать рекомендации по расчету и конструированию жидкостных (однофазных) термосифонов. В Якутской АССР жидкостные термосифоны используются в промышленно-гражданском и гидротехническом строительстве. Разработанный способ обеспечения ледостойкости (устойчивости против воздействия движущегося льда) инженерных сооружений практически осуществлен при сооружении опор ЛЭП в пойме реки Лены. Успешно проходят экспериментальную проверку разработанные конструкции невыпучиваемых свайных фундаментов. В 1978 г. планируется провести широкую производственную проверку таких фундаментов на ЛЭП Ленск-Мирный-Чернышевский, на участках сплошного и островного распространения вечномерзлых грунтов, а также на участках с талыми грунтами. После проведения такой проверки будут предложены рекомендации по широкому применению невыпучиваемых свайных фундаментов.

В результате поисковых исследований выявлена техническая возможность придания различным материалам, в том числе грунтам, свойства анизотропной теплопроводности, вследствие чего теплопроводность материалов изменяется в несколько раз в зависимости от направления теплового потока. Это позволяет направленно изменять условия теплообмена на поверхности грунтовых, в том числе ледяных, массивов. Предварительные оценки показывают, что анизотропные теплоизоляционные покрытия могут оказаться самым эффективным из всех известных в настоящее время средством управления температурным режимом грунтовых массивов.

Эскизные проработки по результатам проводимых исследований показывают реальную возможность эффективного решения сложных технических задач, связанных со строительством инженерных сооружений и обустройством газонефтяных месторождений, в частности, на шельфе Северного Ледовитого океана и в труднодоступных районах Западной Сибири. Эти решения строятся на максимальном учете при-родных особенностей этих районов, которые позволяют использовать в качестве оснований инженерных сооружений лед и ледогрунтовые композиции.

Например, на шельфе возможно создание стационарных ледяных полей, на поверхности которых разместятся дороги, трубопроводы, здания и площадки для скважин или других горных выработок. Реальность таких решений обусловлена тем, что в настоящее время технические вопросы, связанные с созданием мощных ледяных полей, их сохранением и исключением теплового воздействия инженерных сооружений на ледяной массив или на температурный режим грунтов, можно считать, в принципе, решенными. Требуется экспериментальное подтверждение таких возможностей в производственных условиях, например, в районе газовых месторождений на арктическом шельфе у мыса Харасавей, но институт в настоящее время не располагает ресурсами, необходимыми для выполнения такого рода исследований.

Учитывая, что исследования должны опережать промышленное освоение месторождений, считаем необходимым принять меры к немедленному разворачиванию практических работ на арктическом шельфе.

С этой целью просим ходатайствовать перед Государственным комитетом Совета Министров СССР по науке и технике об увеличении планового объема затрат на научно-исследовательские работы и фонда заработной платы Институту мерзлотоведения СО АН СССР за счет резервов Госкомитета на 1978 г. для создания специализированной лаборатории инженерных исследований в Арктике. Материалы, касающиеся создания такой лаборатории, прилагаются.
Производственный характер и масштабы исследовательских работ требуют создания отделения Института мерзлотоведения СО АН СССР в Западной Сибири и кооперирования с производственными организация-ми, занимающимися освоением и обустройством северных месторождений полезных ископаемых. На первом этапе такая кооперация может выразиться в создании за счет Миннефтегазстроя СССР комплексов жилых и производственных зданий для размещения научного персонала и техники подразделений Института мерзлотоведения. На последующих этапах нам представляется целесообразным создание научно-производственного объединения с учетом институтов Академии наук СССР и заинтересованных организаций Миннефтегазстроя и Мингазпрома СССР во главе с координационным комплексом, наделенным соответствующими полномочиями.

Поскольку создания специализированной лаборатории недостаточно для комплексного решения геокриологических проблем освоения северных районов Западной Сибири, просим обратиться в ГКНТ СМ СССР и Президиум АН СССР с ходатайством об ускорении решения вопросов, связанных с организацией Западно-Сибирского отделения Института мерзлотоведения СО АН СССР, переговоры о создании которого ведутся с прошлого года».

Полагая, что создание отделения института в Западной Сибири займет много времени, академик П.И. Мельников в качестве первого реального шага выступил с инициативой создания в этом регионе специализированной лаборатории инженерных исследований. Под его научным руководством ведущими научными сотрудниками института P.M. Каменским и В.И. Макаровым разработана программа, в которой были сформулированы цели, задачи и методы исследований новой лаборатории. В составленной программе подробно обосновывался состав лаборатории и ее секторов, а также рассматривались вопросы технического и финансового обеспечения. Особое внимание уделялось развертыванию широкомасштабных инженерно-геокриологических исследований не только на севере материковой части Западно-Сибирского региона, но и на арктическом шельфе Карского моря (мыс Харасавей). Эта программа, по указанию Павла Ивановича, была направлена по адресам крупнейших производственных объединений Тюменской области и Красноярского края. Таким образом, Павел Иванович выходил на новые контакты, которые могли быть крайне полезными и продуктивными. Среди ведомств, с которыми он искал пути сотрудничества, был и Минвуз РСФСР. Партнерские отношения с ним Павел Иванович установил в середине 1978 г. Совместными усилиями П.И. Мельникова и сотрудников ряда отделов указанного министерства были подготовлены и приняты решения АН СССР и Минвуза РСФСР от 13-17 декабря 1979 г. № 107/598 о создании на кафедре автоматики и телемеханики Тюменского индустриального института им. Ленинского комсомола первой в Западной Сибири ячейки мерзлотоведов - научно-исследовательской группы, а затем лаборатории. Задачами исследований являлись: разработка и создание на современном научно-техническом уровне комплекса приборов для исследования физико-механических свойств мерзлых пород и их использование для строительства различных объектов в районах Крайнего Севера.

В дальнейшем события по развитию геокриологической науки в Западно-Сибирском регионе пошли несколько не по тому сценарию, который первоначально разрабатывал Павел Иванович. Сегодня трудно понять, по каким причинам П.И. Мельников изменил свою тактическую линию. Совместно с Президиумом СО АН СССР он активно участвует в решении вопроса о создании в Западной Сибири не отделения Института мерзлотоведения, а филиала Института геологии и геофизики СО АН СССР. Из документов СО АН СССР следует, что 14 мая 1984 г. В.А. Коптюг на IV сессии Научного совета СО АН СССР по проблеме развития нефтегазового комплекса Тюменской области в своем вступительном слове официально известил научную общественность о том, что в г. Тюмени от Института геологии и геофизики СО АН СССР создан отдел инженерной геокриологии. Именно он стал ядром Института проблем освоения Севера, преобразованного позднее в Институт криосферы Земли СО РАН, и будущего Тюменского научного центра, который сформировался при активной научно-организационной деятельности уже сына Павла Ивановича - академика В.П. Мельникова.

В дальнейшем Павел Иванович уделял новому институту в г. Тюмени большое внимание. По его инициативе и призыву в Тюмень направился солидный "десант" высококвалифицированных научных сотрудников из его родного института, в том числе несколько докторов и кандидатов наук. Таким образом, можно сказать, что базовые направления геокриологической науки в новом регионе были обеспечены на должном уровне коллективом Института мерзлотоведения СО РАН.

К своему новому детищу Павел Иванович питал особо теплые чувства на протяжении всех последних лет своей жизни и уделял много внимания привлечению в этот регион высококвалифицированных специалистов. Примечательно, что после избрания его в действительные члены АН СССР, он 30 сентября 1983 г. обратился с письмом к первому заместителю председателя СО АН СССР A.A. Трофимуку с довольно смелым предложением:

«Глубокоуважаемый Андрей Алексеевич!

На предстоящих очередных выборах в Академию наук СССР прошу Вас сохранить освободившуюся после избрания меня в академики вакансию члена-корреспондента АН СССР по специальности геофизика -мерзлотоведение.

В Сибирском отделении АН СССР я являюсь единственным членом Академии по мерзлотоведению. Эта область научных знаний быстро развивается, основные исследования по ней проводятся в трудных условиях Крайнего Севера. При Вашей активной поддержке мы планируем развивать геокриологические исследования в Западной Сибири, и было бы очень хорошо, если их будет возглавлять член-корреспондент АН СССР. Академик-секретарь ООФАиГ АН СССР академик Л.М. Бреховских поддерживает мое предложение».

Академический тандем Л.М. Бреховских-П.И. Мельников сработал: Тюмень в ближайшие выборы получила члена-корреспондента, а затем и академика в лице Владимира Павловича Мельникова, возглавившего Институт криосферы Земли СО АН СССР, а позднее и Тюменский научный центр СО АН СССР и РАН.

После создания геокриологического научного подразделения в Западной Сибири П.И. Мельников направляет свои усилия на организацию академических форпостов геокриологической науки на Северо- и Юго-Востоке России. Прежде всего его взоры направлены к Магаданской области и Чукотке. На этот раз Павел Иванович начал реализовывать свои планы поэтапно. Поскольку в этих регионах практически не было крупных научных академических организаций, то поддержку своих планов он решил искать среди представителей широкой общественности. Выбор его остановился на известном чукотском общественном и партийном деятеле Н.П. Отке, с которым он несколько раз обсуждал вопросы «научных инвестиций» на Чукотку. Академик полагал, что местные власти и общественность должны выступить инициаторами создания научного потенциала на Северо-Востоке страны. Н.П. Отке серьезно отнесся к идеям Павла Ивановича и обратился с личным письмом к вице-президенту АН СССР академику А.Л. Яншину. Александр Леонидович, отличавшийся оперативностью и пунктуальностью, поддержал обращение и незамедлительно направил свое положительное решение на имя директора Института мерзлотоведения СО АН СССР. Он просил Павла Ивановича информировать его более подробно о состоянии геокриологических исследований на Северо-Востоке страны и наметить план первоочередных мероприятий. Разумеется, П.И. Мельников отреагировал очень быстро и в январе 1985 г. направил ответ вице-президенту АН СССР:

«Глубокоуважаемый Александр Леонидович!

Возвращаю Вам со своими предложениями письмо Н.П. Отке по вопросу создания комплексного научного подразделения на Чукотке.

Считаю, что в письме тов. Н.П. Отке совершенно обоснованно выражена озабоченность отстаиванием исследовательских работ по проблеме рационального природопользования на Чукотке. Поэтому в принципиальном плане целесообразность организации подразделения, о котором идет речь, сомнений не вызывает. Однако чтобы такое подраз-деление эффективно работало и оправдало выдвигаемые перед ним цели, необходимо тщательно продумать вопрос о его структурной принадлежности в организационном и научно-методическом отношении.

Как показывает история академических исследований на Чукотке, они успешно развивались, когда направлялись из мощного научного центра. Так было, например, с созданной в 1935 г. Анадырской мерзлотной станцией, относившейся примерно в течение 30 лет к Институту мерзлотоведения АН СССР. Исследования, выполненные сотрудника-ми Анадырской станции (П.Ф.Швецовым, H.A. Граве, Б. И. Втюриным, Ш.Ш. Гасановым, Э.Д. Ершовым и др.), обогатили советскую и мировую геокриологическую науку и сыграли исключительно важную роль в развитии экономики Чукотского национального округа к началу 70-х годов.

Однако на рубеже 60-х и 70-х годов положение изменилось. Анадырская мерзлотная станция была выведена из состава Института мерз-лотоведения СО АН СССР и передана со штатом в 40 человек в состав Северо-Восточного КНИИ ДВНЦ АН СССР. В 1975 г. Анадырская мерзлотная станция была упразднена, а в настоящее время представляет собой группу численностью в 12 человек, не отвечающую статусу мерзлотной научно-исследовательской станции АН СССР, и поэтому таковой именоваться не может. Естественно, что и исследования по проблеме рационального природопользования на Чукотке в настоящее время сведены до минимума, о чем убедительно сказано в письме тов. Н.П. Отке.

Из сказанного со всей очевидностью вытекает, что со стороны ДВНЦ АН СССР, в сферу исследований которого входит и Чукотка, должны быть приняты незамедлительные меры для расширения хотя бы мерзлотных исследований до того уровня, на котором они находились 15 лет назад, как минимум.

Однако может быть и другой подход к решению проблемы рационального природопользования в Чукотском регионе. Общеизвестно, что Институтом мерзлотоведения СО АН СССР накоплен огромный положительный опыт комплексного решения проблем, связанных с хозяйственным освоением районов распространения вечной мерзлоты. В настоящее время помимо районов первоочередного освоения в Сибири и на юге Якутии мы начинаем значительное внимание уделять геокриологическому изучению арктических районов Якутии, в мерзлотно-геологическом и ландшафтном отношении весьма сходных с территорией Чукотки. В частности, планируется создание Арктической экспедиции Института мерзлотоведения СО АН СССР в пос. Тикси, которая охватит своими исследованиями всю область перехода континентальной криолитозоны в шельфовую на арктическом побережье Якутии и Чукотки. Одной из целей экспедиции будет проведение исследований по проблеме охраны криогенных ландшафтов и разработка рекомендаций, пригодных для всей Якутско-Чукотской арктической зоны, представляющей единый природно-климатический пояс.

Отделение ОФАиГ АН СССР совместно с Научным советом по криологии Земли АН СССР проведет в августе 1985 г. выездную научную сессию в г. Магадане, на которой будут рассмотрены геокриологические проблемы Магаданской области.

Мне представляется целесообразным создать Северо-Восточное отделение Института мерзлотоведения СО АН СССР в г. Магадане с тремя лабораториями и научно-исследовательской мерзлотной станцией. На это необходимо согласие руководства Сибирского отделения АН СССР, выделение персонала и финансирования для создания материально-технической базы».

Не дожидаясь ответа на отправленное письмо, П.И. Мельников приступил к реализации намеченных мероприятий. Под его научным руководством Научный совет по криологии Земли АН СССР развернул подготовку и уже в августе 1985 г. в г. Магадане провел совместную выездную научную сессию ООФАиГ АН СССР. Через год Павел Иванович делает очень своевременный очередной тактический ход - он обращается к первому секретарю Магаданского обкома КПСС Н.И. Малькову (29.07.1986 г.) со следующим письмом:

«...В августе 1985 г. при активном содействии Магаданского обкома КПСС была проведена выездная научная сессия Отделения океанологии, физики атмосферы и географии АН СССР совместно с Научным советом по криологии Земли АН СССР. В решении сессии обращено внимание на неудовлетворительное состояние геокриологических исследований в регионе и рекомендованы мероприятия по устранению этих недостатков.

К сожалению, за истекший год ничего не изменилось.

В мае текущего года мною направлены письма вице-президенту АН СССР академику В.А. Коптюгу и председателю ДВНЦ АН СССР академику В.И. Ильичеву с просьбой рассмотреть на выездной сессии Президиума АН СССР во Владивостоке предложение по усилению геокриологических исследований в Магаданской области.

При постановке научных исследований мы стремимся через Научный совет по криологии Земли АН СССР проводить единую научно-техническую политику в организации геокриологических исследований в нашей стране. В настоящее время Институт мерзлотоведения СО АН СССР имеет в своем составе научные подразделения в Казахской ССР, Игарке Красноярского края, Чите и пос. Чернышевский Я АССР. Планируется создание подразделения в Норильске. При нашем активном участии создан центр геокриологических исследований в г. Тюмени. Это позволяет иметь сеть опорных научных пунктов, охватывающих изучением всю территорию криолитозоны.

На этом фоне белым пятном остается Северо-Восток СССР, геокриологическая изученность которого осталась на уровне шестидесятых годов.

Для успешного решения этого вопроса необходима Ваша поддержка. Если я могу располагать ею, тогда буду предпринимать усилия для создания в Магадане отделения Института мерзлотоведения СО АН СССР».

Магаданский обком КПСС не заставил себя долго ждать. Н.И. Мальков попросил П.И. Мельникова составить проект письма в Правительство РСФСР на имя В.И. Воротникова. Как всегда, Павел Иванович подготовил обстоятельный и глубоко аргументированный ответ. Буквально через несколько дней на стол первого секретаря Магаданского обкома КПСС лег следующий проект письма:

«Специфика ведущих отраслей народного хозяйства Магаданской области обусловлена в первую очередь расположением ее в зоне вечной мерзлоты. Сплошное распространение и высокая динамичность мерзлых пород решающим образом влияют на экономику горно-добывающей промышленности, строительства и сельскохозяйственного освоения территории. В августе 1985 г. в Магадане состоялась выездная сессия Отделения океанологии, физики атмосферы и географии АН СССР по проблемам геокриологии и рационального использования природных ресурсов Северо-Востока СССР, в работе которой приняли участие шесть академиков и членов-корреспондентов АН СССР и более 20 док-торов наук, ведущие партийные и хозяйственные руководители Магаданской области. В своем решении сессия единодушно отметила, что уровень проводимых на Северо-Востоке геокриологических исследований не отвечает современным требованиям народного хозяйства, и приняла решение просить Президиум АН СССР поручить Сибирскому отделению выделить Институту мерзлотоведения целевым назначением численность, обеспечить финансированием и принять решение об организации Северо-Восточного отделения Института мерзлотоведения СО АН СССР в Магаданской области. Аналогичные решения приняты совещанием по развитию производительных сил Севера, проводившимся в 1985 г. в г. Якутске под непосредственным руководством министров РСФСР.

Магаданский обком КПСС крайне заинтересован в создании подобного научного центра, который наряду с проведением тематических исследований был бы способен осуществить методическое руководство и координацию всех работ, связанных с возведением инженерных сооружений на мерзлом основании, разработкой мерзлых грунтов и т. п. Этот вопрос особенно актуален в связи с участившимися случаями опасных деформаций строительных объектов Дукатского ГОКа (ведущего предприятия МЦМ СССР по добыче серебра), тревожным состоянием водохранилища Билибинской АЭС, разворачивающимся строительством Усть-Среднеканской ГЭС на р. Колыме, разработкой вечномерзлых россыпей и др.

В институтах ДВО АН СССР в настоящее время нет своих высоко-квалифицированных кадров геокриологического профиля, в связи с чем председатель президиума ДВО академик В. И. Ильичев одобрил идею создания Северо-Восточного подразделения Института мерзлотоведения СО АН СССР в Магадане.

Мы обращались с соответствующим письмом в Президиум СО АН СССР, который, к сожалению, не имеет в настоящее время свободной численности. В связи с изложенным просим изыскать возможность целевого выделения Сибирскому отделению численности и финансирования для организации в Магадане Северо-Восточного отделения комплексных геокриологических исследований Института мерзлотоведения. Необходимое количество штатных единиц не менее 40.

Дополнительных капвложений на строительство служебно-производственных помещений в 12-й пятилетке не потребуется».

Одновременно Павел Иванович составил проект письма Председателю Совета Министров РСФСР В.И. Воротникову от имени двух академиков председателей Дальневосточного (В.И. Ильичев) и Сибирского (В.А. Коптюг) научных центров:

«...Сибирское и Дальневосточное отделения АН СССР признали необходимость создать в г. Магадане Севро-Восточный отдел Института мерзлотоведения СО АН СССР для проведения комплексных геокриологических исследований и научного обеспечения народно-хозяйственных задач, возникающих при расширяющем освоении огромного и перспективного региона - Магаданской области.

Слабая геокриологическая изученность Северо-Востока СССР снижает эффективность освоения региона. Ошибки при проектировании и строительстве крупных инженерных сооружений уже приводили к ряду серьезных аварий, резко удорожают строительство и эксплуатацию объектов. В Магаданской области не внедряются научные достижения в области мерзлотоведения из-за отсутствия высококвалифицированных специалистов по инженерной геокриологии.

При сложившемся положении привлечение к геокриологическим исследованиям ордена Трудового Красного Знамени Института мерзлотоведения СО АН СССР позволит в короткий срок оказать научную и практическую помощь проектным, промышленным и хозяйственным организациям региона.

Мы полагаем, что на данном этапе целесообразны согласованные действия двух отделений АН СССР, работающих на востоке страны, для проведения единой научно-технической политики в области геокриологии.

Учитывая направленные Вам ранее просьбы Президиума Сибирского отделения АН СССР и Магаданского обкома КПСС, просим разрешить создание в г. Магадане отдела Института мерзлотоведения и выделить на эти цели 200 тыс. рублей фонда заработной платы».

Надежды Павла Ивановича на то, что принципиальное согласие Президиума СО АН СССР и достаточно мощная поддержка партийных и советских руководителей региональных органов позволят в короткие сроки окончательно решить вопрос о создании геокриологического научного центра в самом отдаленном регионе страны, не оправдались. Трудные годы перестройки затормозили начавшийся процесс «проникновения» геокриологической науки на Северо-Восток. На какой-то инстанции документы были «заморожены».

Более того, сменилось руководство Магаданского обкома КПСС.

Прошло еще четыре долгих года, и только в 1989 г. P.M. Каменский, сменивший в 1988 г. Павла Ивановича на посту директора Института мерзлотоведения СО АН СССР, сумел завершить начатое им дело. С 1989 г. в Магадане начал исследования Северо-Восточный отдел Института мерзлотоведения (заведующий д-р геол.-мин. наук Г.З. Перльштейн), который был преобразован позднее в его Северо-Восточную научно-исследовательскую мерзлотную станцию, успешно действующую до настоящего времени (начальник канд. техн. наук С.А. Гулый).

Огромные усилия приложил П.И. Мельников для создания научного подразделения института на Юго-Востоке Сибири, в Забайкалье. Этот регион характеризуется развитием криолитозоны «южного типа», отличающейся высокой динамичностью и ранимостью при хозяйственном освоении, поэтому вопрос о создании здесь регионального академического геокриологического подразделения был поднят еще в 1981 г. на конференции «Геокриологические проблемы Забайкалья», проведенной по инициативе региональных филиалов Географического общества СССР, треста инженерно-строительных изысканий, Всесоюзного научно-исследовательского и проектно-конструкторского института горного дела и цветной металлургии, Читинского научно-технического общества и политехнического института.

Тем не менее более четырех лет ушло у Павла Ивановича на согласование этого вопроса в Сибирском отделении и в Читинском обкоме КПСС. Он вел активную переписку с его первым секретарем М.И. Матафоновым, неоднократно с ним встречался. Судя по имеющимся документам, в Президиум СО АН СССР было направлено несколько ходатайств и обращений. Настойчивую просьбу о положительном решении вопроса он адресовал академику A.A. Трофимуку. И только 3 марта 1986 г. A.A. Трофимук, наконец-то, письмом в два адреса (в Якутск - П.И. Мельникову и в Читу - М.И. Матафонову) сообщил о принятии окончательного решения по этому важному вопросу. В своем пись-ме A.A. Трофимук отмечал:

«...Возвращаясь к поставленному Вами в письме от 01.08.85 подразделения геокриологического профиля, следует отметить, что Сибирское отделение полностью разделяет Ваше предложение о необходимости расширения геокриологических исследований в Забайкалье и на Дальнем Востоке и считает поставленный вопрос актуальным и своевременным.

В настоящее время имеются все предпосылки для организации предлагаемого Вами подразделения: кандидатура на должность руководителя подразделения представляется подходящей, не вызывает сомнения, одобрена руководством Института мерзлотоведения СО АН СССР и согласована с Читинским обкомом КПСС. Имеется предварительная договоренность с рядом специалистов, готовых работать в составе планируемого к созданию подразделения. Институт мерзлотоведения обратился в адрес руководства Сибирского отделения с просьбой дать разрешение на создание отдела геокриологических исследований. Читинский обком КПСС готов оказать содействие в выделении рабочих площадей для размещения отдела и жилья для его сотрудников.

Учитывая изложенное выше, Сибирское отделение выделяет Институту мерзлотоведения СО АН СССР необходимые ресурсы для создания отдела.

Президиум СО АН СССР намерен в ближайшее время после организации отдела геокриологических исследований рассмотреть вопрос о размещении его территориально в г. Чите».

Сравнительно быстро (через 3,5 месяца) - 25 июня 1986 г. вышло Постановление Президиума СО АН СССР № 291, в котором конкретно отмечалось:
«1. Организовать в Институте мерзлотоведения лабораторию геокриологии в установленном порядке, имея в виду перспективы ее раз-вития в отдел.
2. С целью приближения лаборатории к району будущих исследований, а также учитывая просьбу Читинского обкома КПСС, определить местоположение лаборатории геокриологии в г. Чите.
3. Главной задачей лаборатории считать инженерно-геокриоло-гические исследования и разработку рекомендаций, ориентированных на вопросы строительства в малоустойчивых грунтах (на вялой мерзлоте)...»

Как следует из постановления, на первом этапе была создана лаборатория, а не отдел. Заведующим лабораторией утвердили канд. техн. наук П.И. Сальникова, усилиями которого был сформирован коллектив из высококвалифицированных специалистов, начавших работу над решением актуальных задач инженерной и региональной геокриологии на Юго-Востоке Си-бири. Позднее Читинскую лабораторию института возглавил д-р техн. наук Д.М. Шестернев, под руководством которого исследования приобрели еще большую инженерно-геокриологическую направленность. Сотрудниками лаборатории изучались строительные свойства мерзлых и оттаивающих грунтов и особенности их взаимосвязи с инженерными сооружениями, разрабатывались и совершенствовались методы фундаментостроения на пучинистых грунтах в условиях островной и прерывистой криолитозоны, исследовались динамика и закономерности развития различных криогенных процессов и явлений в ходе естественной эволюции природных условий и при воздействии строительства и эксплуатации инженерных объектов. Читинская инженерногеокриологическая лаборатория превратилась в одно из лучших научных подразделений института как по материальной и кадровой оснащенности, так и по результатам проводимых исследований.

К сожалению, в 2003 г. постановлением Президиума СО РАН эта лаборатория была передана в состав Читинского института природных ресурсов СО РАН. При этом не были услышаны резкие возражения против этой передачи, поступившие от дирекции Института мерзлотоведения СО РАН, его Ученого совета и коллектива лаборатории. В решении Ученого совета института (протокол № 6 от 9.06.03 г.), например, отмечалось, что «передача Читинской лаборатории инженерной геокриологии в ЧИПР СО РАН разорвет единую концептуально-методологическую и методическую основу проведения геокриологических исследований и по этой причине не будет способствовать развитию отечественной геокриологии». Так, в принципе, и произошло. Сегодня творческие связи Института мерзлотоведения СО РАН с геокриологическим отделом ЧИПР СО РАН практически прекратились, а многие ведущие научные сотрудники бывшей лаборатории перешли из системы СО РАН на работу в другие организации. Думается, что академик П.И. Мельников никогда не допустил бы этого. Он сумел бы обосновать, отстоять и защитить свое научное детище.

Формируя периферийные подразделения института в различных регионах страны, Павел Иванович был озабочен и другим, не менее важным вопросом об объединении всех научных, проектных и производственных организаций, занимающихся разработкой проблем мерзлотоведения, в коллектив единомышленников, чтобы тем самым значительно укрепить монолитность научного потенциала страны в области геокриологии. Еще в конце 60-х годов XX столетия у него зародилась идея создания специального научного совета при одном из отделений АН СССР. После многочисленных встреч и консультаций с ведущими учеными в области наук о Земле, преодолевая препятствия бюрократов-чиновников ряда технических отделов АН СССР, Павел Иванович добился желаемого результата - совет был создан. Постановление «Об организации Научного совета по криологии Земли АН СССР» утвердило следующие основные направления его деятельности:

- разработку мероприятий по усилению и развитию геокриологических исследований, проводимых в СССР в области криологии Земли;
- разработку основных направлений научных исследований;
- координацию исследований, проводимых в СССР в области криологии Земли.

Воодушевленный этим событием, П.И. Мельников обратился практически ко всем организациям, которые в своей научной или производственной деятельности были связаны с «вечной мерзлотой», со следующим сообщением (приводится с сокращением):

«14 мая 1970 г. Постановлением Президиума Академии наук СССР (№ 452) при Отделении океанологии, физики атмосферы и географии АН СССР создан Научный совет по криологии Земли. Состав совета был утвержден Президиумом Академии наук СССР Постановлением от 4 июня 1970 г. В состав Совета вошли ведущие ученые, занимающиеся криологией Земли, в количестве 37 человек. Оперативный рабочий орган -Бюро Совета состоит из 12 человек, в том числе два академика и пять членов-корреспондентов Академии наук СССР; Президиум Бюро представлен председателем Совета чл.-кор. АН СССР П. И. Мельниковым, двумя его заместителями - д.т.н. К.Ф. Войтковским и д.г.н. H.A. Граве, и ученым секретарем к.г.н. И. В. Протасьевой.
Совет приступил к работе в конце октября 1970 г., т. е. с момента укомплектования его аппарата. Работа Совета ведется на основании утвержденного Президиумом Академии наук СССР "Общего положения о научных советах по важнейшим проблемам (направлениям) естественных и общественных наук Академии наук СССР".

Как и другие научные советы по проблемам естественных наук, Научный совет по криологии Земли является научно-консультативным органом, работающим на общественных началах.

Основной задачей Совета является всемерное содействие развитию в СССР исследований важнейших и наиболее актуальных научных проблем по криологии Земли. С этой целью:

1. Научный совет на основе анализа современного состояния исследований по важнейшим проблемам криологии Земли определяет основные фундаментальные направления и задачи научных исследований, а также наиболее эффективные пути разработки проблем этой науки, рекомендует для этих направлений тематику научных исследований, содействует развитию, распространению и внедрению новых методов изучения криосферы Земли.
2. Совет координирует исследования независимо от ведомственной подчиненности, устанавливая тесные деловые контакты с другими научными советами и организациями, занимающимися изучением проблем криологии Земли, в частности, заслушивает доклады руководителей работ о результатах научных исследований и их практическом использовании, на основе чего разрабатывает предложения о дальнейшем развитии этих исследований, осуществляет перспективное планирование, составление сводных планов и отчетов о важнейших результатах научных работ на основании данных, поступающих от учреждений Академии наук СССР, министерств и ведомств.

Для осуществления всех этих мероприятий Научному совету предоставляется право знакомиться с состоянием работ в научных учреждениях и организациях, участвующих в разработке проблем по криологии Земли, вносить предложения об упорядочении сети научно-исследовательских учреждений, а также об организации новых учреждений по профилю деятельности Совета; участвовать в рассмотрении вопросов обеспечения учреждений, проводящих исследования по криологии Земли, научными кадрами и их рационального использования, вопросов подготовки кадров, по которым, как известно, в области криологии Земли наблюдается большой недостаток.

Большое значение в работе Совета будет иметь своевременная и хорошо организованная информация, которую необходимо осуществлять через периодический, специально посвященный проблемам криологии Земли, печатный орган. Таким органом является планируемый Советом журнал "Криология Земли"...

...Научный совет по криологии Земли в своей работе будет опираться на научно-производственный актив, который явится основным связующим звеном с научными и научно-производственными организациями».

Работу этого научного совета академик П.И. Мельников возглавлял до конца своей жизни. При Павле Ивановиче Совет вел большую организационную работу: корректировал планы исследований, добивался получения из различных источников финансирования дополнительных средств и распределял их среди соискателей, ежегодно составлял отчеты о результатах научных исследований, готовил и проводил конференции, сессии и семинары, в том числе и с приглашением зарубежных коллег. Одним словом, Совет функционировал энергично даже в самые трудные годы социально-экономических и политических реформ в стране.

Павел Иванович был в высшей степени удовлетворен его работой и высоко оценивал активность всех членов Совета. Единственное, что его удручало - это полуподвальное помещение, которое было выделено АН СССР на ул. Ферсмана для работы Совета. В 1982 г., когда Совет существовал уже более 10 лет, он решил обратиться для решения этого вопроса к начальнику отдела нежилых помещений Мосгорисполкома Н.М. Маневичу с письмом, завизированным председателем СО АН СССР академиком В.А. Коптюгом следующего содержания:

«Глубокоуважаемый Николай Максимович!
Научный совет по криологии Земли Академии наук СССР, включающий виднейших ученых и специалистов в области геокриологии (мерзлотоведения), координирует все исследования вечной мерзлоты горных пород, проводящиеся как академическими, так и другими ведомственными научно-исследовательскими и проектными организациями в СССР, а также организует и поддерживает международные связи советских геокриологов, содействует изданию наиболее ценных трудов советских ученых и проводит научные межведомственные и всесоюзные совещания по различным вопросам строительного освоения Севера.

В настоящее время Совет занимает небольшое (30 м2) полуподвальное помещение в жилом доме по ул. Ферсмана, 11 и находится в крайне стесненных условиях для своей деятельности.

Просим выделить Научному совету более удобное помещение в виде нежилого особняка площадью 200-300 м2 с учетом имеющегося Постановления Мосгорисполкома о сохранении архитектурных памятников в г. Москве.

Сибирское отделение АН СССР, на материально-финансовом обеспечении которого находится Научный совет по криологии Земли, возьмет на себя реставрацию выделенного здания и обязуется поддерживать его сохранность».

К сожалению, ни это письмо, ни неоднократные посещения кабинетов городских начальников не дали положительного результата.

Несколько подробно следует остановиться на кадровой политике П.И. Мельникова, поскольку любая научная школа создается на умении ее руководителя правильно подбирать своих сотрудников и учеников, воспитывать у них интерес и любовь к науке. Будучи начальником ЯНИМС, а позднее директором СВО Института мерзлотоведения им. В.А. Обручева и директором Института мерзлотоведения СО АН СССР, Павел Иванович уделял самое серьезное внимание кадровым вопросам. Он твердо был убежден, что настоящую науку могут делать только высококвалифицированные специалисты, взращенные в стенах родной alma mater, поэтому стремился приглашать в коллектив выпускников вузов, профильно близких геокриологической науке. Надо со всей откровенностью признать, что большинство из них достаточно быстро определялись в выборе перспективных научных направлений, защищали кандидатские и докторские диссертации. Научным руководителем у многих из них был Павел Иванович. Первыми его аспирантами стали ученый из Монголии Н. Лонжид и выпускник МГУ И.В. Климовский, успешно защитившие в 1967 г. кандидатские работы. Поскольку в институте не было своей целевой аспирантуры, П.И. Мельникову ежегодно приходилось добиваться аспирантских вакансий по ограниченным специальностям в СО АН СССР. Это, безусловно, сдерживало процесс привлечения способной и талантливой молодежи в институт. Поэтому Павел Иванович приложил немало усилий к тому, чтобы при институте была создана своя аспирантура. Настойчивые действия академика увенчались успехом, и в самом начале 70-х годов при институте она была открыта. Держа под постоянным контролем работу аспирантуры, Павел Иванович превратил ее в настоящую кузницу кадров. Более 30 чело-век, окончив учебный процесс в плановые сроки, стали кандидатами наук по географическим, геолого-минералогическим и техническим наукам, а многие из них достигли в последующем и докторских высот.

Павла Ивановича, как руководителя, радовало то обстоятельство, что приток молодых специалистов в коллектив института идет планомерно и активно, а аспирантура из года в год выполняет планы по выпуску остепененных ученых. Однако сам процесс защиты диссертаций иногда затягивался по одной простой причине: в Якутске не было Ученого совета с правом присуждения ученых степеней по геокриологическим направлениям: географическому, техническому (инженерному) и геолого-минералогическому. В Якутии не хватало ученых, чтобы из их числа можно было сформировать по нужной специальности авторитетный совет. Сотрудники института - соискатели ученых степеней, вынуждены были «вставать в очередь» на защиту своих диссертаций в Москве, Ленинграде, Новосибирске, Иркутске и других городах. Порой защиту приходилось ждать 1-2 года. Павла Ивановича такое положение дел не устраивало, и он добился того, что в 1983 г. ВАК СССР утвердил при институте первый в Сибири специализированный Ученый совет по специальности «инженерная геология, мерзлотоведение и грунтоведение».

Воспринимая решения ВАКа как очередное важное событие, призванное содействовать подготовке кадров высокой квалификации, П.И. Мельников спустя несколько дней после получения долгожданного известия опубликовал в газете «Социалистическая Якутия» статью «Кадры - большой науке».

Прошли годы, неоднократно менялись уставные требования к деятельности подобных советов, проходила их серьезная аттестация. Однако диссертационный совет при институте функционирует и сегодня, проводя регулярно свои сессии. Более того, благодаря своей деятельности в настоящее время он практически на 70 % укомплектован докторами наук, защитившими свои диссертации на его открытых заседаниях.

Отдавая должное подготовке высококвалифицированных кадров через аспирантуру, Павел Иванович поощрял и другую форму - соискательство, вовлекая в научный процесс талантливых специалистов из производственных организаций. Чаще всего научным консультантом и руководителем перспективных соискателей был он сам.

В поисках достойных соискателей неоценимую помощь ему оказывали заведующие лабораториями и ведущие научные сотрудники института. Через соискательство геокриологическая наука получала новых ученых (кандидатов и докторов наук) с производственно-инженерной ориентацией, а ведомства и предприятия - высококвалифицированных специалистов.

Если внимательно рассмотреть кадровую структуру Института мерзлотоведения СО РАН за весь период его существования, то нетрудно заметить, что кроме научного персонала значительную часть коллектива составляют инженерно-технические работники (специалисты с высшим и техническим образованием). Несмотря на то что решение проблем, связанных с этим направлением, в академических институтах находится под кураторством главных инженеров, Павел Иванович стремился не упускать из виду такие вопросы, как повышение квалификации инженерно-технических работников, развитие изобретательства и рационализаторства. Он ежегодно интересовался положением дел в лабораториях и следил за «новинками инженерной мысли». Анализируя как-то положение дел на «фронте изобретательства», Павел Иванович пришел к неутешительному выводу: за 15 лет существования института в его лабораториях сделано достаточно много оригинальных изобретений и несколько открытий, а официально подтвержденных - единицы. Та-кое положение сложилось по той причине, что в институте не было своей патентной службы. В связи с этим все заявки на предполагаемые изобретения оформлялись через соответствующий отдел при Президиуме СО АН СССР. Это удлиняло сроки прохождения заявок по инстанциям. Бывали случаи, что они просто «терялись». Бумажная волокита нередко приводила к тому, что сотрудники института отказывались составлять заявки на свои оригинальные работы. Чтобы исправить положение дел, Павел Иванович предпринял ряд шагов. В 1977 г. он обратился с соответствующими письмами в два адреса -Всесоюзный научно-исследовательский институт государственной патентной экспертизы (ВНИИГПЭ) и Государственный комитет СМ СССР по делам изобретений и открытий.

Излагая суть вопроса, Павел Иванович пишет:

«Просим командировать в Институт мерзлотоведения СО АН СССР (г. Якутск) и Вилюйскую НИМС (пос. Чернышевский) эксперта строительного отдела ВНИИГПЭ для оказания помощи в составлении заявок на выдачу авторских свидетельств и участия в анализе результатов законченных исследовательских работ.

По нашему мнению, в числе выполненных нами разработок имеется не менее 14 важных тем, требующих правовой защиты в пределах СССР и за рубежом. Учитывая, что большинство разработок интенсивно внедряется в практику, а также принимая во внимание интерес зарубежных специалистов, считаем недопустимым промедление с оформлением документов, касающихся правовой защиты отечественных разработок.

Помощь вашего эксперта позволит в короткий срок подготовить минимально необходимую серию заявок».

Как следует из содержания письма, это был уже второй его запрос. В конечном счете проблема была решена положительно - солидное количество заявок сравнительно быстро прошло оформление и получило подтверждение соответствующими свидетельствами. Однако это не удовлетворило Павла Ивановича, и он поставил перед Президиумом СО АН СССР вопрос о создании в институте собственной патентной службы. Предварительные переговоры он провел с главным ученым секретарем СО АН СССР, членом-корреспондентом М.Ф. Жуковым и 3 марта 1978 г. уже официально обратился к нему с письмом следующего содержания:

«Глубокоуважаемый Михаил Федорович!

В соответствии с Вашим письмом от 15.11.1977 г. в Институте мерзлотоведения СО АН СССР разработан план мероприятий по улучшению работы патентной службы в институте. Основными из этих мероприятий являются:

1. Через Новосибирский филиал ВТУ провести патентную проработку некоторых тем в плане исследований. В числе их:
а. Научные основы и методы управления криогенными процессами при хозяйственном освоении области многолетнемерзлых пород;
б. Разработка методов геокриологических исследований для целей оптимизации проектирования нефте- и газопроводов, гидротехнических сооружений, промышленного и гражданского строительства;
в. Охрана окружающей среды в связи с хозяйственным освоением области распространения многолетнемерзлых пород.
2. В лабораторном корпусе, строительство которого заканчивается во втором квартале текущего года, для работы патентной службы будет выделена комната.
3. На 1978/79 учебный год на заочное обучение в Центральный институт повышения квалификации в области патентной работы направить по одному-два сотрудника от лабораторий: физики и механики мерзлых грунтов, теплофизики, конструкторского сектора, подземных вод, общей геокриологии.
Институт не имеет возможности выделить штатные единицы для организации патентного подразделения, так как общее число работающих выше установленной нам численности».

Хотя Павел Иванович в конце этого письма осторожно пожаловался, что в институте нет штатных единиц, одного сотрудника он все-таки выделил, а второго (руководителя группы) направил Президиум СО АН СССР. В полную силу патентная служба заработала с 1979 г.

За полвека существования института главные направления его научных исследований не претерпели существенных изменений. Базовая проблематика в основном сохранилась, но на разных этапах она существенно корректировалась, поскольку ставились новые задачи, поступали правительственные задания, реализовывались общегосударственные и региональные, а в последние годы и международные программы. В связи с этим в структуре научных подразделений института происходили определенные изменения: под перспективные исследования создавались новые лаборатории, временные творческие коллективы и группы.

Выдвигая идеи создания новых научных подразделений в структуре института, Павел Иванович порой превращался в романтического прагматика. Так, в середине 80-х годов, увлеченный серьезными открытиями якутских археологов, он ставил перед Ученым советом института вопрос о создании лаборатории криоантропогенеза. Ему представлялось, что ее следует ориентировать на изучение особенностей эволюции человека и его хозяйственной деятельности в холодных областях Земли. Павел Иванович считал, что основными целями лаборатории должны быть исследования закономерностей расселения человека в зависимости от эволюции криолитозоны как планетарного явления и колебаний климата.

На стадии формирования новых научных подразделений он считал необходимым привлекать известных ученых и высококвалифицированных специалистов. Так, по его приглашению в Якутии в разное время работали вы-дающиеся мерзлотоведы первого «сумгинского» поколения - СП. Качурин, Н.И. Салтыков, а также их ученики и последователи - В.А. Кудрявцев, H.A. Граве, П.А. Соловьев, Н.Ф. Григорьев, Б.Н. Достовалов, А.И. Ефимов, С.Н. Карташов, В.М. Пономарев и многие другие. Большая заслуга их состояла в том, что они воспитали плеяду мерзлотоведов, достойно представляющих ныне сибирскую геокриологическую научную школу. Как правило, приглашенные Павлом Ивановичем научные авторитеты возглавляли лаборатории или руководили проведением важных научных исследований и экспериментов. Вокруг них концентрировалась способная молодежь, только что окончившая вузы, которая быстро набирала и перенимала опыт старших коллег.

Непременным законом для П.И. Мельникова было правило - выполнение плановых работ в срок. Когда по каким-либо причинам, чаще всего объективным, выполнение заданий в срок ставилось под сомнение, он срочно принимал меры. Ему удавалось всегда находить оптимальные варианты решения возникавших проблем. Так, в середине 70-х годов институт проводил исследования по теме «Карта мерзлотно-гидрогеологического районирования Восточной Сибири». По ряду причин несколько исполнителей, работавших по этой теме, уволились из Института и выехали за пределы Якутии. Чтобы не сорвать контрольные сроки составления макета карты, Павел Иванович вынужден был срочно обратиться к руководителю московских экономических научно-исследовательских лабораторий Всесоюзного научно-исследовательского института по охране вод В.К. Паписову с письмом следующего содержания (12.03.1973 г.):

«В Институте мерзлотоведения СО АН СССР в 1973-1976 гг. продолжаются исследования по теме "Карта мерзлотно-гидрогеологического районирования Восточной Сибири", принципиальные положения которой были в свое время разработаны доктором геолого-минералогических наук О.Н. Толстихиным. Учитывая его значительный опыт в исследованиях подземных вод территории мерзлой зоны, представляется целесообразным привлечь его к участию в разработке темы в качестве научного редактора "Карты". Участие О.Н. Толстихина в этой работе может быть полезным еще и потому, что значительная часть темы непосредственно связана с оценкой ресурсов подземных вод и условий их охраны от истощения и загрязнения.

Учитывая все сказанное, прошу Вас дать согласие на участие д.г.-м.н. О.Н. Толстихина в составлении "Карты мерзлотно-гидрогеологического районирования мерзлой зоны Восточной Сибири" в качестве научного редактора. С О.Н. Толстихиным этот вопрос предварительно согласован».

Указанная карта в авторском экземпляре была представлена в срок и, пройдя соответствующие экспертные и редакционно-издательские инстанции, в 1983 г. издана в г. Москве ГУГК СССР и получила высокую оценку не только ученых, но и практиков. Тираж ее был небольшим, поэтому уже сегодня она представляет собой библиографическую редкость.

С конца 60-х годов правительство страны взяло курс на постепенное сокращение бюджетных средств на проведение научно-исследовательских работ. Предпринимались неоднократные попытки бороться с так называемой «мелкотемностью», «дублированием», проводились корректировки научных направлений. Под предлогом неактуальности решаемых задач ликвидировались отделы и лаборатории в академических институтах. Уменьшая финансиный хозрасчет: ежегодно меньше (на 15-30 %) выделялось средств на проведение плановых (в том числе и полевых) работ. Недостающие ассигнования коллективы, чтобы выжить, должны были добывать сами. Даже если это и удавалось, институты боролись за внедрение своих достижений, которое определяло так называемую «экономическую эффективность». При получении соответствующих справок о внедрении со «значительным экономическим эффектом» можно было рассчитывать на сокращение в следующем году плана хоздоговорных работ. В общем сложилась довольно трудная ситуация. Продолжается она, по сути, и по сей день, но в еще более жесткой форме. Возникшее положение дел требовало определенной перестройки в устоявшемся мышлении руководителей академических институтов. Институт мерзлотоведения СО АН СССР, как и большинство академических организаций, относился к числу тех, экономическую эффективность работы которых оценить сразу после проведения исследований и даже внедрения их научных результатов не представлялось возможным. Не было соответствующих методик. Придавая этому вопросу большое значение, Павел Иванович искал совета и поддержки в СО АН СССР и находил иногда весьма неординарные решения. Так, в своем письме академику Г.И. Марчуку в 1972 г. он пишет:

«Глубокоуважаемый Гурий Иванович! Прошу Вас перевести ученого секретаря Президиума Сибирского отделения АН СССР П.А. Даниловцева на работу в Институт мерзлотоведения и назначить его и.о. заместителя директора института по научной работе. В соответствии с заключением комиссии Президиума СО АН СССР, проверявшей в апреле этого года деятельность института, мы считаем необходимым усилить работу по внедрению и изысканию надежных методов определения эффективности научных исследований. При этом следует учесть, что объем научных исследований в институте значительно возрос, и особенно увеличилось число тем, выполняемых по правительственным заданиям. Имея богатый опыт работы в Сибирском отделении, П.А. Даниловцев будет развивать новое важное направление в деятельности института, которое в дальнейшем можно распространить на другие научные учреждения».

Приехавший из Новосибирска канд. экон. наук П.А. Даниловцев оперативно принялся за выполнение возложенных на него обязанностей зам. директора института по науке. Он курировал взаимоотношения института с заказчиками, а также большое внимание уделял вопросам работы патентной службы.

Решая задачи укрепления научного потенциала института высококвалифицированными кадрами, П.И. Мельников очень болезненно переносил директивные указания «сверху» о сокращении численности сотрудников института. В конце каждого года он, например, тщательно просматривал штатное расписание научных подразделений, уточняя фонд зарплаты и определяя перспективы распределения финансово-материальных средств. Если вставал вопрос о сокращении штатов, то Павел Иванович резко реагировал на это, отправляя аргументированные письма на имя председателя СО АН СССР или его заместителей. Причем аргументация его была настолько убедительной и обоснованной, что часто руководство СО АН СССР соглашалось с ним, оставляя численный состав института практически без изменений.

Как всегда, Павел Иванович предпринимал и значительные усилия для того, чтобы научная тематика института включалась в программы ГКНТ СМ СССР или АН СССР, под которые выделялись дополнительное финансирование и фонд зарплаты. Таким образом ему также удавалось компенсировать воз-действие планового сокращения численности научного персонала института.

Безусловно, не оставался Павел Иванович равнодушным к кадровой проблеме в тех случаях, когда эти вопросы поднимало руководство СО АН СССР. Так, в конце 80-х годов Сибирское отделение, удрученное правительственной политикой по отношению к науке в стране, было всерьез встревожено начавшимся процессом «оттока мозгов» и массовой миграцией ученых в зарубежные страны. Президиум СО АН СССР счел необходимым уже в 1987 г. обратиться к председателям своих региональных научных центров и директорам институтов с просьбой заполнить анкету с вопросами по кадровой политике. Скрупулезно ознакомившись с этим документом, академик П. И. Мельников не только ответил на все поставленные вопросы, но и сопроводил анкету письмом на имя главного ученого секретаря СО АН СССР, чл.-кор. М.Ф. Жукова, в котором он, в частности, отмечал следующее:
«...В целях улучшения использования кадрового потенциала в Си-бири мне хочется поделиться своими соображениями.

В районах Крайнего Севера не следует увеличивать рост научных учреждений. Здесь надо иметь в основном институты, непосредственно связанные со специфическими особенностями природной среды Севера (институты: мерзлотоведения, биологии, сельского хозяйства, медицинские). Исследования геологические, географические, археологические следует вести экспедиционным путем из крупных научных центров.

Сложные технические проблемы Севера эффективнее могут решать крупные, хорошо оснащенные центральные институты с большим коллективом высококвалифицированных специалистов. Например, все основные проблемы строительства и хозяйственного освоения зоны БАМа решаются центральными институтами.

Стоимость содержания научных учреждений на Крайнем Севере в три раза дороже, чем в центре. Во многих институтах Севера коллективы слабо укомплектованы высококвалифицированными специалистами, особенно докторами наук...

Институты, не имеющие достаточного количества докторов и кандидатов наук, надо закрывать, а наиболее квалифицированных специалистов передать в другие институты. Численность институтов Крайнего Севера должна быть ограничена разумным пределом.

Повышение качества и эффективности должно происходить за счет увеличения числа докторов и кандидатов наук, а также оснащения современными приборами и оборудованием.

До сих пор слабо развиты дистанционные методы исследований в различных спектральных диапазонах. Только за счет широкого внедрения этих методов можно значительно повысить эффективность исследований огромной труднодоступной территории Севера. Необходимо повысить требовательность к научно-тематической направленности, качеству и эффективности исследований. Бороться с плохим дублированием исследований, которые выполняются на более высоком уровне в специализированных институтах. Строже оценивать результаты выполненных работ в теоретическом и прикладном отношениях. Установить строгие требования к оценке экономической эффективности. Этот показатель должен основываться на решениях технических советов предприятий, осуществляющих внедрение рекомендаций института. Вымышленные цифры экономической эффективности наносят вред и вводят в заблуждение руководящие органы и общественность.

Для поощрения хорошо работающих сотрудников, выполняющих большой объем работ, предоставить директору право увеличивать оклад в пределах общего фонда зарплаты. Это будет служить стимулом выполнять большой объем работ меньшим числом сотрудников.

Централизованный фонд премирования следует сохранить. Однако непонятно, почему члены дирекции института, непосредственно участвующие в исследованиях и разработках, не премируются за счет централизованного фонда. Эту несправедливость надо устранить. Нередко годовая премия научных сотрудников значительно выше премии членов дирекции.

Сравнительно небольшой административный персонал института сокращать нельзя, ибо его функции будут выполнять научные работники...»

Это письмо лишний раз показывает, насколько Павел Иванович не формально, а с четким пониманием острых проблем формирования научных коллективов относился к стратегии кадровой политики. Предложения, которые он высказал в указанном письме, безусловно, интересны и в настоящее время, когда идет существенное реформирование отечественной науки, разработка принципов оплаты труда ученых и применения стимулирующих выплат в академических институтах.

Выверенная кадровая политика, проводимая П.И. Мельниковым в институте на протяжении четверти века, позволила ему сформировать трудоспособный коллектив, обладающий высоким научным потенциалом. Цифры говорят сами за себя: к середине 80-х годов XX столетия в штатном расписании института значилось около 500 сотрудников. Из них с высшим образованием более 230 человек; в их числе 8 докторов и 36 кандидатов наук.

Уделяя серьезное внимание вопросам привлечения, подбора, расстановки и подготовки научных кадров, заботясь о сбалансированном развитии основных приоритетных научных направлений в институте, Павел Иванович целенаправленно укреплял и руководящее звено института. К руководству отделами, лабораториями и станциями он привлекал высококвалифицированных и энергичных, уже сформировавшихся специалистов. Большую помощь в этом оказывали его заместители по науке, которых он заботливо готовил в стенах родного института или тщательно подбирал в коллективах других организаций. В разное время в директорскую команду Павла Ивановича входили (были его заместителями) известные ученые Ф.Э. Арэ, СП. Качурин, К.Ф. Войтковский, H.A. Граве, С.Н. Карташов, И.И. Тучков, П.А. Даниловцев, P.M. Каменский, В.Т. Балобаев, СИ. Заболотник. Нет сомнений в том, что они во многом помогали директору определять стратегию развития института и сибирской геокриологической науки. Павел Иванович назначал их кураторами основных направлений или доверял руководить ответственными проектами, государственными научными и научно-техническими программа-ми, выполнение которых находилось под жестким контролем Ученого совета института, секретарями которого при Павле Ивановиче в разное время были М.К. Гаврилова, Н.Г. Разумейко и В.А. Волгина.
Таким образом, кадровая политика, грамотно спланированная и реализованная П.И. Мельниковым, позволила создать крупный научный геокриологический центр в Сибири, укомплектованный высококвалифицированными специалистами. Но, как это часто бывает, решение одной проблемы вызывает появление новых. Возникла серьезная проблема с нехваткой производственных помещений. Требовалось строительство нового лабораторного корпуса для размещения экспериментальных и аналитических групп института. Для Якутска, где в то время практически отсутствовали солидные предприятия строительной индустрии, это было делом не простым. Заручившись в очередной раз поддержкой первого секретаря обкома КПСС Г.О. Чиряева, Павел Иванович начинает борьбу, которая будет длиться более пяти лет. О накале и трудностях этой борьбы красноречиво свидетельствует объемная переписка, сохранившаяся в архивах. Ниже мы приводим лишь одно из многочисленных писем П.И. Мельникова, адресованное в ноябре 1977 г. управляющему «Якуттяжстроя» В.А. Судачину, когда стройка нового здания института превратилась в «долгострой»:

«Уважаемый Вениамин Александрович!
К сожалению, "Якуттяжстрой" срывает ввод лабораторного корпуса Института мерзлотоведения СО АН СССР, предусмотренный планом 1977 г.

Вы знаете, что этот объект строится по особому Постановлению ЦК КПСС и Совета Министров и должен быть введен в эксплуатацию в 1976 г. Институт оказывал всемерную помощь в строительстве, но "Якуттяжстрой" относится к этому объекту, как к второстепенному. При наших встречах Вы заверяли меня, что будут приняты необходимые меры для завершения строительства в этом году, но, к великому огорчению, все это оставалось на словах. Поймите, что нарушение личной договоренности между руководителями ставит под сомнение веру в руководителя, и теряется смысл личного общения. Вы попираете то главное, чем должен дорожить руководитель. Я избегал обращения в вышестоящие организации и всегда считал, что вопросы строительства должны решаться на уровне руководителей.

Срывая сроки строительства лабораторного корпуса, Вы тем самым создаете трудности в развитии работ нашего Института, исследования которого крайне необходимы для нашей страны.

Еще раз обращаюсь к Вам с просьбой использовать все возможности для максимального выполнения плана этого года, так как на 1976 г. финансирование этого объекта УКСом СО АН СССР не предусмотрено, и надо изыскивать средства за счет сокращения ассигнований по другим объектам, что всегда затруднительно».

По тону этого письма можно предположить, насколько напряженной была ситуация и как резко Павел Иванович требовал от руководителя «Якуттяжстроя» соблюдения и выполнения принятых им ранее обязательств.

Долгожданный корпус институт получил только в 1978 г. Сотрудники института с этого момента располагали новыми служебными и лабораторными помещениями, оборудованными и оснащенными новейшими по тем временам приборами и установками. Для квалифицированного обслуживания научной аппаратуры были приглашены соответствующие специалисты - инженеры и техники. Часть приборов и установок была смонтирована в подземной двухъярусной лаборатории, в которой экспериментальные камеры располагались в галереях на глубинах 5 и 12 м.

Не прошло и семи лет, как возросший штат научных сотрудников, увеличившийся в связи с расширением научной тематики, в том числе и за счет привлечения института к работам по важным правительственным заданиям, стал испытывать очередной острый недостаток лабораторно-производственных помещений. Не желая допускать эту ситуацию до критической, Павел Иванович с середины 1984 г. начал зондировать почву в СО АН СССР, выясняя возможные перспективы. Однако зная, как трудно подобные проблемы решаются в Новосибирске, он непосредственно обратился к заместителю председателя Госплана РСФСР Н.П. Машьянову, с которым неоднократно встречался на заседаниях Госстроя СССР. В своем письме к нему Павел Иванович не только, как всегда аргументированно, высказал свою просьбу, но и лишний раз проинформировал адресата о новых разработках ученых института в области фундаментостроения, полагая, что они могут заинтересовать руководство и Госплана и Госстроя СССР.

«При встрече с Вами, - пишет Павел Иванович, - я рассказывал о научных достижениях Института мерзлотоведения СО АН СССР в разработке новой прогрессивной конструкции фундаментов - буронабивных свай с сезоннодействующими охлаждающими устройствами и покрытием поверхности грунта теплоизоляционным материалом. Применение таких фундаментов позволит значительно снизить их стоимость и материалоемкость (на 40 %) и повысить эксплуатационную надежность.

Несущая способность буронабивных свай в полтора раза выше буроопускных свай одинакового размера. Она будет еще выше после оснащения их сезоннодействующими охлаждающими устройствами. На такие фундаменты можно давать большие сосредоточенные нагрузки, тогда как существующие буроопускные сваи могут нести нагрузку не более 100 тонн.

Применение буронабивных свай значительно облегчит строительство каменных зданий в районах республики. Одновременно планируется решение сложной задачи - борьбы с деструкцией бетона фундаментов в слое сезонного промерзания и протаивания. В Норильске и Якутске до 30 % зданий деформируется по этой причине. До двух миллионов рублей в год расходуется только в Якутске на восстановительные работы.

Для достаточно обоснованного внедрения прогрессивных фундаментов указанной конструкции мы планируем построить на таких фундаментах второе крыло лабораторного корпуса института. В процессе строительства будет отработана технология сооружения свай, проведены длительные наблюдения за формированием и динамикой температурного поля в основании фундаментов. В результате исследований будут получены надежные данные, которые послужат основанием для утверждения Госстроем СССР новых норм на проектирование и строительство фундаментов новой конструкции.

Сибирское отделение АН СССР планирует в двенадцатой пятилетке выделить институту ассигнования на строительство второго крыла лабораторного корпуса с 1987 года в ограниченном объеме. Учитывая, что внедрение указанной конструкции фундаментов будет давать ежегодно экономию, превышающую стоимость строительства лабораторного корпуса на экспериментальных фундаментах, прошу Вас изыскать возможность выделить институту на эти цели четыре миллиона рублей и начать строительство в 1985 году».

Это было последнее письмо академика, написанное в адрес правительственного органа СССР в преддверии грядущих событий, приведших к развалу страны. Оно осталось без ответа!

Как руководитель головного института, академик П.И. Мельников со всей ответственностью осознавал, что напряженные планы НИР, по ряду направлений тесно увязанные с практикой и имеющие непосредственный выход на решение многих производственных заданий, могут быть осуществлены только при наличии серьезной материально-технической базы. Безусловно, создание такой солидной базы в Якутии было делом чрезвычайно трудным. Тем не менее Павел Иванович эту проблему держал под постоянным личным контролем. Он находил время интересоваться новинками лабораторной измерительной техники и приборами. Бывая за границей, а также посещая выставки и знакомясь с экспонатами новейших приборов и установок, он всегда стремился определить их пригодность и полезность для задач, решаемых институтом. Из таких поездок Павел Иванович, как правило, привозил рекламные буклеты новых приборов и установок. Кроме того, он всегда ориентировал заведующих лабораториями держать его в курсе дела по вопросам появления оригинальных и эффективных измерительных средств и дистанционной техники. Практически все пожелания и просьбы сотрудников по технической части оснащенности научного процесса Павел Иванович приветствовал и поддерживал. Более того, ему удавалось получить приборы и установки, изготовленные в единичных экземплярах. Часто эти приборы проходили в институте промышленно-производственные испытания и безвозмездно передавались в лаборатории. Так, например, 10 декабря 1980 г. Павел Иванович обратился к ректору Московского института электронной техники, профессору Л.Н. Преснухину со следующим письмом:

«Институт мерзлотоведения СО АН СССР осуществляет большой комплекс мерзлотных исследований на территории СССР. Нами ведутся работы на нефтяных и газовых месторождениях севера Западной и Восточной Сибири, на Байкало-Амурской магистрали и других важнейших объектах страны.

Для обоснования мерзлотной характеристики различных районов в Институте ежегодно производится не менее 500 тыс. измерений температуры, которые осуществляются с помощью терморезисторов. Точность таких измерений обычно не превышает +0,20, а кроме того, не-обходимо использование градуировочных таблиц для каждого датчика.

Нам известно, что в Вашем институте изобретено устройство (заявка №2925967/18-19(072052), авторы В.Н. Лавенко, А.И. Берле и И. К. Герасин) для измерения температурных полей, которое позволит существенно повысить производительность и точность измерений.

В связи с вышеизложенным, убедительно просим Вас изыскать возможность изготовить для нас хотя бы несколько приборов. Считаем, что этот прибор найдет широкое применение во всех научных, проектных и изыскательских организациях, связанных с измерениями температуры. Со своей стороны Институт мерзлотоведения готов принять участие в испытании прибора и содействовать его внедрению в много-численных организациях, занимающихся геотермическими исследованиями в районах вечной мерзлоты».

Просьба была удовлетворена, и геотермики института получили опытные образцы приборов.

В конце 70-х годов XX столетия в научные исследования природной среды широко стали внедряться дистанционные методы, основанные на новых методических разработках. Возникла необходимость приобретения для целей анализа и обработки полученной информации новых приборов. По распоряжению П.И. Мельникова в институте была создана группа аэрокосмического дешифрирования. Сразу же встал вопрос об оснащении ее самым современным оборудованием. За поддержкой полезного начинания он обратился к председателю научно-координационного совета при Президиуме СО АН СССР академику А.Л. Яншину (09.03.1978 г.), с которым его связывала многолетняя дружба и научное партнерство, со следующим письмом:

«Глубокоуважаемый Александр Леонидович! Выполняя Постановление СО АН СССР, Институт мерзлотоведения приступил к созданию группы аэрокосмического дешифрирования. В 1977 г. группа уже установила деловые контакты с исследователями Института леса и древесины СО АН СССР и Госцентра "Природа" ГУГК. Для успешного продолжения предпринятых усилий по внедрению в мерзлотное картирование космических методов в настоящее время крайне необходимо оснащение создаваемой группы зарубежным и отечественным оборудованием, а также специалистами.

В связи с этим прошу Вас предусмотреть выделение для нашего института в 1978 г. целевым назначением фонда зарплаты в размере 7-8 тыс. рублей для штата технического обслуживания. Кроме того, прошу Вас выделить в 1978 г. из состава перечня, которые будут демонстрироваться на выставке народного предприятия Карл Цейс Йена, оборудование для обработки аэрокосмических материалов, в том чис-ле: 1) камеру Клара; 2) зеркальный стереоскоп; 3) интерпрегоскоп С».

Безусловно, академик А.Л. Яншин удовлетворил обоснованную просьбу своего коллеги.

С первых дней существования института Ученый совет, возглавляемый Павлом Ивановичем, взял курс на сближение и установление тесных контактов с вузовской и производственной наукой. Это позволяло, с одной стороны, шире использовать новейшие научные разработки смежных наук в геокриологических исследованиях, а с другой - оперативно внедрять в практику на-родного хозяйства достижения мерзлотоведов, которые всегда приносили существенный экономический эффект. Лаборатории института начиная с середины 70-х годов прошлого столетия стали регулярно проводить много-летние тематические исследования с рядом институтов Минвуза РСФСР, Сибирского отделения АН СССР, Госстроя, Минтрансстроя и др. Часть работ осуществлялась на базе хоздоговоров. Всячески поддерживая расширяющиеся взаимовыгодные контакты, академик П.И. Мельников, являясь куратором общих научных программ, особенно много внимания уделял увеличению бюджетных средств, выделяемых на поисковые и приоритетные темы, разрабатываемые сибирскими институтами Минвуза РСФСР. Если возникали серьезные проблемы с финансированием важных исследований, Павел Иванович выходил со своими предложениями на самые высокие уровни. Так, например, случилось в 1978 г., когда нужно было поддержать ученых-энтузиастов Тюменского индустриального института. Считая, что инженерные и методические разработки этого института могут найти широкое применение в мерзлотоведении, он направил письмо (18.09.1978 г.) заместителю министра высшего и среднего специального образования РСФСР В.П. Усачеву:

«В комплексной программе "Нефть и газ Западной Сибири", включенной в проект координационного плана совместных исследований Минвуза РСФСР и Сибирского отделения АН СССР, присутствует научно-исследовательская тема 10.2.1. "Разработка и создание телеизмери-тельной системы для экспериментального участка газопровода в районах Крайнего Севера", в которой разрабатывается комплекс приборов для проведения исследований поведения различных технологических объектов в зоне вечной мерзлоты. Аппаратура разрабатывается на современной элементной базе, с учетом эксплуатации ее в жестких почвенно-климатических условиях и минимального привлечения высоко-квалифицированного обслуживающего персонала.

В настоящее время экспериментальные работы и контроль в эксплуатации трубопроводов в области вечной мерзлоты требуют значи-тельного улучшения, в то время как необходимые для этого приборы в СССР практически отсутствуют.

Учитывая большую заинтересованность Института мерзлотоведения СО АН СССР в проведении необходимых исследований Тюменским индустриальным институтом Минвуза РСФСР, просим расширить данные работы в ТИП и увеличить финансирование».

Аргументации, содержащейся в этом письме, оказалось достаточно, чтобы необходимое по объемам финансирование на несколько лет было обеспечено.
Несмотря на большую занятость, П.И. Мельников всегда находил время знакомиться не только со специальной литературой по мерзлотоведению, но и просматривать научные издания других институтов. Достаточно часто полезную информацию он черпал в научно-популярных журналах и даже в периодической прессе. На его рабочем столе постоянно лежали свежие номера газет «Известия», «Правда», «Труд» и, конечно же, «За науку в Сибири». Случалось, что, прочитав интересную публикацию, Павел Иванович начинал оценивать возможность использования того или иного инженерного достижения и оригинального предложения для решения геокриологических задач. Просматривая как-то газету «Правда» от 26 декабря 1974 г., он обратил внимание на статью «Профессия полимерной пены», в которой говорилось о разработке методов применения этой пены в районах Крайнего Севера. Павел Иванович сразу же высоко оценил перспективы использования новых полимерных материалов в решении практических вопросов инженерного мерзлотоведения. В январе 1975 г. он обратился к директору Института теплофизики СО АН СССР, чл.-кор. АН С.С. Кутателадзе со следующим предложением:

«... Как указывается в статье, разработанная сотрудниками вашего института под руководством кандидата технических наук С.А. Дружинина промышленная пеногенерирующая установка достаточно производительна, мобильна и проста в эксплуатации. Она может покрывать теплоизоляционным слоем три тысячи квадратных метров земли за смену.... И, что особенно ценно, эта пена быстро твердеет и может выдерживать многократное оттаивание и замерзание и вместе с тем сохраняет высокие теплоизоляционные свойства.

Институт мерзлотоведения СО АН СССР с 1974 г. по договору с объединением "НорильскГазпром" приступил к разработке многолетней комплексной темы по сохранению мерзлотных условий и рекультивации мерзлотных техногенных ландшафтов в районах освоения газовых месторождений на севере Енисейского края. Основной и наиболее важной задачей проводимых исследований является определение методов сохранения мерзлотных условий на участке, где в результате техногенного воздействия произошло нарушение поверхностных мерзлотных условий и активное развитие получили мерзлотные процессы, представляющие непосредственную опасность для сохранности различных инженерных сооружений.

Западно-Сибирская экспедиция Института на месте полевых работ организовала специальные техногенные площадки и восстановительные полигоны, где проходят испытания различные техногенные покрытия. Одновременно организована круглосуточная работа теплобалансового стационара.

Применение полимерной пены как теплоизоляционного покрытия для сохранения местных мерзлотных условий, как часть проблемы сохранения окружающей природной среды, может оказаться весьма пер-спективным для решения стоящих перед нами задач.
Институт мерзлотоведения СО АН СССР просит Вас рассмотреть воз-можность совместного участия вашего института в проводимых нами ис-следованиях и организации опытных работ по применению полимерной пены как техногенного покрытия, предохраняющего мерзлые грунты от их протаивания с поверхности. Институт может выделить некоторые средства для изготовления опытной установки и взять на себя расходы, связанные с участием ваших сотрудников в полевых работах».
Позднее эксперименты с применением полимерных пен и пенопласта были проведены на опытных полигонах института в Якутске, Мирном, Игарке и на стационарах Западно-Сибирской экспедиции. Полученные результаты нашли отражение в ряде ведомственных методических рекомендаций и ука-заний.
Идя в ногу с требованиями времени, Павел Иванович стремился оснас-тить специальные лаборатории нового корпуса новейшим, современным обо-рудованием (приборами, установками) и создать прочную аналитическую базу. Бесспорно, заслуга П.И. Мельникова состояла в том, что он смог одним из первых в СО АН СССР получить для института самую современную по тем временам быстродействующую электронно-вычислительную машину (для СО АН СССР их было выделено всего две или три). Обращаясь к преемнику М.А. Лаврентьева академику Г.И. Марчуку и обосновывая острую необходи-мость в приобретении данной ЭВМ, он писал (03.03.1978 г.):
«Институт мерзлотоведения испытывает большие трудности с ре-шением сложных задач по инженерной геокриологии, теплофизике и геофизике из-за отсутствия современной ЭВМ.
В третьем квартале 1978 г. институт вводит в строй лабораторный корпус, в котором предусмотрено в соответствии с требованиями техни-ческих указаний помещение для ЭВМ площадью более 250 м2. Кроме этого, в проекте, разработанном ГИПРОНИИ, предусмотрены кондицио-неры и агрегатная ЭВМ.
Прошу Вас дать указание УМТС СО АН СССР о выделении Институ-ту мерзлотоведения СО АН СССР ЭВМ ЕС-1035 и поручить УКСу СО АН СССР запланировать выделение в 1-м квартале 600 тыс. руб. для при-обретения и монтажа ЭВМ».
Этого письма, однако, было недостаточно, и Павлу Ивановичу пришлось несколько раз выходить на телефонную связь с Г.И. Марчуком и специально приезжать г. Новосибирск. Руководство Президиума СО АН СССР и его отдель-ные службы в конце концов «сдались» - институт получил первым в Якутии ЭВМ ЕС-1035, на которой около 20 лет решались различные научные и прак-тические теплофизические задачи промерзания и протаивания грунтов.
Уделяя большое внимание вопросам научно-технического обеспечения, Павел Иванович требовал от руководителей периферийных подразделений, чтобы и они постоянно занимались этой проблемой в своих регионах. В ре-зультате нередко технические новинки и более современные приборы и уста-новки раньше апробировались и внедрялись именно в периферийных науч-ных подразделениях, руководители которых постоянно тревожили директора своими инициативой и предложениями. Так, в начале 1985 г. начальник Ви-люйской НИМС института A.M. Снегирев рассказал Павлу Ивановичу о новом регистрирующем приборе, разработанном в Ленинградском электротехничес-ком институте связи (ЛЭИС), и попросил его помощи в приобретении этого прибора. Павел Иванович незамедлительно обратился к ректору ЛЭИС про-фессору Г.Н. Гомзину со следующим письмом:
«Институту мерзлотоведения СО АН СССР стало известно о глу-боководном зондирующем устройстве для температурных измерений, разработанном ЛЭИС по теме "Копия" под руководством профессора Д. Ф. Та рта ко веко го, отличающемся высокой пороговой чувствительнос-тью и быстродействием, обеспечиваемыми специализированным управ-ляющим вычислительным устройством на микропроцессорах.
Институт мерзлотоведения заинтересован в использовании подоб-ных систем для научных и прикладных геокриологических исследова-ний по рекам, водоемам Сибири и в шельфовой зоне арктических мо-рей, а также для производства измерений в скважинах, бурение которых выполняется в значительных объемах с целью поисков и разведки мес-торождений полезных ископаемых и инженерно-геологических изыска-ний при строительстве.
В целях определения полезности цифрового зондирующего уст-ройства при геотермических исследованиях прошу рассмотреть возмож-ность и определить условия проведения летом 1985 года испытаний этого устройства на объектах Западной Якутии...»
В том же году геофизики ВНИМС, а затем и другие лаборатории институ-та получили уникальное зондирующее устройство и использовали его в своих экспедиционных исследованиях.
О серьезном внимании Павла Ивановича к вопросам укрепления мате-риально-технической базы периферийных подразделений свидетельствуют и следующие два письма, датированные серединой 80-х годов. Первое из них адресовано директору Вычислительного центра СО АН СССР академику A.C. Алексееву:
«...Вилюйской научно-исследовательской мерзлотной станции (ВНИМС) поручена разработка приборов для мерзлотных исследований. ВНИМС имеет более чем 10-летний опыт электрометрии мерзлых пород и разработки специальных зондов и измерительной аппаратуры. Испы-тание и доводка приборов непосредственно на реальных геологических объектах позволяют создавать аппаратуру, эффективно работающую в конкретных специфических условиях. Однако современный уровень развития методики и техники геофизических измерений в области элект-роразведки требует создания качественно новой аппаратуры, обладаю-щей повышенной точностью, чувствительностью, производительностью и т. д., гибкой и универсальной.
Ввиду сложности задач эти разработки предполагается выполнять с использованием микропроцессорной вычислительной техники как на основе микроЭВМ Электроника-60 с системой КАМАК, так и с использо-ванием разрабатываемой аппаратуры на микропроцессорах.
Предполагается, что на базе работающей у нас ЭВМ "Мера-60" возможно создать отладочно-испытательный комплекс для программи-рования и отладки микропроцессорных контроллеров, а также для мо-делирования и испытания разрабатываемой микропроцессорной аппа-ратуры.
В связи с тем что ВНИМС расположена довольно далеко от научно-производственных организаций, ведущих аналогичные работы, созда-ние испытательного комплекса может затянуться из-за неоперативного получения информации, документации, программ, модулей КАМАК и пр. Возможно дублирование работ, уже выполненных другими организаци-ями. Использование опыта ВЦ СО АН СССР в проведении подобных ра-бот может помочь решать поставленные перед нами задачи в кратчай-шие сроки на высоком научно-техническом уровне.
Прошу оказать содействие в ознакомлении наших специалистов с разработками ВЦ и СКВ ВТ, консультировании, получении необходимой документации, программ, технических средств, в частности, модулей КАМАК или заготовок для их изготовления».
Второе письмо Павел Иванович направил директору Института ядерной физики СО АН СССР академику A.M. Скринскому:
«...Вилюйской НИМС Института мерзлотоведения осуществляются лабораторные исследования электрофизических свойств мерзлых пород с использованием ЭВМ "Мера-60" и КАМАК. В настоящее время инфор-мация о результатах исследований выдается только на экран растрово-го графического дисплея, без получения твердой копии, что затрудняет дальнейшую работу с получаемыми данными.
Вашей организацией разработан способ моделирования устройства печати ДЗМ-180 для воспроизведения графической информации.
Просим в порядке оказания технической помощи передать нам до-кументацию на доработку ДЗМ-180, а также плату и храповик, которые мы не можем изготовить в наших условиях».
Сибирские коллеги пошли навстречу заботам Павла Ивановича и оказа-ли институту посильную помощь.
Если академику П.И. Мельникову из каких-либо источников становилось известно о новых методах и технических разработках, он непременно пытал-ся выйти на контакты с их авторами и руководством тех организаций, которые уже апробировали эти изобретения. Так, в середине 70-х годов, когда в институте был сформирован творческий коллектив геофизиков, Павел Ива-нович большое внимание уделял обеспечению его современной приборно-методической базой. Он справедливо полагал, что любая кооперация усилий со специалистами других научно-исследовательских институтов будет слу-жить скорейшему внедрению в практику результатов совместных экспери-ментов. Исходя из этих позиций, он 8 февраля 1974 г. обратился с открытой инициативой к директору Арктического и Антарктического научно-исследо-вательского института (ААНИИ) академику А.Ф. Трешникову со следующим письмом:
«Одной из насущных задач мерзлотоведения является разработка аэрогеофизических методов исследования толщ мерзлых пород. В связи с проектированием ряда крупнейших нефте- и газопроводов и желез-ных дорог в северных районах страны эта задача приобретает и весьма важное народно-хозяйственное значение. Полученные в ААНИИ резуль-таты позволяют надеяться, что одним из самых перспективных для ука-занной цели является радиолокационный метод. В связи с этим дирек-ция института просит Вас рассмотреть вопрос о научном сотрудничестве в этой области ААНИИ (отдел радиофизических исследований) и Инсти-тута мерзлотоведения (лаборатория электрических свойств мерзлых горных пород), имея в виду аппаратурные разработки ААНИИ. Институт мерзлотоведения готов обеспечить выбор задач и полигонов, организо-вать их исследование наземными методами и т. д. О возможности про-ведения опытных работ просим сообщить нам в ближайшее время».
Этим письмом было положено начало широкому внедрению метода ра-диолокационного просвечивания мерзлых горных пород, активно развиваю-щемуся в настоящее время не только в Институте мерзлотоведения СО РАН, но и в ряде других институтов ЯНЦ СО РАН.
Какие только вопросы, связанные с материально-техническим обеспе-чением научных исследований, не приходилось решать директору института П.И. Мельникову. Порой возникали такие ситуации, выход из которых, каза-лось бы, трудно найти. Тогда принимались неординарные решения. Павел Иванович как-то вспоминал, что в середине 60-х годов он оказался одним из первых, кто в системе Академии наук СССР осуществил солидный бартер (в те времена такой термин и не существовал). Проблема заключалась в сле-дующем. Вилюйская НИМС, расположенная вблизи акватории одноименного водохранилища, с 1965 г. приступила к реализации довольно широкой про-граммы работ в его береговой зоне. Экспериментальные исследования про-водились на нескольких стационарах и профилях. Поставленные задачи мог-ли быть выполнены только при наличии водного транспорта, т. е. необходим был катер. Институт, предметом изучения которого по сути дела являлась геологическая среда, по разнарядкам «Академснаба» не имел возможности получить водно-моторное средство, поэтому все заявки и просьбы дирекции не принимались к исполнению. Нужно было искать выход, и Павел Иванович нашел его. Он обратился к Генеральному директору Ленского объединенного речного пароходства В.М. Дубровскому с предложением поменять трактор (буровой) на катер. Так состоялся пресловутый бартер, а у научных сотруд-ников появилась реальная возможность вести наблюдения за динамикой берегов Вилюйского водохранилища. Не остались в накладе и речники, кото-рые, переделав буровую установку на бульдозер, с успехом ровняли им причалы у паромных переправ в районе г. Якутска.
Серьезные трудности институт испытывал при организации и проведе-нии крупных экспедиций и особенно в приполярных и арктических районах Сибири. Инженерно-техническим и транспортным службам института прихо-дилось рассматривать массу вопросов, решение которых гарантировало бы выполнение ответственных заданий в короткие сроки полевых работ на севе-ре. В этом плане первая половина 80-х годов была особенно напряженной, так как исследования велись по нескольким программам ГКНТ СССР. Наибо-лее остро стояла проблема водно-транспортного обеспечения при работах на шельфе и в береговой зоне арктических морей, где требовались специали-зированные суда типа «река-море». Разрешить подобные вопросы в акаде-мических инстанциях службам института не удалось, поэтому Павлу Ивано-вичу пришлось искать иные пути выхода из сложившейся ситуации. 9 июля 1984 г., обращаясь с письмом к командиру Отдельного Арктического по-граничного отряда полковнику В.И. Смагину, штаб которого размещался в далекой от Якутии Воркуте, он пишет:
«Как Вам известно, в соответствии с решением Правительства СССР ряд отраслевых и академических институтов нашей страны раз-рабатывает в настоящее время важнейшую научно-техническую про-блему 0.74.13 "Арктика". С успешным развитием исследований по этой проблеме связано решение ряда задач государственной важности - от освоения минеральных ресурсов Арктики и надежной навигации в арк-тических морях до вопросов обеспечения безопасности нашей Родины.
Институт мерзлотоведения СО АН СССР в настоящее время также принимает меры по усилению исследований в арктических районах - на побережье и в шельфовых зонах морей Лаптевых, Восточно-Сибирского и др. Наши исследования имеют целью изучение рельефа морского дна в прибрежных зонах, определения температуры придонных слоев воды и мерзлых донных отложений, процессов переработки морских берегов, сложенных вечномерзлыми породами, скорости их отступания, измене-ния контуров береговой линии и т. д. Все эти вопросы помимо важного научного значения весьма актуальны для решения многих народно-хо-зяйственных, в том числе и специальных, задач, связанных с освоением арктических районов.
При формировании материально-технической базы для исследова-ний в Арктике мы испытываем большие затруднения в получении экс-педиционных судов, пригодных для плавания в прибрежных водах, на удалении до 25-30 км от берега, захода в устья рек, обследования мор-ских берегов, прибрежных островов и т. д.
Отмеченные затруднения вызваны тем, что наша промышленность в настоящее время не выпускает судов малого класса, полностью отве-чающих требованиям плавания в прибрежных водах Арктики и в то же время пригодных для размещения на них необходимого научного обо-рудования, экспедиционного груза и некоторого числа научных сотруд-ников. Поэтому нам приходится переоборудовать для научно-экспеди-ционных целей суда, используемые в торговом и рыболовном флоте, к тому же поставка их через систему Академснаба планируется лишь на ближайшие годы.
В связи с отмеченным, убедительно просим Вас передать нашему институту один из катеров, используемых Вашим подразделением при охране государственной границы СССР, если такая возможность поя-вится при модернизации материальной части Вашего подразделения или ее пополнении, переоснащении и т. п. После некоторого переобо-рудования и необходимого ремонта переданное нам судно сослужило бы добрую службу интересам советской науки и практики в целом».
Пограничное ведомство не смогло оказать помощь институту. Тем не ме-нее Павел Иванович решил проблему - соответствующее судно было приоб-ретено в Якутии, но развернуть работы с его использованием широким фрон-том не удалось. Печально известный «Ильменит» (так оно называлось) затонул у пирса порта Тикси во время шторма.
Улучшению положения с решением финансовых и организационно-тех-нических вопросов проведения геокриологических исследований в арктичес-ких районах России должно было способствовать создание в середине 80-х годов Научно-технического совета ГКНТ СМ СССР по Арктике, в состав кото-рого был избран и Павел Иванович. Таким образом, он получил возможность участвовать в обсуждении генеральных вопросов организации научных ис-следований на высоком государственном уровне, влиять на принятие ответ-ственных решений и, что особенно важно, отстаивать интересы возглавляе-мой им науки - геокриологии. Как бы не был загружен текущими делами, он стремился присутствовать на всех заседаниях этого совета. Однако когда по каким-либо объективным причинам он не мог быть на коллегии, свое «при-сутствие» он обозначал документально, направляя в адрес совета свои сооб-ражения по обсуждаемым вопросам в письменной форме. Так, в двадцатых числах июня 1988 г. он направил заместителю председателя Научно-техни-ческого совета по Арктике Д.К. Зотову письмо:
«Как мне стало известно, на 29 июня 1988 г. намечено заседание НТС по Арктике, членом которого я являюсь.
К большому сожалению, я не могу присутствовать на этом заседа-нии, так как должен выехать в Якутск. Но поскольку на заседании могут обсуждаться организационные вопросы и принципиальные направле-ния деятельности Совета, я хотел бы привлечь Ваше внимание к ряду вопросов, которые должны быть поставлены в центр принимаемых Со-ветом решений.
Площадь арктической суши СССР свыше 2 млн м2. В Советской Арк-тике действуют многие десятки горно-промышленных предприятий, проживает несколько миллионов человек, заселенность ее в 20-30 раз выше, чем арктических территорий США и Канады. Вследствие этого в советском секторе Арктики наметилось резкое ухудшение экологичес-кой обстановки.
Мерзлотные условия Арктики - один из наиболее мощных природ-ных факторов, определяющих всю хозяйственную деятельность в этом регионе, естественное и техногенное развитие его природной среды. СССР, как главный держатель арктических территорий, несет междуна-родную ответственность за состояние ландшафтов Арктики, арктичес-кой экосистемы в целом, за степень загрязнения природной среды ре-гиона, а также за вынос загрязняющих веществ через системы сибирских рек из освоенных районов юга Сибири в Арктический бассейн, а через систему океанских течений и в Мировой океан.
Учитывая весь комплекс вопросов, относящихся к современному состоянию Арктики и задачам ее дальнейшего освоения, Институт мерз-лотоведения СО АН СССР подготовил обширный доклад-обоснование к постановке комплексных геокриологических исследований в Арктике и программу таких исследований.
Должен заметить, что в советской арктической программе долгое время не уделялось внимания, в отличие от США, изучению мерзлотных условий арктического побережья и шельфа арктических морей. Мы по-лагаем, что необходимо преодолеть это отставание; это имело бы ог-ромный народно-хозяйственный эффект, а кроме того, без геокриоло-гических исследований невозможно решить задачу поддержания экологического баланса в Арктике и обеспечить надежность работы ря-да проектируемых объектов (Адычанской ГЭС, Тиксинской АЭС и др.).
Прошу Вас информировать участников заседания о составленной в Институте мерзлотоведения программе геокриологических исследований в Арктике (программа ГИСАРК) по проблеме "Криолитозона Арктики как среда деятельности человека и задача сохранения ее экологического ба-ланса на 1989-2000 гг.", а также подготовленном обстоятельном докла-де, обосновывающем необходимость постановки таких исследований.
Мы могли бы доложить нашу программу на одном из заседаний Совета в октябре-ноябре 1988 г. Одновременно мы просим принять во внимание, что реализация программы потребует значительных (до 300 млн рублей на 10 лет) ассигнований при эффективности в несколько миллиардов рублей за этот же период. Кроме того, появляется ряд вопросов координации исследований с другими научными и производственными учреждениями, работающими в Арктике. Мы считали бы целесообразным, чтобы Институт мерзлотоведения взял на себя обязанности головной организации по всем вопросам, касающимся геокриологических условий хозяйственной деятельности в Арктике, поддержания экологического равновесия в этом регионе на основе осуществляемого нами мерзлотно-ландшафтного мониторинга арктических районов СССР.

Могу сообщить также, что мы проводим некоторые подготовительные работы для развертывания исследований в Арктике: нами получено в пользование исследовательское судно с комплектом геофизической аппаратуры для изучения криолитозоны шельфа, в ближайшее время будут созданы лаборатория криолитозоны шельфа в пос. Черский (низовья Колымы) и Отдел арктических исследований в составе Института мерзлотоведения в Якутске.

Надеюсь, что мои соображения и изложенная информация будут Вами приняты во внимание».

Вчитываясь внимательно в строки этого письма, лишний раз убеждаешься, насколько дальновидным был П.И. Мельников. Более 20 лет назад, в трудные годы перестроечного периода и неразберихи он настоятельно требовал и «пробивал» финансирование исследований по мерзлотно-арктической проблематике. Сегодня можно констатировать, что научные полевые исследования в береговой зоне и на шельфе арктических морей, начатые в те далекие времена, продолжаются. Тематика работ и фронт их расширились. К усилиям ученых института присоединились коллеги из Германии и Японии, проводящие работы по международным грантам и проектам. Исследования института все-таки финансово поддерживаются грантами СО РАН и РФФИ. Поредевшие ряды энтузиастов полярных ученых-геокриологов сегодня продолжают не-легкую экспедиционную вахту, на которую их сориентировал в свое время академик П.И. Мельников.

Этот текст опубликован в книге: Академик Павел Иванович Мельников / авт.-сост. И.В. Климовский; отв. ред. Р.В. Чжан, В.В. Шепелев;  Рос. акад. наук, Сиб. отд-ние, Институт мерзлотоведения им. П.И. Мельникова. - Новосибирск: Академическое издание "Гео", 2008. - 306 с.

© 2008 Институт мерзлотоведения СО РАН. Любое воспроизведение данного текста возможно только в некоммерческих целях после письменного разрешения его правообладателей.
 

© 2007 Тюменский научный центр СО РАН Webmaster - Роман Федоров